Дорога жизни. Книга 1 - Эмили Ли

— Переживут, — только и сказал Чонсок.

И он был прав. Танэри и эльф довольно скоро снова появились в поле зрения и шли уже, далеко не отходя.

Устраивать небольшие привалы по дороге Лайя отказалась, мечтая поскорее уже добраться до города, где можно будет нормально поесть и помыться. Они держались в стороне от главной дороги, избегая встречи с другими путниками, стекающимися в город с разных краев на ярмарку. Остановились недалеко от города, укрывшись в пустующем полуразрушенном доме на самом краю умирающего селения.

— Ждите здесь, — сказал Фенрис. — Я найду нам дом, проверю обстановку и сразу вернусь. Как и говорил раньше, лучше будет разделиться, вы пойдете через главные ворота, а мы с Лайей через потайной проход.

— Я не понимаю, а почему мы не можем все вместе пройти по потайному проходу? — поинтересовался Тэмин.

— Если о нем будут знать танэри империи, то он уже не будет тайный, — ответил эльф.

Лайя испугалась, что снова разразится конфликт, но Тэмин совсем не обиделся, а, понимая, просто кивнул в знак согласия. Девушка глянула на эльфа. В бегах, если его найдут, то, скорее всего, казнят, но он всё равно беспокоится о безопасности королевства. Удивительно…

Как только Фенрис скрылся из виду, девушку охватило беспокойство. Там могут быть, да и, скорее всего, есть, солдаты Инквизиции, городская стража, патрули. А вдруг его схватят? Он же слишком приметный. Если заставят снять капюшон, то его лицо ни с кем не перепутаешь. Воображение всё подбрасывало и подбрасывало картинки. И чем больше проходило времени, тем сильнее Лайя себя накручивала.

В попытке успокоиться, она достала альбом и решила что-нибудь нарисовать. До темноты как раз есть ещё несколько часов. Лайя задумалась, перебирая в памяти воспоминания, которые спустя время захотелось бы прожить снова, обычно только такие и оставляла себе на бумаге. И всё меркло по сравнению с тем вечером. Сердце забилось чаще, а рука стала водить по листу.

Синие глаза, потемневшие от страсти и смотрящие на неё… Приоткрытые губы, рассеченные шрамом, с которых срывается учащенное дыхание… Изящные пальцы, судорожно впивающиеся в землю… Тело, застывшее в напряжении, как стрела… Мужчина, который в то мгновение принадлежит только ей, а она ему…

Лайя закончила рисунок уже на закате. На неё с листа смотрел Фенрис. Она провела пальцем по его шраму. Хотела бы сделать так вживую.

— Из города вышел небольшой отряд, — тихо проговорил Тэмин.

Лайя поспешила убрать альбом в сумку и поднялась, встала возле танэри, чуть выглядывая. Действительно, из города в их сторону шли вооруженные люди. Волна ужаса затопила душу, а в голове разом заметались мысли.

— Будет забавно, если эльф сдал нас взамен прощения от Инквизиции. Как думаете, за поимку ведьмы его помилуют? — танэри озвучил тайные страхи Лайи, которые она старалась откинуть, не соглашаясь верить в возможность такого исхода.

Отряд был всё ближе. Солдаты шли строем. Позади них на некотором отдалении шел человек в мантии. Маг, а значит, ищейка. Лайя сжала рукоять своего кинжала. Бежать. Надо бежать. Прямо сейчас. Тогда у неё будет шанс спастись.

— Не говори глупости, — едва слышно произнес Чонсок. — Фенрис не будет нас сдавать, тем более её. — Он с силой сжал локоть девушки, обращаясь уже к ней: — Успокойся и сиди тихо. Ни звука, ни шороха. Все остаются на месте.

Воин отошел вглубь дома, подальше от дыры в стене, через которую они просматривали дорогу, достал меч и замер. Тэмин поступил так же. У Лайи всё ещё сжималось от страха сердце, но способность ясно мыслить постепенно возвращалась. Спокойствие и сосредоточенность спутников давали ей выдержку и силу.

Время тянулось бесконечно долго. Возле их дома никто не проходил, значит, отряд повернул на первой развилке и ушел в сторону. Опасность миновала, и к Лайе вернулось её беспокойство по поводу длительного отсутствия эльфа. Когда девушка услышала тихий хрипловатый голос Фенриса, чуть сдержалась, чтобы не броситься ему на шею.

— Без происшествий? — он бегло пробежался по всем взглядом.

— Да, — ответил Чонсок.

Фенрис дал ему два увесистых мешочка с монетами и сложенную бумагу.

— Отдашь на воротах стражнику сначала письмо, потом монеты, а после идите к таверне «Три стихии», ждите неподалеку, я вас там встречу.

— Как её найти? — спросил Чонсок

— От главных ворот прямо по дороге, а дальше полно указателей, это самое знаменитое место, там всегда много народа ошивается, так что ещё двое не будут бросаться в глаза.

Фенрис повернулся к девушке.

— Готова?

Не готова, но что это изменит? Лайя утвердительно кивнула. Перспектива оказаться в городе, где много людей и стражи, пугала её, но вслух подобное высказать никогда б не решилась.

Они долго шли по бездорожью в сторону от главных ворот. Остановился Фенрис внезапно, отодвинул неприметную решетку у самой стены, окружающей город. В открывшееся отверстие сначала пропустил Лайю, а потом забрался сам, сразу же возвращая решетку на место.

Спустя время глаза девушки привыкли к полумраку, и она смогла осмотреться. Туннель, в который они забрались, был явно специально построен. Он был небольшим и по щиколотку заполненным какой-то зловонной жижей. Лайя догадалась, что этот туннель служил выводом излишек воды с улицы, а также частично отводил использованную воду из домов. Значит, дорога предстояла та ещё.

Фенрис отправился дальше, и Лайя поспешила следом. Туннель, казалось, не имел конца и края. Он многократно разделялся на ответвления и петлял. Лайя сначала пыталась запомнить дорогу, но усталость и нервное напряжение последних дней ослабили внимание. Ноги и спина опять разболелись, и всё, о чем могла она думать, — это о том, чтобы как можно скорее принять горизонтальное положение.

Когда они выбрались на поверхность, девушка с удовольствием втянула носом прохладный ночной воздух.

В этой части города людей почти не было, поэтому всю оставшуюся дорогу они проделали в одиночестве. Через какое-то время Фенрис остановился у одного из домов. Немного повозившись с ключами, они попали внутрь.

— Это наше временное жилище, обустраивайся, я схожу за азурами, — сказал Фенрис и ушел, оставляя её одну.

Как только дверь за эльфом закрылась, Лайя со стоном улеглась прямо на пол. Всё так болело, что слезы подступали к глазам. Она лежала в темноте, не в силах собраться с духом и подняться, и надеялась, что мужчины придут не очень быстро — не хватало, чтобы они её застали такой. Она перебирала в уме поддерживающие заклинания, но так ничего толкового не смогла вспомнить. Понимая, что сейчас все вернутся,