Падший ангел для генерала - Арина Теплова

— Ирене, что ты молчишь? Ты слышишь меня?

Я пришла в себя. Взглянула спокойно на этого мерзавца. Поняла, что не должна показать ему, что всё поняла про него. Надо было немедленно бежать к барону Бруно и рассказать ему о своих подозрениях, пока этот оборотень ещё чего-нибудь не выкинул.

— Прости, что ты сказал, Фернандо?

— Я сказал, что ты можешь своим повелением открыть ворота замка и угомонить этого вояку Бруно.

— В смысле?

— Ты что, не слышала, что я только что тебе сказал?

Глава 48

Видимо, и правда, пребывая в своих хаотичных, напряженных мыслях, я не расслышала последних слов Фернандо.

— Я сказал, что ты должна мне помочь найти ту самую бумагу! Доказательство. Может, Альваро тебе что-то говорил? Где этот документ? Куда он спрятал его? Я уже отыскал два тайника здесь и один в его спальне, о которых знал. Но ничего там нет.

Я, сразу же вспомнив о тайнике в каменном полу, взглянула туда, через открытую дверь. Там было все закрыто. Значит, Фернандо искал не там.

— Бумагу? Что за бумагу? — спросила я напряженно, пытаясь до конца понять все коварные планы этого предателя.

— О том, что ты герцогиня де Ортега! Ирене, очнись, в самом деле! Что ты, как пьяная. Говорю, если мы найдем эту бумагу о вашем союзе с Альваро, мы докажем это. А значит, у тебя будет верховная власть на этих землях после смерти твоего мужа — герцога Альваро.

— Что? — пролепетала я в недоумении, ошарашенная словами Фернандо. — Но я не венчалась с Альваро… я…

— Союз был заключен в тюрьме, Ирене. Вспомни, ты же подписывала тогда бумагу. И я, и еще один свидетель поставили на ней свои подписи. Там еще был монах, то был священник, что скрепил ваш союз. Этот документ где-то есть! И он имеет законную силу, и оспорить его нельзя, он запечатан магической печатью. Ты герцогиня этих земель! И ты можешь повелевать здесь всем сейчас. И велеть открыть ворота замка, чтобы всех нас спасти.

Я вспомнила, как та бумага после моей подписи и моего согласия чуть засветилась. Тогда Альваро и сказал, что печать магическая.

— Но я не понимаю. Альваро же всегда говорил, что та бумага о том, что я его рабыня.

— Он лгал тебе. Я-то знаю, что подписывал, — проворчал Фернандо. — Там было все написано по правилам. Что ты становишься женой герцога.

А я тогда и не понимала, что происходит. Тогда я совсем не знала местной письменности и не могла прочитать, что было в том документе.

— Но зачем? Почему Альваро не сказал мне правду? — спросила я, недоумевая.

— Не знаю. Может, считал это слишком унизительным? Женится на иномирянке?

— Может. Но и потом не сказал.

— Не знаю почему, Ирене. Давай искать бумагу. Время идет, полдень скоро.

Альваро! Какой же всё-таки гад! Но тут же я осекла себя. О мертвых не говорят плохо.

Оказывается, та бумага была бумага о браке. И я всё это время была его женой, а не рабыней! Вот отчего он сразу же относится ко мне как-то странно. Защищал, одевал в красивые платья, требовал, чтобы ко мне относились с уважением. Но, конечно, не с таким почтением, как к настоящей герцогине. Но всё же! И ведь продолжал играть передо мной, что я его рабыня. И зачем это всё? Зачем он вообще женился на мне, когда знал меня всего два дня? Ведь спасти от виселицы меня можно было и как рабыню.

Я уже ничего не понимала.

Я снова взглянула на Фернандо, который уже третий раз прошерстил стол и тайник за картиной.

Если я и впрямь герцогиня, то… надо всё рассказать немедленно барону Бруно! И всё решать с ним, посоветоваться и вскрыть тайник, что показал мне перед сражением Альваро. Наверняка там и лежит та бумага о браке, и ведь не зря герцог показал этот тайник только мне. Как чувствовал, что вокруг него плетут сети предатели, и, похоже, не доверял никому. Никому, кроме меня…

Я горько всхлипнула. Ах, Альваро! Ну почему же ты был таким скрытным и непонятным? Как теперь всё это разруливать, если я действительно герцогиня?

Я начала медленно пятиться к двери.

— Фернандо, мне надо отлучиться на кухню, — соврала я.

— Какая кухня, Ирене⁈ — возмутился он, поднимая на меня глаза. — Сейчас важно найти документ, что ты герцогиня!

— Но Мартина мне велела прийти немедленно, я только вспомнила.

Дверь оказалась у меня за спиной, и я рванула наружу. Боялась, как бы Фернандо не схватил меня или ещё что похуже. Если он был предателем, то мог и убить, наверное.

Сломя голову я сбежала с лестницы и устремилась на улицу.

Зловещая тишина окутала замок, и все ждали. Видимо, полудня. Баски, что мы сдадим замок, мы — чуда.

Через пять минут я была рядом с бароном Бруно и выпалила ему на ухо все свои сомнения и выводы насчёт Фернандо.

Барон поменялся в лице, опешив, смотря на меня.

— А я думал, отчего Фернандо так жаждет сдать замок баскам! — процедил мне так же тихо барон. — А он продажный шакал, служит им уже давно!

— Но может, все же я ошибаюсь?

— Вряд ли, как раз все встало на свои места.

Барон уже гаркнул воину напротив нас:

— Гаспар! Немедленно ко мне гвардейцев, что несли охрану замка сегодняшней ночью!

— Слушаюсь, господин барон!

— Не волнуйтесь, сеньорита Ирене, я во всем разберусь, — заверил меня барон. — Только теперь я начинаю понимать, отчего этот хитрый лис сейчас требовал открыть ворота неприятелю. Если он продался им, я все узнаю, уж поверьте мне.

Спустя еще десять минут около нас появились десять гвардейцев. И барон потребовал от них ответа:

— Отлучался ли дон Фернандо из замка ночью до начала наступления?

Охранники молчали. И барон начал уже давить на них:

— Говорите. Если я узнаю правду после, то собственноручно привяжу к пушке того, кто выпустил его из замка, и выстрелю в сторону басков. У вас один шанс спасти свою жалкую жизнь — сознаться сейчас, пока не поздно!

— Ну, я выпустил дона Фернандо, — проворчал один из гвардейцев, усатый вояка лет сорока. — Он дал мне два сентима и сказал, что идет по