Веретено тьмы - Екатерина Н. Севастьянова

Эльзе двадцать лет – она бросила учебу в академии, уехала из родного города, устала слушать нравоучения от теток, которые называли себя ее «родней». Одиночество сменила обида, отчужденность – агрессия.

Эльзе двадцать пять лет – она живет в Колд-Вэйне, в мегаполисе к северу от Тан-Града. Увязла в грехах и в беспорядочных связях, пристрастилась к тяжелым наркотикам. Под действием дурмана впервые забрала чужую жизнь, и ей это понравилось. Эйфория, облегчение, возбуждение! Она снова захотела испытать нечто подобное. И испытала.

Эльзе сорок лет – она вынуждена переезжать из города в город. Запах крови пленит ее, будоражит, подталкивает искать новую жертву. Сперва она убивала опасную нечисть, руководствуясь благими намерениями. Часто испытывала угрызения совести от содеянного, постоянно думала, что с ней что-то не так, что она больна. Ее посещали мысли о самоубийстве, но Эльза их прогоняла и убеждала себя, что поступает правильно, избавляя мир от нечисти. Она придумала свою особую философию жизни, которую никто не понимал. Она идеализировала смерть.

Одинокая и непонятая, с годами Эльза растеряла все крупицы благоразумия и в итоге осознала, что ей плевать на мир, и на нечисть, и на понятие «благое деяние», ей просто хочется видеть смерть и страдания. И тогда она переключилась на других существ: на магов и людей, на взрослых и детей. Их проще убивать и можно есть. Нечисть-то нельзя, ведь она ядовита, а люди и маги другое дело. Чем моложе, тем вкуснее. И никаких улик. Эльза упивалась смертью, ей нравилось дарить мучения и наблюдать, как жизнь покидает чужое тело, как с чьих-то губ срывается последний стон. Поедать плоть ей нравилось не меньше.

Эльзе пятьдесят лет – ее приговорили к пожизненному заключению, к каторжной работе до скончания лет. Она стала более жестокой, хладнокровной, невосприимчивой к окружающей действительности.

Эльзе сто десять лет – власть в империи сменилась и демоницу отпустили на свободу, в новый мир, куда она так идеально вписалась со своими пристрастиями. Но Эльза все еще была одинока. Только она и ее мысли, куда более кровожадные, чем прежде.

Эльзе сто тринадцать лет – она больше не одна, у нее появился кумир, наставник, обожествляемое существо, имя которому Инари Йорт. Тысячелетний взял Эльзу под свое крыло, укоренил в ней безумие, раздул огонь ее сумасшедших желаний. Она вспомнила, каково это быть любимой. Но все ее чувства уже были осквернены, безвозвратно заражены безумием. Для нее похоть стала любовью, боль – наслаждением, смерть – покаянием. Реальный мир и мир Эльзы Вайми смешались воедино.

Я закончила копирование личности, едва сдерживаясь, чтобы не сбросить с себя эту гадкую личину раньше времени. Воспоминания Эльзы отвратительны и больны, они как пытка для здорового разума. У краймеров есть способность – забывать прошлые личины, стирать из памяти все ненужное… вот только эта способность, как и многие другие, появляются после успешной инициации. Краймеры отдают Тьме свои души, свои чувства, а взамен получают ее благословение в виде особых способностей и сил. Моя инициация не была успешной, так что я помню все свои личины… они как эхо звучат в сознании, бессмертные отголоски прошлого. Я научилась их игнорировать, но каждая новая личина неминуемо оставляет след. Небольшой шрам на душе, царапину в памяти. Я будто прожила сотни жизней, притом что сама почти не жила.

« – Как ты еще не сошла с ума? – спросил однажды ХанЯщер.

Я улыбнулась.

– Не знаю. Может, уже сошла».

Тело демоницы оказалось до крайности неуютным. Два с половиной метра роста, когти, как у хищной кошки, небольшие клыки, от которых болели десны, и усиленное в десятки раз зрение.

Несколько часов я потратила, пытаясь привыкнуть к новой личине. Это важно. Я должна стать Эльзой Вайми, ее достоверной копией. Не только внешне, но и внутренне. Думать, как она, говорить, как она. Если Инари Йорт заметит подделку – быть беде. Тысячелетний меня заживо сожрет, причем в самом что ни на есть прямом смысле.

Взяв зорг Эльзы, я сняла с него блокировку, зашла в сообщения и пролистала всю переписку с Инари. Они любовники, точнее своеобразные друзья с общими интересами. Периодически встречаются, охотятся вместе, вовсю придаются извращениям. У тысячелетнего много женщин, но Эльзу это не смущает. Она его боготворит, считает, что любит. Мне никогда не понять таких отношений.

«Не спится… Думаю о тебе! » – написала я Инари, придерживаясь линии поведения Эльзы. – «Может, встретимся?»

Ответ пришел нескоро, только под утро:

«Нет. Я занят».

Эльза бы пожала плечами и продолжила стоять на своем:

«Но я ооочень по тебе соскучилась! Мы давно не виделись… На меня совсем нет времени?»

На этот раз ответ пришел незамедлительно:

«Совсем».

Хм… Я мрачно уставилась на экран зорга.

Тысячелетний был непостоянен, жесток, язвителен и лицемерен, но при этом держал Эльзу в узде. Она убивала только тех, на кого указывал Инари (по какому принципу он выбирал жертв, Эльза не знала) – никаких младенцев и юных дев, что временами ее сильно расстраивало, но она уважала и любила тысячелетнего, а потому не говорила ни слова против, да и вообще без его разрешения практически ничего не делала. Он ее тотально контролировал, особенно первые годы, тем самым помог Эльзе более-менее социализироваться в обществе и снизить ее уровень потребности в новых убийствах.

Зорг снова завибрировал. Новое сообщение от Инари.

«Ладно. Приезжай вечером. Покажешь, насколько ты соскучилась».

Ну вот и договорились…

Глава 14

Глава 14

Ресторация «Мантикора» открывалась с наступлением сумерек, в одиннадцать часов по изерийскому времени. Обычно Эльза встречалась с Инари именно в «Мантикоре» – это основное заведение тысячелетнего, в котором он проводит большую часть своего времени.

К моменту открытия я полностью вжилась в роль Эльзы. Прошлась по магазинам, купила бандажное платье с открытыми плечами и фигурным декольте – все во вкусе демоницы и, собственно, Инари – туфли и атласные перчатки в тон платью.

Урок с Гаяром Троем я усвоила. Демоны не верят, что у тысячелетнего может случиться сердечный приступ. А секретная служба не любит оставлять уголовные дела нераскрытыми. Так что Инари станет жертвой влюбленной и неуравновешенной подружки, которую захлестнула ревность. Вполне обыденная ситуация, как по мне.

В общем, план таков: я убиваю Инари при помощи яда (да-да, знаю, что это рискованно), возвращаюсь к Эльзе, создаю ей ложные воспоминания, сбрасываю личину и растворяюсь в ночи. Стражи, обнаружив труп тысячелетнего, снимают отпечатки ауры на месте преступления и просматривают записи