Небесная танцовщица. Книга 3 - Ната Лакомка

- сказала она пылко. – Помните Коилхарну, наставница? Он был так влюблён в Анджали. И когда она исчезла, всё время расспрашивал о ней. Вы знаете, что он так и не женился? Ради Анджали он рискнёт улететь из Тринаки!

- Хм… - Сахаджанья была не так уверена в этом, но пойти к гандхарву Коилхарне согласилась. – Только не говори, что в этом замешена госпожа Шакти, - предостерегла она Хему. – Против неё не пойдёт даже влюблённый безумец.

Была уже глубокая ночь, когда они добрались до дома Коилхарны.

Гандхарв открыл им и встал на пороге – широкоплечий, высокий, заслоняя свет, льющийся от светильника, и от этого казавшийся даже не смуглым, а чёрным. Он только что выкупался, и был в одной набедренной повязке и туфлях без задников.

- Что вам надо? – спросил он неприязненно.

Хема объяснила ему, что Анджали отправилась на землю по срочному поручению, и теперь её необходимо забрать, но, как назло, вылет виман с горы Сумеру запрещён.

- Не мог бы ты слетать за ней? – спросила Хема, просительно глядя на гандхарва снизу вверх. – Уже ночь, мы с наставницей так переживаем… Сам знаешь, что земля – страшное и опасное место!

- С чего это её понесло в это страшное и опасное место? – поинтересовался Коилхарна, исподлобья посмотрев на Сахаджанью, которая молчала, сложив руки и опустив глаза.

- Ты не знаешь нашу Анджали? – фыркнула Хема. – То есть госпожу Шакрани, конечно же. Всегда где-нибудь отыщет приключений…

Она сразу поняла, что зря назвала подругу её новым именем. При одном упоминании имени Шакры Коилхарна скрипнул зубами и ответил:

- Попросите её царственного любовника! У неговимана больше!

Он хотел закрыть двери перед апсарами, но Хема гибко проскользнула внутрь и вцепилась в гандхарва намертво.

- Ты не можешь её бросить! – причитала она, совсем позабыв наказ Сахаджаньи. – Ей грозит опасность! Мы должны её спасти!

- Опасность?.. – насторожился Коилхарна. – Что с ней случилось?

- Она отправилась обольщать жестокого человека! – выпалила Хема. – Он подвижник, достиг высот в молитве и медитации! Две наших апсары уже пострадали от него! Анджали тоже может обратиться в камень!..

- В камень? – не поверил гандхарв.

- Сила этого мудреца такова, что его гнев сковывает плоть и кровь, - рассказала Хема и сама заплакала от ужаса. – Анджали превратится в статую и будет тысячи лет стоять на земле! Будет мучиться до конца жизни!

Некоторое время Коилхарна кусал губы, а взгляд его застыл, совсем как из-за проклятия земного мудреца.

- Полетим?.. – робко позвала его Хема. – Она будет тебе благодарна…

Ещё несколько мгновений гандхарв явно боролся с собой, а потом с усилием произнёс:

- Нет, не поеду. Пусть превращается в камень. Хоть в навозную лепёшку превратиться – мне безразлично. Уходите.

Хема вскрикнула и залилась слезами, но тут заговорила Сахаджанья, которая тоже вошла в дом - незаметно и тихо, и так же тихо слушала разговор между Хемой и Коилхарной.

- А ты живёшь один? – спросила она, оглядывая просто обставленную комнату и постель, на которой лежала всего одна подушка.

- А почему тебя это интересует? – спросил в ответ Коилхарна и упёр кулак в бедро. – Я уже сказал, что не стану ей помогать. Пусть сдохнет самой позорной смертью, я…

- Совсем один, а ночи такие длинные, - перебила его Сахаджанья и резко повернулась к нему лицом. – Смотри, нас здесь двое, - она медленным, чувственным жестом указала сначала на себя, а потом на Хему, - и мы прекрасно знаем, чем можно скрасить очень длинную и одинокую ночь.

- Ты мне что предлагаешь… - начал гандхарв, но невольно облизнул губы, и Сахаджанья послала ему улыбку – томную, многообещающую.

Хема, впервые увидевшая свою наставницу такой, попросту открыла рот, потеряв дар речи.

- Как ты думаешь, - продолжала Сахаджанья, подходя к мужчине вплотную, - что интереснее – завалить первую попавшуюся апсару в кусты или получить на своё ложе двух женщин, которые… согласны на всё и даже больше, чем на всё?

- А-э… - промычал Коилхарна, но глаза уже загорелись жадностью и страстью.

Хема опомнилась и включилась в игру.

- Неужели, один полёт на вимане не стоит нашей любви? – промурлыкала она, смахнув с ресниц слёзы и прижавшись к Коилхарне всем телом. – Не такая уж большая плата…

- Захочу – получу вас задаром, - тяжело выдохнул гандхарв, глядя на грудь высокую Хемы, прикрытую лёгкой тканью.

- Но получишь ли нашу любовь в полной мере? – усмехнулась Сахаджанья. – Знаешь, мужчину можно любить лёжа на спине и глядя в звёздное небо, а можно полюбить наоборот – когда мужчина лежит на спине и лишь наслаждается… Есть много маленьких, но таких горячих секретов, как довести мужчину до вершины блаженства… Хочешь их узнать?

- Ну… показывай свои секреты, - усмехнулся ей в ответ Коилхарна и одним движением сбросил набедренную повязку. – Только сразу вдвоём показывайте. Раз уж пришли вместе.

Только под утро Коилхарна насытился. Если сначала он позволял апсарам показывать своё мастерство, то вскоре ему и этого показалось мало. После полуночи он вошёл во вкус и перепробовал на женщинах все мыслимые позы из трактата любви. Когда в окошко забрезжил розовый свет, у всех троих под глазами залегли тени, и Коилхарна, получив ещё одно подтверждение, что апсары настолько искусны, что могут довести до пика наслаждения даже уставшего мужчину, расслабленно откинулся на ложе, оттолкнув Хему, которая только что показывала ему особую технику «шёлковый дождь», умело лаская руками и ртом одновременно.

- Всё, хватит, - сказал гандхарв, блаженно вытягиваясь в полный рост. – Признаю, вы обе – настоящие искусницы. Выжали из меня все силы до последней капли, - и он лениво хохотнул.

- Ты отвезёшь нас на землю? – выпалила Хема, набрасывая одежду и торопливо завязывая узел на поясе.

Сахаджанья тоже одевалась