Твой яд - Диана Валеса

столовой напротив Мэтью, ковыряю вилкой салат, который даже не пробую. Аппетита нет, но мне нужно куда-то деть себя, чтобы не оставаться одной с собственными мыслями. Они слишком громкие в последнее время. И меня это дико раздражает. Ты сегодня вообще молчаливая, пирожного. — Даже больше, чем обычно. замечает Мэтью, откусывая кусочек

Просто устала, — пожимаю плечами, отодвигая тарелку.

Врёшь, — он смотрит на меня с лёгкой усмешкой. — Но лезть не буду. Договорились?

Киваю. С Мэтью легко, он не давит своей энергетикой, не смотрит так, будто прибить хочет. Он теперь постоянно зовёт меня сесть к нему. Первый раз это был нормально, второй раз было странно, но потом он объяснил, что интерес у него к нему чисто дружеский. Лицо у меня слишком унылое, и вообще, что я не в его вкусе, оказывается. Но я уже поняла, кто именно ему нравится, поэтому могу спокойно принимать его дружбу. Как раз объект его симпатии сидит рядом со мной и рьяно с кем-то переписывается. Из-за этого глаза Мэтью мечутся между мной и экраном телефона Элер. Спасибо, — тихо говорю я. За что? — он приподнимает бровь.

За то, что не задаёшь лишних вопросов, — улыбаюсь я.

Мэтью усмехается, откидывается на спинку стула.

— У меня своих заморочек хватает. Чужие разгребать вообще нет желания. Я слабо улыбаюсь в ответ. В этот момент Элер подскакивает и быстро бормочет:- Мне нужно отойти, посторожите мой обед. И куда же мы так спешим? — спрашивает Мэтью и прищуривается, но Элер его уже не слышит. Её спина скрывается за дверями столовой.

Пока ждём её, болтаем о всякой ерунде. О преподавателях, домашних заданиях, и о том, что в буфете закончились мои любимые пирожные. Обычные, ни к чему не обязывающие разговоры. И мне становится чуточку легче, будто я на несколько минут забываю о том, что меня преследует тень с жёлтыми глазами. Но тень всегда рядом... О да..

Чувствую его за мгновение до того, как вижу. Знакомый жар на спине, мурашки, бегущие по позвоночнику, и этот проклятый запах, от которого метка на бедре начинает пульсировать. Я не оборачиваюсь, делаю вид, что увлечена разговором с

Мэтью, хотя сама уже не слышу ни слова из того, что он говорит.

Глава 39

Ашер садится за столик в углу. Я вижу его краем глаза, и он один, без своих друзей. На столе перед ним стоит стакан с соком, но он не пьёт. Просто сидит, смотрит в нашу сторону, сжимает кулаки так, что костяшки белеют.

Он злится, я чувствую это даже на расстоянии. Эта ярость добирается до меня через весь зал. Кана? — голос Мэтью возвращает меня в реальность.

Что? — выдавливаю я, отводя взгляд от углового столика.

Всё нормально? — он усмехается, кивая головой куда-то в сторону. Да, — отвечаю.

А чего тогда он на нас так пялится?

Не знаю, — вру я.

Мы пытаемся вернуться к разговору, но напряжение между нами, вернее, между мной и тем, кто сидит в углу, становится невыносимым. Я чувствую его взгляд каждой клеткой, которая, кажется, вот-вот закричит от всего этого. Метка тоже начинает чесаться, да так, что рука сама тянется, чтобы разодрать кожу на бедре. И пока я борюсь с этим чувством, слышу, как стул скрипит по полу.

Раздаются тяжёлые шаги, что я различаю через десятки других. Он сюда идёт. — Чёрт, — выдыхаю я, вцепившись в край стола.

Что ему опять нужно? Зачем идет сюда?

Мэтью спокойно и с любопытством наблюдает за приближающимся Ашером. Он останавливается напротив меня, не садится. Стоит, возвышаясь надо мной, и его жёлтые глаза горят. Вокруг нас образовывается тишина. Да и воздух становится тяжёлым.

Свободно? — голос Ашера звучит спокойно, но я чувствую, сколько усилий ему стоит это спокойствие. — Садись, — пожимает плечами Мэтью.

Ашер опускается на стул рядом со мной слишком близко. Я чувствую жар его тела, слышу его дыхание, и это сводит с ума. Всё внутри меня кричит... Чтобы я как можно дальше от него была. Решаю, так и сделать!

Я резко встаю, стул с грохотом отъезжает назад, задевает соседний столик. Не обращаю внимания, только хватаю свой поднос, даже не глядя, что на нём осталось, и разворачиваюсь к выходу. — Карина... - голос Ашера звучит хрипло, но я не останавливаюсь. И не собираюсь даже оборачиваться, потому что если сейчас увижу его лицо, то либо разревусь, либо ударю. А я не хочу показывать своих эмоций перед ним и говорить с ним я тоже не желаю. Я выхожу из столовой быстрым шагом, поднос бросаю на ближайший столик у входа, даже не думая о том, что это не место для грязной посуды.

Выхожу из столовой и иду в аудиторию, когда слышу за спиной тяжёлые шаги. — Карина, стой.

Голос Ашера режет воздух. Я не останавливаюсь и ускоряю шаг, но он догоняет в несколько широких шагов и загораживает мне путь.

Останавливаюсь и смотрю куда-то в сторону, только бы не в его глаза. — Поговори со мной. Хотя бы минуту, — его голос звучит непривычно. Он не двигается и смотрит на меня.

— Пожалуйста, — шепчет он.

Поговорить? Нужно было изначально это делать, а не сводить меня с ума! Внутри меня закипает злость. Я шумно выдыхаю и делаю шаг в сторону, чтобы обойти его, но Ашер перехватывает меня за локоть и силой заталкивает в ближайшую аудиторию. Вскрикиваю и пытаюсь сопротивляться, но уже поздно. Мы уже в пустом помещении и Ашер даже успел дверь закрыть и меня зажать у ближайшей парты. Я делаю глубокие вдохи, внутри всё горит, сердце бьётся как сумасшедшее. Карина, — Ашер ставит руки по обе стороны от моего тела на столешницу, перекрывая мне пути отхода. — Скажи что-нибудь.

Он так и не понял? Если я сказала, что никогда больше не заговорю с ним, значит так и будет! В отличие от некоторых, я своё слово держу.

Сжимаю губы, отворачивая лицо в сторону. Не хочу смотреть на него, ничего не ХОЧУ. Ашер наклоняется ещё ниже ко мне, его дыхание опаляет кожу в районе уха и шеи. Дышит прерывисто, словно вот-вот и задохнется. Пусть задыхается! Ведёт носом по моему виску, от чего у меня от этого места табун мурашек расползается по всему телу. Боже, если бы я знала, что это будет настолько тяжёлая пытка находиться рядом с ним, то осталась бы жить с отцом. Вдали от всего этого и вдали от Ашера. Его близость сводит меня с ума, запах заставляет делать