Чародейка по ошибке - Валентина Алексеевна Савенко

Теперь мои слова прозвучали более чем двусмысленно. Не для темного. А для одной заблудившейся в собственной голове чародейки.

* * *

Покачиваясь на воде, мара насмешливо смотрела на выпавшего из портала Эва. Золотистые стрекозы яркими искрами брызнули в стороны от темного, севшего на край моста.

– Судя по твоему виду, либо Клеа нашла жениха Даяне, либо ты наконец обнаружил, что у нашей Даяны рядом с тобой заметно косят глазки, – усмехнулась Ана, перебрасывая серебристую волну волос на грудь и вытаскивая гребень.

– Давно заметила? – Эв повернулся боком, прислонился спиной к столбу.

– С первой вашей встречи. – Мара медленно провела гребнем по светлым прядям.

– Мама тоже знает?

– А сам как думаешь?

– Знает…

Потому и не мешала Эву отпугивать женихов, надеялась, что Даяна будет видеть его крылья постоянно.

– Не только она, – лукаво улыбнулась мара. – Ты обратил внимание на то, что королева перестала закидывать тебя невестами?

Эв кивнул. Еще бы. У Волдемара даже ностальгия случилась.

– Ей мама намекнула, что я несвободен?

– Нет. – Мара поправила волосы и недовольно сморщила нос. – Но и не я, кто меня во дворец пустит! Перестраховщики! Королева не слепая, соглядатаев полно. Вот и донесли, что ты домой счастливый сбегаешь. Сложили два и два и решили не мешать. Тем более Барт подтвердил, что забрасывать тебя невестами бесполезно: у тебя внезапные чувства!

Вот интриганы! И главное, никого не смутило, что сам темный про свои чувства и не подозревает. А должен был.

У его семьи имелась особенность: Ариесы влюблялись раз в жизни. Один раз без права на помилование, так сказать. Взаимно или нет, божественных покровителей не волновало.

Но это не все. Если был хотя бы легкий намек, хотя бы крохотный шанс, что любовь будет взаимной, их избранники начинали видеть истинный облик Ариесов. И первыми – крылья, которые маги старательно скрывали. Потому что в этом мире не осталось крылатых народов. Чем сильнее чувства, тем чаще крылья показываются их половинке. Даяна видит их постоянно. Потому что, сама того не понимая, любит. Его. Это было неожиданно, странно и невероятно.

Эв всегда знал, что в его жизни будет любовь. Был уверен, что именно он поймет: вот она, любовь! Надеялся, что взаимная. Или с намеком на взаимность. Думал, ему придется завоевывать половинку, с надеждой ждать ее слов, что она чувствует то же или видит странные образы постоянно… А дождавшись, не верить. Но вышло все наоборот.

Даяна его любит. Нет сомнений и повода волноваться. А он ошарашенно пытается разобраться в сердце, где море нежности к рыжей чародейке. И где-то там, под этим океаном, скрытая от него самого, живет любовь. Если бы ее не было, Даяна не видела бы его крыльев никогда!

Эв откинул голову назад и, глядя на мерцающие между ветвями звезды, расхохотался. Как могло такое случиться? В какой момент рыжая чародейка стала для него всем миром? Когда смотрела на него, словно на чудо? Или когда искала хвост на мосту у дома на озере? Это не объяснить, не измерить, не посчитать.

Любовь есть. Точка. Подпишись под счастьем. Навсегда. Одиночества удалось избежать.

Но почему же кажется, что за всей этой суетой он упустил важный момент? А может, и не упустил. Никогда и ни с кем ему не было так хорошо, как с Даяной. Поход на кладбище, вызов демонов, веселые перебранки, экскурсия по мыловарне и перепалки, когда она выговаривала ему за очередного сбежавшего жениха. Вечерние встречи в саду. Неспешные разговоры, ее любопытство.

Боязнь змей. Наивность. Смущение, появляющееся беспричинно. Будь на месте Даяны другая, все это раздражало бы. Но не в ней. Воистину, когда любишь, для тебя нет недостатков. Только человек, который занял твое сердце. Только он.

– Ну вот, понял-таки! Надо же было так долго барахтаться в своих заблуждениях! А то долдонишь: «Помогаю, потому что я за нее отвечаю!» Ну да! «Потому что люблю» звучит не так красиво! Хотя… ты бы все равно помог, – довольно фыркнула Ана, убрала гребень и с всплеском ушла под воду, оставив Эва наедине с мыслями.

Темный смотрел в черное небо, будто заново знакомясь с собой, со своими чувствами. Принимал тепло, что упрямым огнем горело в груди.

Даяна. Его непоседливая чародейка. Она должна была стать тенью, врагом. А стала единственной, самой лучшей, самой нужной. Ей предстоит много узнать. Будет непросто. Но вначале ему нужно победить в поединке куда более сложном, чем семейные тайны. Ему придется доказать Даяне, что ее любят. И что ее чувства – не ошибка, дружба или странная форма уважения. Насмешка покровителей: Эву досталась девушка с непростым характером. Всего восемнадцать, а сколько всего намешано! Светское воспитание, романтичность выпускницы пансиона, теплота, открытость и желание помогать, сила матери, готовой ради семьи сделать невозможное, и прагматичность тетки.

Глава 8

Я поднялась в комнату. Мысли вспыхивали, гасли, крутились и порхали, словно лесные духи, скакали, как Опал по кустам, разыскивающий палку. Ни ванна, ни молоко с печеньем не помогли отвлечься от них. Решение лечь и уснуть тоже оказалось не лучшей идеей – в голове начался настоящий хаос. Я уже собиралась встать и еще раз пройтись по саду, когда появилась Ана. Ничего не спрашивая, устроилась в кресле и запела.

О путешественниках из мира, где щебечут, точно птицы, камни. Мира, где мертвые, не успевшие уйти на перерождение, могут говорить с живыми без некромантов и магов смерти… Вот бы там оказаться! Мне безумно не хватало мамы, ее совета.

«Любовь – это единственное, ради чего нужно жить».

Но как понять, что это именно любовь?! Как не перепутать ее с симпатией или благодарностью? Если бы можно было еще раз увидеть маму! Но слова, переданные через леди Клеа, были последними – мама ушла на перерождение.

Я открыла глаза, повернулась лицом к маре:

– Ана?

– У?

– А что такое любовь? – едва слышно спросила я, чувствуя себя совсем глупо.

Столько всего читала, слышала от тетушки и запуталась.

– У всех по-разному, – улыбнулась мара. – У кого-то это огненный ураган, у кого-то летний дождь. Для одних – сладкая сказка, для других – жизнь. То, без чего нельзя дышать.

– А как понять, что это именно любовь? – Я задумчиво погладила край одеяла, голубая ткань немного напоминала глаза темного, серо-голубое небо, в котором хотелось утонуть. – Как понять и не перепутать с чем-то другим?

Мара негромко хмыкнула:

– Как же с тобой сложно! Другая бы, встретив симпатичного парня, по углам счастливо вздыхала, а ты сомневаешься.