Цена его любви - Rebecca Night

— Наверное… так должно быть всегда, — пробормотала я. — Ничего не должно больше меняться…

— Ничего больше не изменится. — Он сказал это с такой уверенностью, что я поверила.

Дима ушел от меня в час дня, потому что у него еще были какие-то дела. Я ждала Настю, которая вот-вот должна была вернуться со школы.

И вот, когда я мыла посуду, раздался звонок в дверь. Я почему-то подумала, что это Дима что-то забыл, поэтому и пошла открывать дверь. Естественно, я даже не посмотрела в глазок.

— Ну здравствуй, красавица!

Мои глаза округлились, и я даже попятилась назад, что он принял за приглашение войти. У меня был ступор, который длился около минуты. В течение этого времени я не могла вымолвить ни слова, пока он не спросил:

— Как дела у тебя?

Было нормально, пока он не пришел.

Андрей Михайлович с интересом рассматривал мою квартиру, продвигаясь по ней все дальше и дальше.

— Н-нормально, — растерянно ответила я.

Он оглядел цветы.

— Как у тебя тут красиво. А среди этих букетов есть мой?

— Э-э… — Я не знала, что на это ответить, потому что лгать не очень хотелось.

И зачем я ему только дверь открыла? Нужно было сначала посмотреть в глазок, а потом сделать вид, что никого нет дома.

— Ладно, я пришел не за этим.

Я догадывалась, почему он пришел, но очень надеялась, что ошибаюсь.

— Детка, ты подумала над моим предложением? — спросил он, устремив на меня свой ехидный взгляд.

Я дошла уже до кухонного стола и прислонилась к нему поясницей. Он же остановился посреди помещения и, скрестив руки, ожидал от меня ответа.

— Над каким?

Он усмехнулся.

— Ну ты же не глупая… Не надо строить из себя дурочку, тебе это не идет.

У меня от его замечания пошли мурашки по коже. Было что-то душераздирающе-неприятное в тембре его голоса. Я чувствовала, как его речь, словно кислота, разъедала мою голову, наполняя меня каким-то диким страхом.

— Ну так что? — С этим вопросом он начал подходить ближе.

У меня даже во рту пересохло от происходящего.

Насколько же омерзительным был этот человек. И по мере его приближения я замечала все больше недостатков в его внешности: немалое количество морщин, что лишний раз напоминало мне о его возрасте; жирная кожа; рот, растянутый в мерзкой улыбке. Он был метрах в двух, но так не хотелось, чтобы он подходил еще ближе.

— Это вы следили за мной? — Я ответила вопросом на вопрос, чтобы хоть как-то перевести тему.

Он, казалось, слегка удивился, но оставался абсолютно спокойным.

— А ты внимательная, раз смогла это заметить.

Б**ть, так это из-за него я боялась не вернуться домой! Как же хотелось бросить в него чем-нибудь.

— Позвольте поинтересоваться, зачем?

Он приблизился довольно близко и встал прямо напротив меня, что изрядно напрягало. Мое сердце буквально в пятки уходило от напряжения.

— А понравилась ты мне, — заявил он. — Извини, если напугал. — Он сказал это так, будто это были вовсе не извинения.

Лучше бы не нравилась… Лучше б он меня ненавидел, чем вот так симпатизировал.

— И это повод следить за человеком?

Уголок его губ взлетел вверх.

— Ну, для меня — да.

Не было смысла заставлять его что-то объяснять, потому что он мог выйти сухим из воды, какой бы вопрос я ему ни задала. Не зря же он столько лет проработал в правительстве.

Он протянул руку к моему лицу, от чего я дернулась, испугавшись.

— Ну ты чего? Не бойся меня. Я же не убивать тебя пришел.

Именно убивать меня он и пришел. Морально убивать.

Андрей Михайлович все-таки дотронулся до моей щеки своими мерзкими пальцами. Я не знала, как на это реагировать, поэтому просто наблюдала за его действиями.

Хотелось врезать ему с плеча, но у меня после такого могли бы быть проблемы. Опасно так вести себя с человеком, у которого столько связей и власти.

— Не очень хорошо бегать от меня, — сказал вдруг он, убирая прядь моих волос за ухо. — Я же столько внимания тебе уделил, а ты меня игнорируешь. Даже не поблагодарила за букет. Почему?

— Потому что я не совсем понимаю, чего вы от меня хотите.

— Все ты понимаешь. — Он улыбнулся и резко схватил меня за затылок, притянув к себе.

Такого я точно не ожидала, поэтому начала сопротивляться. Этот придурок пытался меня поцеловать! Своими мерзкими губами ему удалось добраться до моих, однако я настолько плотно сжала их, что туда и молекула воздуха не смогла бы попасть. Насколько же это было отвратительно… Я отталкивала его, но ничего не получалось. Он был настойчив, а я, определенно, была слабее. Через пару секунд он начал целовать меня в шею и заваливать на стол, и тогда мне стало еще и тяжело, потому что этот мудак наваливался на меня всем своим весом, сжимая при этом мои руки.

— Перестаньте! Перестаньте, я прошу вас! — чуть не плача, умоляла я, но все было без толку.

Почему он так со мной поступал?

— Я буду кричать!

Он усмехнулся, оторвав наконец свои губы от моей шеи.

— Кричи. Сомневаюсь, что тебе кто-нибудь поможет.

Андрей Михайлович снова захотел поцеловать меня в губы, а я во избежание этого изворачивалась так, что боялась свернуть себе шею. Я чувствовала его слюни на своих щеках и шее. Я чувствовала мерзкий запах от этого человека. Видимо, от такой активности он начал потеть.

Закусив губу, я почувствовала соленый вкус с примесью чего-то мясного. Похоже, он еще и хорошо поел перед осуществлением своих планов.

— Помогите! — отрывисто кричала я, как только мне выпадала возможность.

Вдруг он начал расстегивать мои джинсы, и от этого я перепугалась еще сильнее.

Какого х*я? Б**ть. Почему я? Неужели никто не мог мне помочь? Почему Дима не приходит? Почему он не может просто внезапно вернуться? Боже… Неужели со мной все это действительно произойдет? Сердце взрывалось от этих мыслей.

На мои глаза навернулись слезы. Лучше смерть, чем это. Лучше бы он напоил меня чем-нибудь, чтобы я хотя бы была без сознания и ничего этого не видела.

П***ец…

— Я расскажу обо всем Диме, — высказала я единственный аргумент, который еще хоть как-то мог мне помочь.

— Не расскажешь, детка. Не расскажешь.

Почему он был в этом так уверен? Не убьет же он меня после этого? А ели да… что же тогда будет с Настей?

И только он успел расстегнуть мою ширинку, как послышался скрежет по ту сторону входной двери. Это, похоже, Настя открывала ее своим ключом.

— Кто