Злодеи выбирают себя. Том 2 - Ирина Игоревна Голунцова

— Дай мне его забрать…

— Как ты его там назвала? Тонхон? Забавное прозвище. Хотя знаешь… — Отпустив её и присев рядом на корточки, Бай Хумэй с неугасающей ухмылкой, окрашенной кровью, и блеском во взгляде произнёс: — Забирай его. Будет забавно. Обещаю. Ты ж его из Персикового источника забрала, да?

С сомнением смотря на Бай Хумэя взглядом, затуманенным слезами и злостью, Чэнь Син обернулась и на коленях поползла к Тонхону. Она чувствовала его уязвимость и слабость… Или же это боль не отпускала её? Ощущая себя жалким, ничтожным созданием, задыхающимся от дыма, жара и эмоций, которые она отчаянно пыталась унять, Чэнь Син наконец добралась до скулящего Тонхона. Накрыв его рану ладонью, она стала передавать ему духовную энергию, чтобы побыстрее исцелить.

— Потом его вылечишь, — недовольно произнёс Бай Хумэй, — поднимайся, и пошли.

Хоть её и потряхивало от ранее накатившей истерики и приступа агонии, тело постепенно наливалось пугающей лёгкостью. Реакция организма на боль — затмить её эндорфином, чтобы выжить. Чэнь Син медленно обернулась к Бай Хумэю и перевела красноречивый взгляд в сторону.

Здесь два варианта: либо Система так сгенерировала сюжет, либо она своими воплями подняла на уши весь лес. Но в кои-то веки Чэнь Син порадовалась возможности оказаться спасённой.

— А-а-а, — обернувшись и обнаружив прибывшее подкрепление, ухмыльнулся Бай Хумэй, — а я всё думал, где же бродит достопочтенный глава духовной школы, пока его людей рвут на куски.

С учётом непривычного спокойствия и молчания со стороны Тэ Синя и контрастирующего с ними тяжёлого, злобного взгляда вывод напрашивался только один — он взбешён до крайности.

— Прибежали, так полагаю, на вопли малышки Чэнь, — не переставая ёрничать, сказал Бай Хумэй и красноречиво облизнул окровавленные губы. — Хотя малышкой её уже трудно назвать, соглашусь.

— Все твои лисы будут сожжены заживо и убиты. Ты проиграл.

Бай Хумэй не воспринял всерьёз слова Тэ Синя и тихо рассмеялся, глядя на него со снисхождением.

— Вы устроили воистину прекрасное представление. Столько сил потратили… загнали нас в ловушку, да-да, — глумился он, сверкнув пристальным взглядом и обратив ухмылку в жёсткий оскал. — Хорошая работа — для людей. Но вы серьёзно пытались перехитрить лис?

Тэ Синь молчал, лишь сильнее нахмурился.

Не удержавшись, Бай Хумэй вновь засмеялся.

— Потратить столько денег, ресурсов, и главное — направить сюда половину своих людей, включая главу и многих мастеров. Что нам, лисам, ваш праздник, когда в своём желании заманить нас в ловушку и ослабить вы даже не подумали о том, насколько ослабляете себя… ваше сердце. Ваше наследие. То, что вы считаете своей неприступной обителью.

Заметив, в какой неприязни скривился Тэ Синь, Бай Хумэй решил добить его колким словом:

— В своей погоне за лисами вы даже не подумали о том, насколько подставили себя и свою духовную школу. Думали, лисы не почувствуют, как ослаб барьер, защищающий её, с вашим отбытием? Думали, лисы не знают о тайных ходах и пещерах, через которые можно проникнуть внутрь? Вы слишком зазнались, заклинатели. И сейчас, пока вы пытаетесь играть в героев, ваша школа, ваши заклинатели и ваши дети умирают! Пока вы!..

Глумливый смешок, переросший в тихий, а затем и вовсе истеричный громкий смех, прервал Бай Хумэя, заставив в озлобленном непонимании обернуться. Чэнь Син хохотала, словно безумная. От боли и пережитого ужаса она чувствовала себя опьянённой нахлынувшей эйфорией. Надменные, полные радости слова лиса-оборотня вызвали у неё столь острый приступ восторга, что она закашлялась.

Аккуратно подобрав ноющего Тонхона и заботливо прижав его к груди, Чэнь Син поднялась на ноги и бросила на Бай Хумэя насмехающийся взгляд.

— Почему ты смеёшься? — фыркнул тот.

