Измена. Я тебе отомщу - Анастасия Пырченкова

это помогло, нужно быть одной. Рядом с Александром это оказалось невыполнимой задачей. Он смотрел слишком откровенно и вёл себя чересчур нагло. Его не заботили чужие устои. Он без стеснения трогал меня везде, куда дотягивались его руки, даже не думая тормозить. От бёдер по талии вверх, сжимая грудь. В то время как губы наоборот спускались всё ниже.

– Саш, стой. Стой. Пожалуйста. Только не здесь. Давай потом, в машине. Я согласна. Но не здесь.

А то я точно чокнусь и сгорю со стыда за своё безобразное поведение.

Александр замер. Шумно выдохнул. И в самом деле не стал продолжать. Поднял голову, врезаясь своим небесным взором в мой зелёный.

– Ладно, красивая, убедила. Машина так машина. Только потом не говори, что передумала.

– Я не передумаю, честно, – пообещала ему со всей серьёзностью.

Там хотя бы мы точно будем одни, и нас никто не увидит!

Ах, если бы я тогда знала, на что подписалась!

Но я не знала, а потому, облегченно выдохнув, я радостно чмокнула мужа в губы, поправила на себе сарафан и продолжила со спокойной душой ждать сотрудника полиции.

Он пришел лишь десять минут спустя. Извинился за задержку, представился Терехиным Евгением Николаевичем и принялся расспрашивать нас о случившемся.

Я посмотрела на Сашу, и тот ободряюще кивнул.

– Рассказывай. Ему можно.

Ну я и рассказала. Всё. От и до. Начиная с подслушанного в ЗАГСе разговора и заканчивая ситуацией на парковке.

– Телефон мои ребята подобрали, хотя вряд ли с него выйдет что-то достать. Попробуем, конечно, но сами понимаете…

Он не договорил, но то и не надо было. Без слов понятно, что моя провокация оказалась бессмысленной. Хотя и не совсем.

– Мутно всё это, – постучал пальцами по столу оперуполномоченный. – Сложно. Михаил выпросил себе звонок, уже вызвал адвоката. Едва ли ещё на пару часов задержится в камере. Можно подать в суд на запрет приближения к вам, учитывая его выходку на парковке, – кивнул на моё плечо, где уже вовсю цвёл синяк, – но это тоже займёт время. Не одним днём делается. Так что сами понимаете, защитить так сразу мы вас от него не сможем.

Вздохнула.

Вот вам и правосудие. Даже трое суток не посидит за применение силы в мою сторону. Потому что деньги и адвокат.

– Может твоему папе позвонить? Пусть отзовёт адвоката, – спросила у Александра, не зная, что ещё делать.

– Миша не дурак, – покачал головой он, – вряд ли обратился к семейному юристу.

– Не к нему, – подтвердил и Евгений Николаевич. – Но ты не переживай, девочка. Прищучим мы его. Вы, главное, вовремя оповещайте меня обо всём, что вам покажется странным. Даже если вам самим кажется обратное. Рано или поздно, он проколется, и тогда мы его возьмём.

Главное, чтоб действительно рано, а не поздно.

После всего я не сомневалась – Миша способен на всё. И в отличие от нас троих здесь присутствующих, его совсем не волновала мораль. Не представляла, как можно бороться с таким человеком. Если вообще возможно. А если он отступит? Если переключится на другую?

– Приставлю за ним наблюдение. Если устроит нечто подобное, мы узнаем, – успокоил меня Терехин.

Скривилась. Что-то мне подсказывало, Миша теперь станет тише воды ниже травы. Но всё же это лучше, чем ничего. Вот и кивнула, сдаваясь и больше ни о чем ни с кем не споря.

Мужчины ещё недолго пообщались между собой, после чего нас отпустили восвояси.

А уже на улице я и вовсе забыла думать о Михаиле и бедах с ним связанных. Ведь мой бесстыжий муж ещё в дверях заявил вкрадчиво и с предвкушением:

– Ну что, красивая, едем до машины? Кстати, такси – это тоже машина.

Какие там проблемы?!

Вообще никаких нет!

А вот мой извращенец-муж стоял рядом и широко и довольно улыбался, пока я в ужасе осознавала, в какую же ловушку загнала себя неосторожным согласием.

– Саш…

– Поздно, красивая! Ты сама согласилась. И обещала, что не пойдёшь на попятную, – напомнил он самодовольно.

Ухватив за руку, потянул прочь от полицейского участка. В ту сторону, где виднелась стоянка такси.

Ой, мама…

А можно не надо?!

Я передумала!

И кажется уже согласна на стол в том кабинете. Всё лучше, чем то, к чему всё шло.

А шло всё к очень и очень плохим последствиям. К таким, где мы опять могли оказаться в оставшемся за спинами здании, только уже реально за решёткой. Но мой муж если это и понимал, то блюсти осторожность всё равно не собирался. Довёл меня до такси, усадил назад, уселся рядом, а дальше…

Дальше мы поехали.

И я не сразу поняла, что ничего такого уж страшного не происходит. Александр лишь раз облапал меня, пока пристёгивал ремнем, а после взял ладонь, и… всё. Всё! Больше ничего. Ещё и подмигнул нахально, поймав мой удивлённый и настороженный взгляд.

– А-а… – протянула, так и не найдясь со подходящими словами.

Зато у него с этим проблем не возникло.

– Хочешь пересесть? – предложил деланно невинно.

И я тут же помотала головой.

– Нет, – озвучила ещё и вслух.

Ну так, на всякий.

Александр усмехнулся, но спорить не стал. А вот я принялась зло пыхтеть на него. Ну просто… издевался же! Как пить дать. Зараза бесстыжая. А я между прочим чуть инфаркт не словила из-за его шуточек! Он же сидел весь из себя довольный такой. Раздражал меня.

Вот кто так делал? Только Александр Вертинский. Личность аморальная! Прям фу!

Сложив руки на груди, я пыталась успокоиться, но эта его улыбочка… выводила из себя, стоило только посмотреть.

Да чтоб ему пусто было!

Да чтоб несварение с ним приключилось!

Да чтоб у него не встал больше этим днём!

Всю дорогу, пока ехали, желала ему всяких гадостей.

И что вы думаете? Ни одна не сбылась! Хотя уж мизинец ударить о дверцу машины спокойно мог. А он…

Фу таким быть!

И ведь так и не перестал довольно лыбиться непонятно чему.

У-уу, змееныш голубоглазый!

Мужем ещё зовется.

Мужья так некрасиво с женами не поступают.

Короче, я обиделась!

Бросила на него как можно более высокомерный взгляд и отвернулась.

Но к машине его направилась, да. Обида обидой, а новых синяков или чего похуже заиметь не хотелось. Так что я не только дошла до авто супруга, но и позволила себя усадить