Жестокое наследие - Мила Кейн

Самолет был роскошным: мягкие кожаные сиденья, блестящие панели из орехового дерева, и даже аромат спа-салона в воздухе. Но я почти ничего не воспринимала. Жар в груди нарастал, словно вулкан, запертый в бутылке.

— Садись, — приказал наемник, снова слегка толкнув меня в плечо. Он силой усадил меня в одиночное кресло в передней части самолета.

— Разве я не сижу с тобой? — с отчаянием спросила я. Слова дались с трудом. Почему я вообще хотела сидеть рядом с ним, я и сама не понимала, разве что было бы проще отвлекаться на ненависть к нему, чем на сам полет.

Он не ответил.

— Я не могу сидеть одна! — крикнула я ему в спину.

Он даже не колебался, бросая меня. Просто ушел. Этот пугающий ублюдок, который, похоже, вообще не спал и не ел. Этот монстр, который одновременно украл мою жизнь и спас ее, тот, кто угрожал мне оружием, но при этом таскал мою коробку с памятными вещами по всему городу, скрываясь от копов, вместо того чтобы просто выбросить ее.

Двигатель самолета взревел под нами, его гул пробился сквозь остатки разума и сломал мое терпение.

Коробка с салфетками сама оказалась у меня в руке. Я швырнула ее в спину удаляющегося наемника. В тот момент я чувствовала такую усталость. Усталость от того, что меня таскают повсюду, от того, что угрожают и пытаются убить. Я больше не могла терпеть ни секунды.

Металлическая коробка для салфеток отскочила от спины наемника. Впервые в жизни я хорошо прицелилась.

Он остановился. Стюардесса, которая стояла рядом, прикрыла рот, сдерживая драматичный вздох.

— Я сказала, что не могу сидеть одна, — заявила я, мой голос безумно дрожал. Горячее чувство в груди рвалось наружу. Его невозможно было сдержать.

— Взлетайте как можно скорее, — приказал он стюардессе.

Та поспешила скрыться из виду. Медленно, ох как медленно, мой наемник обернулся.

Позади нас раздался звук закрывающейся тяжелой двери. Я проглотила чувство подступающей тошноты. О Боже, вот оно. Мы заперты в этом металлическом ящике. Я не могла дышать.

Наемник приблизился ко мне, исполненный смертельной грации и угрозы. Я больше не могла сдерживать страх. Мое дыхание становилось все труднее. Я стояла на стуле, с петлей на шее, и она становилась все туже.

— Что с тобой? — Он встал передо мной и тыльной стороной ладони коснулся моего лба. — Ты вспотела.

Из моих измученных легких вырвался неохотный смешок.

— Да, терять рассудок — не самое красивое зрелище, кто бы мог подумать?

— Что терять? — повторил он, когда самолет тронулся с места.

Из меня вырвался слабый крик, которым я не гордилась, но стыдиться перед этим мужчиной было некогда. Слишком сложно было удерживать остатки разума.

— Джорджия! Я с тобой разговариваю, — потребовал наемник.

— Мне все равно! — выпалила я, теряя контроль. Страх сжимал мое горло. — Я не могу этого сделать! Я вообще ничего не могу! Просто убей меня, — с трудом выдохнула я.

Внезапно эта идея показалась мне такой логичной. Я положила дрожащие руки ему на грудь, крепко схватила за футболку и прижалась к нему. Затем посмотрела в его темные глаза.

— Просто убей. Сделай это быстро. Так будет легче для нас обоих. Пожалуйста, прекрати тянуть. Просто сделай это. Я хочу, чтобы ты это сделал, — взмолилась я, облизывая пересохшие губы. Казалось, что кожа вот-вот начнет слезать с меня.

Самолет начал выруливать, набирая скорость. Мы закачались вместе.

— Возьми себя в руки, — приказал наемник, когда я начала хрипеть.

Я действительно не могла дышать. Может, мне и не нужно было, чтобы он убивал меня; я могла сделать это сама.

В одно мгновение я теряла сознание, хватая воздух, которого не было, а в следующее — оказалась в его руках.

Он нес меня через весь самолет. В глазах потемнело по краям. Я могла видеть татуированную кожу на его шее, где узор исчезал под подбородком, идеально очерчивающим нижнюю часть его лица… Это было не самое худшее зрелище перед смертью.

Издалека раздался щелчок открывающейся двери, и вдруг я упала. Приземление на что-то мягкое выбило из моего тела остатки дыхания. В спальню проникал свет из дверного проема, но наемник захлопнул дверь, окутав нас темнотой, если не считать маленькой прикроватной лампы. Я лежала на кровати, парализованная паникой. Легкие сжимались, так как не могли получить достаточно воздуха.

Наемник оседлал меня на кровати, уперев колени в мои бедра. Его грубые руки обхватили мое лицо.

— Дыши, Джорджия! Успокойся, мать твою.

Я замотала головой, и перед глазами заплясали белые пятна. Я уходила на дно. Тонула. Я цеплялась за его руки, пытаясь за что-то ухватиться, но не могла. Просто не могла.

— Merda16. Я предупреждал тебя, чтобы ты больше не испытывала меня, иначе я перекину тебя через колено и выпорю так, что ты не сможешь сидеть неделю. Может быть, это именно то, что тебе сейчас нужно. — Его рычание, казалось, доносилось издалека.

Затем он перевернул меня на спину, вдавив лицом в кровать, удерживая своим тяжелым весом мои бедра.

Его рука сильно шлепнула меня по ягодице.

Ой.

Он повторил удар с другой стороны.

Черт. Действительно больно. Я втянула воздух.

— Это привлекло твое внимание? — пробормотал он и снова шлепнул меня.

Ощущение от этого удара пронзило меня насквозь. Боль была адской, и, к тому же, это было неловко. Быть обездвиженной и получать порку. Это было унизительно… Внутри меня вспыхнула злость, затмившая панику.

— Урод! — возмущенно прохрипела я.

Он мрачно усмехнулся.

— О, смотрите, кто снова может говорить. Полагаю, это означает, что мое лечение работает.

Наверное, я была самой большой