Работный дом попаданки, или Лопата в помощь! - Дара Хаард

на дракона и замерла, не в силах разорвать наши взгляды. Это странно — так чувствовать, смотреть и не иметь возможности отвести взгляд, словно нас соединила крепкая, как леска, нить.

— Почему вы так на меня смотрите?

— Почему вы решили, что эти случаи связаны? — острый взгляд, в котором нет страсти, скорее любопытство.

— Не знаю, — растерянно сказала я, сама задумываясь, почему.

Скорее всего, это высказывания деда Скипи виноваты: зверь, роды, связь, разломы… разломы. А ведь дед говорил о разломах. Я напрягла память. Да, он говорил: «Разломы — это следствие».

Видимо, в своём разуме я сложила всё воедино, и получилась такая вот мысль. Я вздохнула.

Нет, Лида, не лезь во все эти страшные дела. Нужно о себе думать, о зиме, о том, что есть и на чём спать. Но с другой стороны… разве разломы не затронут моих детей, которые у меня могут быть в будущем?

— Помогите найти сокровищницу, генерал, — я постаралась сменить неприятную для генерала тему. Всё, о чём сейчас узнала, я обдумаю потом.

— С сокровищницами всё просто, рия Митроу, — сказал дракон, не настаивая на разговорах о разломах. — Капните на ключ, чтобы привязать его к себе как следующей наследнице, и просто пожелайте войти в дверь. Сокровищницы старых родов так же бесценны, как и родовые артефакты. Современная знать не имеет такой роскоши.

Я оглядела стол, чтобы найти что-то колющее.

— У вас есть драконица, — с улыбкой сказал Ашта.

Потом замер, прожигая взглядом, мою изменённую руку. Когти у меня и правда острые. Я кольнула когтем неизменённый палец другой руки и обмазала кровью ключ.

Сначала ничего не происходило, кроме того, что ранка сразу закрылась, а драконья лапа изменилась на руку. А потом ключ накалился так, что держать его стало больно, и тут же остыл, испаряясь из моей ладони, словно его и не было.

— Сокровищница приняла вас, рия Митроу, — сказал Ашта.

Его голос был, как всегда, спокоен, но глаза сверкали, словно сокровище: это я.

— Что теперь? — мой голос сорвался, я кашлянула, пытаясь взять себя в руки.

— Просто подойдите к двери и пожелайте войти в сокровищницу.

Ноги меня плохо слушались. Если бы не поддержка Золотинки, которая помогала мне теплом по всему телу, я, наверное, тряслась бы, как осиновый лист на ветру.

Под взглядом Ашта, который тоже встал, я прошла к двери и мысленно пожелала попасть в сокровищницу рода. Потом неуверенно открыла дверь.

Глава 17

За дверью больше не было коридора — чёрная мгла, в которую идти мне не хотелось. Дракон встал рядом, всматриваясь в сокровищницу.

— Что дальше? — шёпотом спросила я.

— Пожелайте, чтобы там было светло, — также тихо сказал генерал.

Я снова мысленно пожелала света внутри сокровищницы, и, что интересно, свет появился. По периметру огромного зала стали зажигаться огромные фонари, постепенно открывая нам царящую внутри пустоту. Конечно, никаких гор золотых тут не было.

Но Золотинка потянула меня внутрь, а я, не имея возможности остановиться, ухватила за руку генерала. Так, мы и вошли в сокровищницу сразу вдвоём.

Дверь за спиной с грохотом закрылась.

Я удивлённо посмотрела назад, но там была стена. Тут мне поплохело. Я порадовалась, что ухватила с собой дракона — хотя бы не так страшно.

— Что теперь? — я повернулась к Ашта, который заворожённо осматривал стены.

Там и правда было на что посмотреть. Огромные фрески занимали всё пространство. Не было ни одного пустого кусочка.

— Драконы, — сказал Ашта.

Я присмотрелась к масштабным сценам и увидела, на что он указывал. На фресках драконы были в виде огромных ящеров. Золотые, чёрные, зелёные, красные — драконы всех мастей воевали со страшными тварями, похожими на «Чужого»: вытянутые морды, жуткие двойные пасти. Их было много — целые полчища.

— Не понимаю, — сказала я. — Разве в то время, когда возникли первые разломы, драконы ещё могли становиться ящерами?

— Об этом никто не знает, Алидари.

Я даже не стала возмущаться, что Ашта опять называет меня по имени — сейчас не время. Я всё ещё цеплялась за его руку. Казалось, отпущу — и он исчезнет, а я останусь в этом пустом огромном зале, одна-одинёшенька.

— Сундук, — Ашта, в отличие от меня, не поддавался страхам и горел энтузиазмом.

Дракон указал мне рукой на сундук, который стоял возле стены. Красивый сундук… если золотистые узоры на нём — это золото, то ещё и богатый.

Мы также вместе подошли к нему, и генерал попытался открыть сундук, но не смог:

— Открой, Алидари. Это твоя сокровищница, и я не могу тут хозяйничать.

Я аккуратно ухватилась за ручку крышки и потянула вверх. Крышка поддалась легко. Внутри лежали предметы: меч, кружка и книжка в богатой обложке, украшенная рунами.

— Родовые артефакты, — заворожённо рассматривал предметы Ашта.

— Значит продать их нельзя? — я всегда была за практичность.

Дракон перевёл на меня взгляд и улыбнулся:

— Нет, Алидари. Родовые артефакты нельзя продать. Они, как твоя лопата, привязаны к роду. Только потомки тех, кто их сотворил, могут пользоваться артефактами.

— Значит, они бесполезны, — покачала я головой и ещё раз огляделась. — Ни золота, ни серебра… ну что за сокровищница такая.

— Зато у тебя есть такое пространство, которое точно не разграбят враги, Алидари, и наследство, которое можно передать детям.

Я перестала оглядываться и посмотрела на дракона. Крышка с грохотом упала на место — предметы рассмотрю, когда буду одна.

— Думаю, вы правы, риан Ашта.

— Алидари, — генерал пристально посмотрел мне в глаза. — Ты ведь понимаешь, что я к тебе чувствую?

— Нет, — слишком поспешно сказала я и попыталась вырвать руку из хватки генерала.

— Почему ты отрицаешь, что между нами есть связь. Связь, которую ни я, ни ты не можем игнорировать. Ты моя пара, Алидари. Даже без дракона я чувствую тебя как свою.

Я сглотнула комок в горле и замерла, не в силах сказать слово или отвести от дракона взгляд. Внутри меня жаром полыхала магия — вернее, Золотинка, и мне приходилось с силой сдерживать её порывы…

— Я думаю, что вы ошибаетесь, генерал, — сказала я хриплым голосом. — Я думаю, что вы всё ещё не можете простить мне потерю своего семени. Я знаю, что оно очень дорогое и…

Дракон сделал