Хозяин города волков - Рита Аристова

Волк нёсся вперёд, отмечая по пути масштабы бедствия. Раненные оборотни не успевали регенерировать. Шёл бой. Смертельный. По пути Богдан успел откинуть пару псин на бегу, помогая своим отбиться. Красное на красном. Перед глазами лишь кровь и темнота. На языке металлический привкус. А в мыслях одно — Луна не должна погибнуть, он успеет к ней.

Случившееся в далёком прошлом не повторится.

Вот уже виден дом Альфы, что не вышел из комы. Рядом убитая охрана.

Шерсть волка встала дыбом от увиденного. Нет! Нет! Нет! Он не бежал, а летел. Лестница вела наверх и там ещё билось человеческое сердце.

Ничего не кончено. И не будет!

Так-так, у нас гости! Ну-ну, не надо рычать. Тут незаконченное дельце. — Схватил Покровский Аврору за шею и прикрылся ею. — Мы же никуда не спешим, верно?

Зверь смотрел на свою истинную. Она жива. Дышит. Напугана, но не ушла по лунной тропе. В глазках её застывшие слёзы. Дыхание прерывистое. Не бойся, девочка. Альфа здесь. С тобой. И как бы не хотелось перегрызть глотку тому, кто пришёл взять власть, надо принять человеческое обличие. — Правильный выбор. Одно неосторожное движение и ей конец. Ты же не хочешь убить свою истинную? Слышал, человечки такие хрупкие!

Намеренно дёрнул оборотень девушку, чтобы показать её уязвимость. — Покровский, тебе нужен я. Будь мужиком, отпусти её. Поговорим, как завещано предками. — Выставил Стрельцов вперёд руку в жесте, призывающем сбавить обороты. Конечно же Богдан оценил ситуацию. Аврора в руках Покровского. Две оборотницы, что готовы были защищать её до последней капли крови, лежали без сознания с переломанными костями. В углу, напоминая мешок картошки, валялся Ник. Остальные полегли в самом начале. Их тела Богдан видел у входа в дом и по пути сюда. Защищали, но Альфу способен победить лишь другой Альфа. И это его битва. — Хм-м... По-моему, гораздо веселее, когда ты вот так дрожишь от страха. За неё. Простую человечку. Её запах сводит с ума, не правда ли? Покровский нюхал Аврору, намеренно дразня Богдана.

Вадим, отпусти её. Она ни при чём. — Прорычал Стрельцов, пытаясь остановить обращение. Волк жаждал разорвать врага на кусочки. За то, что там, за окнами шли ожесточённые бои. За предательство договора. Но больше, за Аврору, которую посмел напугать. Трогал её. Вдыхал её аромат сирени, принадлежащий истинному, а не какому-то... ублюдку, прикрывающемуся женщиной! Тяжелее всего было стоять вот так и беспомощно ожидать, выискивая подходящую возможность для атаки. Богдан заметил, как блеснули глаза Покровского. Он буквально предвкушал, как убьёт его. Стрельцову плевать на себя, но без него Аврора не выживет. Ей не позволят. И только в его руках их дальнейшая участь. И волков, которые не сдавались, продолжая драться за свою землю.

— Пока я шёл сюда, мне пришлось кое-кого убрать с дороги. Он называл себя вожаком той стаи, в которую ты явился. Подмял его волков под себя, так и не убив их Альфу. А как же закон? Ты ведь призываешь чтить заветы предков? Но сам не соблюдаешь их! Я исправил твою ошибку. Тараса Быстрого больше нет. — Улыбаясь сообщил оборотень. Всё не просто плохо. Всё очень плохо! Теперь он вожак той стаи, что словно переходящее из рук в руки знамя. Оборотницы, что защищали Луну должны были подчиниться ему, но предпочли смерть. Однако, он не убил их. Оставил мучиться, чтобы потом наслаждаться триумфом и упиваться собственной властью. — Чего ты хочешь? — Спросил Богдан, чисто для оттягивания времени. Он и так знал. Власть. Покровский пришёл забрать всё, что сможет. Стаю Тараса, Наиля и конечно же не остановится. Вадим собрался стать новым хозяином города, расправившись с ним. Не смерти боялся Стрельцов, а того, что гораздо хуже неё.

Девочка дрожала в чужих руках, но не истерила, не молила о пощаде, не просила помочь. Истинная Луна, сохраняющая достоинство в любой ситуации. Даже на пороге смерти безмерно красивая и сильная. Подойди. Посмотри, как бренна наша жизнь. Мы пытаемся усилить своё влияние, перегрызаем друг другу глотки, но можем кончить вот так, как жалкий Наиль. Я ведь и имени его не знал, пока сладкая человечка не назвала. Хочешь сказать, не ты посылал к нему своих шавок ещё недавно? Не ты стремился отправить к Селене по-тихому? Не ври хотя бы сейчас! Ты не мог не знать его имя. — Рявкнул Стрельцов. — Тайком, словно, вор в ночи явился. Трус! — Я пришёл взять землю. Территорию, которую ты получил не по праву! Вышел из себя Покровский. Рука его покрылась шерстью.

В полнолуние все инстинкты обостряются до предела. Если Богдана крыло от близости Авроры, то Вадима накрывало совсем иным. Он забрал чужую жизнь и не одну. Жаждал откусить кусок пожирнее. И почти достиг своей цели. Хотя, для этого ещё необходимо убить Стрельцова. Тогда все волки, что примкнули к нему, будут вынуждены подчиниться новому вожаку.

Ты убьёшь его. — Кивнул на неподвижно лежащего Наиля Покровский. И тогда, мы поговорим о ней. Может, я и соглашусь отпустить человеку. Криво улыбнулся мужчина. Но то не улыбка, а хищный оскал.

Врёшь. — Озвучил Богдан чужие мысли. — Не отпустишь.

Как знать, как знать, я ведь всегда могу передумать. А выбора у тебя нет. И ждать я не намерен! Вперёд! — Кивнул, поторапливая исполнить своё требование Вадим. Сначала, скажи-ка, а что твой друг — Дубов? Я не видел его по пути сюда. Его тоже отправил к Селене?

Глава 53. Третьего не дано

Аврора стояла на носочках, удерживаемая за горло. Одно неловкое движение и ей конец. Хотя, Покровский конечно же контролировал, чтобы она раньше времени не откинулась. Разговор мужчин Хрусталёва слышала и вынесла из него главное — они договаривались о ней. Богдан будто бы и не собирался выторговывать себе жизнь. Сильный и гордый. Такие не унижаются. Не молят о пощаде. О нет! Подобные ему или побеждают, или умирают. Третьего не дано.

Пока Богдан не появился тут, девушка могла надеяться, что он выживет в этой битве. Пусть трудно назвать её состояние спокойным. Да, переживала за всех. Сердце кровью обливалось при взгляде на тех, кто пытался защитить её. И всё же, тогда не паниковала настолько.

Сейчас же Аврора молила Селену о спасении. Не для себя. За Альфу просила, которого полюбило сердце. За мужчину, что был к ней добр и заботился. За того, кто сейчас взирал на неё. В его взгляде столько силы и решимости! Он уже терял. Лишился своей Снежи и выжил. Словно