— Глава Тэ…

— Я разберусь, — сдержанно отозвался Тэ Синь, напряжённо выдыхая. — И да, этот глава увеличит финансирование усадьбы Чёрной черепахи, раз вы оказались правы.

— Так вы… — Прищурившись, Бай Хумэй поспешил стереть ухмылку с губ. — Вот как. Перехитрили лиса. Твоя идея, да?

Блеснув угрожающим взглядом, Бай Хумэй метнулся к Чэнь Син, однако его с завидной прытью перехватил Тэ Синь.

— Уходите! — прикрикнул он на Чэнь Син, отталкивая Бай Хумэя волной духовной энергии.

Стерев с губ улыбку, Чэнь Син моментально сорвалась с места и побежала прочь. Призвав меч и перехватив его в полёте за рукоять, она запрыгнула на него и принялась лавировать между горящими деревьями. Отыгрывать героиню у неё не стояло в приоритете. У неё банально не осталось ни сил, ни желания ввязываться в бой с Бай Хумэем и терпеть новые побои. Выжить… ей требовалось просто выбраться из этого ада и выжить.

***

Тем временем среди высоких гор и ночной тишины из пещер на территорию духовной школы Небесного дао пробирались лисы-оборотни. Десятки лис и укушенных. Пользуясь ослаблением барьера, не действующего внутри горных глубин, они выползали в лес и направлялись к постройкам, где мирно дремали младшие адепты и ученики.

Один из тех, кто вёл свой отряд вперёд, горел желанием разодрать в клочья мерзких заклинателей. Жажда крови толкала его всё дальше. Сорвавшись на бег, оборотень разогнался и на радостях налетел на невидимый барьер. Вибрация разошлась по поверхности, вызывая у лис-оборотней негодование. Ведь барьер, защищающий духовную школу, располагался двумя ли ниже.

Одна невидимая стена у начала долины, другая вдруг образовалась выше, а по бокам высокие обрывы гор, по которым тут же растянулись дополнительные невидимые стены, заключая основную толпу врагов в ловушку.

Сложив последнюю печать, создающую барьер, Лин Бижань разлепила веки и, глядя в кромешную тьму леса, сказала сидящим рядом адептам:

— Барьер готов. Начинайте.

— Да! — хором отозвались заклинатели её усадьбы, после чего активировали на расстоянии взрывные печати, поджигая замаскированные заготовки с порохом и горючим маслом.

Земля содрогнулась от грохота взрывов, но ни один звук не проник за границы барьера. Отгороженный участок леса охватило ослепительное пламя. Подрывные формации, сработавшие вкупе с горючими веществами, превратили клочок земли в ад, в котором метались живые существа. Только в пещеры, закрытые барьером, им было уже не пробраться.

— Остальные заклинатели на позициях? — уточнила Лин Бижань, не теряя концентрации для удерживания барьера.

— Люди Лазурного дракона и Алого феникса за пределами внутреннего барьера у оставшихся пещер, мы завалим все входы после зачистки, — отозвался Ян Сэнь, вздохнув. — Хотя жаль… раньше мы могли их использовать.

— Главное, чтобы ни одна тварь не проскочила внутрь и не ушла живой.

— С учётом того, как постарались алхимики, вряд ли кому-то удастся уйти, — наблюдая за полыхающим лесом, ответил Ян Сэнь. — Не думал, что скажу такое, но мне жаль, что Чэнь Син оказалась права.

— Чэнь Син? — нахмурилась Лин Бижань. — Разве это не план Тэ Синя?

— Эм, кхм. — Одёрнув себя и поправив меч, Ян Сэнь сбивчиво прошептал: — В общем, я ничего не говорил… Ладно… отряд Лазурного дракона, разойтись на позиции! Мастер Хо, пусть люди Белого тигра остаются и прикрывают госпожу Лин и её адептов, держащих печать. Мы ни за что не должны допустить нарушения целостности барьеров.

— Вас понял, мастер Ян, — кивнул мужчина средних лет, второй мастер усадьбы Белого тигра. — Ни одна тварь не проникнет в школу и не потревожит наших людей. Можете в этом не сомневаться.

ГЛАВА 47

ЗДЕСЬ ПОБЕЖДАЮТ СИЛЬНЕЙШИЕ

ЧАСТЬ 7

Свежий воздух обжёг лёгкие. Закашлявшись и рухнув на колени, Чэнь Син едва не уронила Тонхона. Сдерживая приступ, дерущий дыхательные пути, она аккуратно