Отпуск с бывшим мужем - Диана Рымарь

— Все еще злишься, понимаю, — кивает он снисходительно. — А я вот решил — возьму да и наведаюсь к жене…

— К бывшей жене! — перебиваю его. — Ты не забыл, что мы уже развелись? В доказательство даже могу предъявить свидетельство. Лежит вон там, в сейфе.

— Алька, скидывай броню, я не воевать пришел, — машет рукой Влад. — Мир предлагаю.

— Что тебе нужно? — спрашиваю, скрестив руки на груди.

— Выслушай… Можешь ты меня хоть один раз нормально выслушать…

Как будто я раньше его невнимательно слушала! Всегда уделяла время на разговоры с мужем, выслушивала его рассказы о работе, клиентах, проблемах. Это у него обычно на меня времени не было.

И ведь не уйдет!

Сидит, смотрит на меня упертым и в то же время жалобным взглядом. Даже не знаю, как ему удается совместить эти два качества.

— Говори, — вздыхаю.

— Мы с Ликой расстались, — выдает он, откинувшись на спинку стула.

Не пойму, какой он ждет от меня реакции. Что я должна сейчас сделать? Завизжать от радости? Начать прыгать и скакать по кабинету? Кинуться к нему на шею?

— И как это касается меня? — пожимаю плечами.

— Да брось, Аль! — раздраженно говорит Влад. — Я сглупил, признаю. Повелся непонятно на что, на красивую обертку, на фантик, а внутри-то пусто было. Не беременная она, сама призналась в последний день. Когда я понял, что меня поймали на липовое пузо, как будто пелена с глаз упала. Я все понял! Она на роскошную жизнь нацелилась. А что? Выйти за меня замуж, как сыр в масле кататься, по салонам шляться и при этом не работать — мудрая идея для такой, как она. Вот только я не дойная корова, так ей и сказал.

Да, с моего бывшего дойная корова так себе. Экономил на всем. Однако Лика еще долго терпела, нормальная девушка ушла бы еще на моменте, когда он зажилил деньги на отпуск.

— Повторяю вопрос: я при чем? — холодно отвечаю.

Влад хитро щурится:

— Не догадываешься? Предлагаю нам с тобой забыть прошлые обиды и снова сойтись. Тем более и повод достойный имеется. Птичка на хвосте принесла одну новость… И я подумал — знак свыше.

От этих слов меня аж передергивает.

— Я тебе никаких знаков не подавала. Уж тем более сходиться не собираюсь!

— А ты не кипятись, взвесь все за и против, — важно говорит он. — В твоем-то положении мужьями не разбрасываются.

О чем это он?

— Я больше не люблю тебя, Влад. И уж конечно, не собираюсь терпеть твои…

— Не говори ерунды, — перебивает он. — Не может быть так, что у тебя ко мне исчезли чувства. Не можешь же ты ничего ко мне не испытывать после стольких лет.

А я и вправду не испытываю к нему ровным счетом ни-че-го…

Какая-то пустота внутри.

Влад для меня сейчас — посторонний человек. Хорошо знакомый, но посторонний.

Сижу, смотрю на него и гадаю: простила бы я ему его измену до поездки в отпуск? Честно, не знаю. Но теперь все изменилось. Или изменилось еще раньше? Насколько раньше?

Когда я прекратила его любить?

Отчего-то мне кажется, что это произошло давно… То есть понятно, что за десять лет отношения претерпели разительные изменения. Сначала была страсть, безудержное желание быть вместе каждую свободную минуту. А потом быт, работа, усталость…

Но ведь и Влад в последние годы не проявлял ко мне особых чувств. Ему было постоянно некогда: дела, работа, другие женщины, как выяснилось. Поцелуи стали дежурными, объятия — редкими.

А бесконечные обиды и дефицит внимания от мужа — паршивое удобрение для чувств. Мои жалкие попытки наладить наш брак привели к тому, что он ушел к любовнице. А обратно дороги нет.

Да, у меня все еще были к нему чувства, когда Лика заявилась ко мне в салон и объявила о том, что ждет ребенка от моего мужа. Но далеко не такие сильные, как раньше.

Мне было больно и зверски обидно. Но благодаря Макару это все ушло.

Единственное, за что я могу сказать бывшему однокласснику спасибо, так это за то, что он излечил меня от страданий по поводу развода. А впрочем, не единственное.

— Влад, я беременна, — тихо признаюсь бывшему мужу.

— Я знаю, — кивает он и указывает на маленькие пинетки, которые выглядывают из-за монитора ноутбука.

— Это ты из-за пинеток догадался? — удивляюсь.

Мало ли, может я в подарок купила.

А он снова хитро щурится:

— Говорю же, птичка на хвосте принесла эту весть…

В этот момент мне хочется хлопнуть себя ладонью по лбу. Ведь мой гинеколог — жена его давнего друга, Толика Семенова. Но ведь это врачебная тайна! Неужели проболталась? И как быстро донесли.

— Вот я и подумал, — продолжает Влад, — это тот самый знак свыше. Тебе нужна поддержка, супруг, который всегда будет рядом, станет оберегать тебя и малыша…

Да, все верно, мне нужны поддержка, забота и прочее. Вот только Влад очень вряд ли сможет мне это дать. Он даже наш брак не уберег, что уж говорить о чужом ребенке.

— Влад, очнись, ребенок от другого мужчины, если до тебя не дошло. Другого! Нам с тобой уже вместе не быть…

— Отчего же? — улыбается он. — Быть, Аля, еще как быть. Тем более теперь…

Пожалуй, последнее, во что я готова поверить, — это в бескорыстное принятие моим бывшим мужем чужого ребенка.

— Ты ушибся головой? Я же тебе объясняю, беременна от Макара. Так что…

— Нам этого ребенка бог послал, — серьезно говорит Влад.

О как! Бывший муж умеет удивлять.

— Аля, мы ведь с тобой множество раз спали без защиты, и ты не забеременела. И Лика, когда мы расставались, призналась, что она все это время только и делала, что пыталась зачать. Мне врала про противозачаточные, а сама закидывалась пренатальными витаминами горстями. У нее было море вариантов от меня залететь, но этого так и не случилось.

— И? — поднимаю бровь. — Я давно тебе говорила, что нужно провериться…

— Я проверился, — кивает он. — После того как Лика призналась. Я бесплоден, как выяснилось. Возрастные изменения, плохая экология, стресс, все такое… В общем, повторюсь, нам твоего ребенка бог послал, он нас склеит. Давай так: я гульнул, ты гульнула, квиты. Ты одна, я один, а ребенку нужна семья. Поэтому предлагаю заново расписаться и съехаться. Если хочешь, я даже перепишу на тебя жилье… Ты согласна?

Смотрю на него и не верю своим ушам.

Какой же он практичный.

Вот только мой ребенок — не клей.

— Нет, — твердо ему отвечаю.

— Но почему? — искренне удивляется он. — Я же предлагаю разумное