Бывшая жена дракона. Право на сына - Северина Рэй

Сама мысль, что мы с Миром останемся тут одни, вместо страха вдруг вызвала во мне воодушевление. И не сразу я осознала, что это не мои эмоции.

Глава 25

Арден, как оказалось, захватил с собой еды на несколько дней вперед, так что ужин у нас есть, а ночевать нам приходится на соломенном тюке, который ему удается добыть в деревеньке неподалеку. Я даже боюсь спросить, сколько он за это отдал.

Ночь на удивление выдается спокойная, хоть нам и приходится спать в одежде, а с утра пораньше, умывшись и позавтракав, Арден уходит на разведку территории и местного населения, оставляя нас с Миром в замке.

– Я поставил охранный купол вокруг поместья, так что никто вас не побеспокоит, – сказал он напоследок, тем самым успокоив меня.

Как только мы с Миром остались одни во дворе, я прижала к себе сына покрепче и встала напротив входа в здание.

Несмотря на наказ Ардена никуда тут не ходить и сидеть в хижине до его возвращения, я решила нарушить его просьбу-приказ, так как тяга с ночи усилилась, и терпеть этот зуд внутри себя я больше была не в состоянии.

Сильнее всего меня тянуло вниз, куда моя нога вчера так и не ступила из-за страха Ардена, что здание может обвалиться в любой момент, но что-то подсказывало мне, что этого уже не случится. Ведь я теперь здесь.

Вход в подвал замка скрывался за массивной деревянной дверью, укрепленной железными полосами и украшенной древними руническими символами. Дверь скрипела при каждом движении, как будто сопротивлялась открытию, но мне всё же удалось преодолеть легкое сопротивление, и я пошла вниз.

Подошвы плоских туфель касались узкой каменной лестницы осторожно, а к перилам прикасаться я опасалась. Они давно покрылись ржавчиной и мхом.

Каменные ступени были неровными и скользкими, местами покрытыми плесенью, и каждый шаг по ним отзывался гулким эхом, разносившимся по пустому коридору.

Путь вниз много времени не занял, и вскоре я оказалась в гроте, представляющем собой темное пространство, освещаемое только мерцанием сталактитов, свисающих с каменных сводов.

Воздух здесь был прохладным и влажным, пахнуло сыростью и древней магией.

В самом центре подвала находилось озеро, окруженное каменными колоннами, покрытыми таинственными письменами. Вода в озере была черной, как смоль, и казалась бездонной. Над поверхностью воды иногда поднимался легкий туман, создавая ощущение, что оно живое.

Мир вдруг звонко рассмеялся и стал указывать пальчиком в сторону центра озера, где в этот момент завихряется легкий тонкий смерч.

По моему позвоночнику прошла дрожь, но я продолжала стоять как вкопанная, наблюдая за тем, как вода жила своей жизни. Воздух начал вибрировать от магической энергии, а затем из воды вдруг появилась водная звериная фигура в виде светящейся птицы размером с собаку.

Я оцепенела и молча смотрела на то, как это существо изучало меня и сына, и не могла пошевелиться, словно меня заковали в кандалы, не давая двинуться с места. Но страха я не ощущала, наоборот, полное умиротворение.

– Наследница, – вдруг прозвучало эхо в гроте.

Я моргнула всего лишь на секунду, а когда оглянулась, ничего этого больше не было. Дух поместья исчез, но я чувствовала при этом его довольство.

Как только силы ко мне вернулись, я поспешила наверх, не сразу заметив, что теперь мой путь освещался откуда-то взявшимися канделябрами на стенах, а вокруг пахло уютом. И пылью. Здесь явно не помешало бы прибраться.

Когда я толкнула, наконец, деревянную дверь, ведущую наружу, ощутила отчего-то страх Ардена.

Во дворе царила полутьма, а в воздухе разливалось напряжение.

– Что? – прошептала я вслух, оглядываясь по сторонам и не понимая, как так вышло. В подвальное помещение я ведь вошла утром, а сейчас точно вечер. Зрение меня не обманывало.

– Дарина? Вы с Миром в порядке? – вдруг прозвучал обеспокоенный голос Ардена, а затем он появился прямо передо мной и крепко прижал нас к себе.

Его ощутимо колотило, и лишь спустя минуты начало отпускать.

– Да, всё хорошо. Сколько мы отсутствовали?

Я догадалась, что всё дело в магии этого места, но даже не предполагала, что время здесь течет в разных местах по-разному.

– Я вернулся к обеду, а вас не застал. Искал по всей округе, ориентируясь по запаху, но вас нигде не было. И лишь когда решил вернуться, чтобы начать сначала, вдруг я что-то опустил, как вдруг ощутил твой аромат. Где вы были?

– В подвале, в каком-то гроте возле озера, – ответила я, не став говорить ему про духа, увиденного там. Но это было и не нужно.

– Значит, легенды не врали, – мрачно произнес Арден.

– Какие легенды?

– Среди драконов ходили слухи, что исконные земли метаморфов были выбраны ими не зря. Они селились в тех местах, которые одобряли духи их предков, с которыми они заключали союз. В каждом из их поместий обитали хранители расы, которые обладали на своей территории неограниченной властью и мощью. За всю историю ни одному инораснику не удалось взять осадой ни одну древнюю крепость метаморфов. Раз я не чувствовал вас, значит, хранитель этой земли вас скрыл от моего взора.

– Это место силы, – выдохнула я, делая собственные выводы и догадки.

Я подняла взгляд и вдруг наткнулась на внимательный взор Ардена.

– Одно мне лишь непонятно. Хранители оберегают только тех, в ком течет кровь метаморфов. Почему я не чувствовал ни тебя, ни сына?

Я сглотнула, чувствуя подступающий к горлу страх, так как врать у меня не особо получается, а правду говорить Ардену я не желала. К счастью, в этот момент он отвлекся на шум, и он споро вывел нас на улицу подальше от поместья. Минут пять еще смотрел на него настороженно, а только после обернулся, и в его взгляде больше не было подозрений. Лишь догадки, которые он поспешил озвучить.

– Твой отец никогда не упоминал, были ли у него в роду метаморфы?

– Лорд Дагон? Да мы за всю жизнь едва ли перекинулись и парой слов.

Я не врала, а говорила то, что думала, ведь это было правдой. Отец никогда не уделял мне должного внимания и уж тем более не удостаивал чести для разговоров, не считая этого года, когда, наконец, удосужился рассказать мне о моем прошлом и происхождении моей матери. Вот только вываливать это всё на Ардена я не собиралась.

– Не удивлюсь, если