Обидеть ведьму может каждый, или клочки по закоулочкам - Светлана Калинникова

Катя и не подозревала, что станет моим невольным помощником. Мне подвернулся случай.

Настя подписывала у меня очередное заключение, которое просили подготовить юристы. Ничего сложного в договоре между колдовскими организациями не наблюдалось, и наш отдел с чистой совестью указал на магические риски, которые не противоречат нормам Магического кодекса и обычаям делового оборота. Остальное – соответствие законодательству – их компетенция.

- Я отнесу «юрикам», — Настя шустро развернулась, но я окликнула ее у дверей.

- Настя, я сама отнесу заключение. Засиделась я сегодня, надо размяться.

- Ой, ну и хорошо, — ответила мой помощник. — Мне как-то с Катей лишний раз встречаться не хочется. Недавно мне заявила, что мы «легкотрудники» и все за нас колдовство выполняет. Я ей говорю: «Ну, да, мы с Ульяной Михайловной и программистами наш собственный магический интеллект создали, он и пашет за нас, как Папа Карло».

Мы засмеялись. Настя была права: чем нелепей слухи о ведьмах и колдунах, тем больше вероятности, что в них с легкостью поверят и, возможно, додумают. По крайней мере, Катя, которую я успела немного узнать, так и считала.

Юристы прослушивали какую-то аудиозапись, когда я зашла. По словам «уважаемый суд» и «противная сторона» я поняла, что они прослушивали важный для них процесс.

- Приветствую, коллеги, – задала я тон нашему общению.

Их начальник приостановил аудиозапись.

- Принесла вам заключение, по нашей части все чисто.

- Ты только мне скинь в общую сеть файл с заключением, я у тебя общую фабулу возьму.

- Без проблем, – сказала я. – Как представитель отряда «легкотрудников», я всегда готова облегчить работу представителям других отрядов.

Катя залилась краской и начала перекладывать у себя на столе документы. Работник года, однако!

- Ну, дома, наверное, работаешь, – оценил шутку главный юрист.

- Теперь дома работаю только на себя, мы с Клочковым разводимся.

Катя улыбнулась, бросила делать вид, что работает, и следила за нашим диалогом.

– Сочувствую. Сам я развода избежал, тьфу-тьфу-тьфу, – сплюнул главный юрист и постучал о стол. – Но если вспомнить нашего Сергея Николаевича во время развода – такие страсти кипели! Он чуть не поседел совсем.

– Ну, со мной еще труднее, чем с обычной женщиной. Клочков ко мне и шага не может ступить, я ведь не только замки поменяла, я еще и заговОр «на порог у дома» наложила. Домой ко мне можно только со мной вместе ступить, пока я не дома – чужаку ход закрыт.

– Коварство, женщины и любовь! – раздался смех в юротделе.

Поговорив о разных мелочах, я удалилась. Все, что было мною сказано, было услышано и принято Катей к сведению. Ей нравилось слушать и о неурядицах моей личной жизни, и о предпринятых мной колдовских мерах против непрошеных гостей.

Так я заставила Клочкова и Катю, влюбленную в него по уши, как я понимаю, выкрасть у меня ключи, и подсыпать мне в чай дурман-травы.

Внутри меня жила непоколебимая уверенность, что все сложится наилучшим образом. Мой боевой, даже немного безрассудный настрой, в этой ситуации служил отличной заменой идеальному плану. К тому же, я просто не могла позволить себе быть униженной или проявить себя в качестве половой тряпки. Простите за резкость.

Хотелось — до мурашек — проделать все это скоро и ловко. Но то я весной переболела гриппом, то Славик «подгадил» своим месячным отдыхом в Крыму, а потом у меня наступил отпуск — срок задуманной «мсти» затянулся.

И вот, сохраняя мое настроение — боевое и чуточку сумасшедшее — я позволила Кате выкрасть мои ключи. Встретив ее «ненароком» в коридоре, я сказала, что забыла в кабинете папку «для подписания».

- Катя, мне еще в плановый отдел забежать надо, не службу, а в дружбу — забеги ко мне, забери папку.

Вернувшись потом, я проверила — Катя взяла второй дубликат ключей. Отчаянная все-таки девчонка! Подставлялась по полной — вдруг бы мне понадобился второй экземпляр? Ну, любовь зла… Мне ли рассуждать по-другому?

Я дала ей возможность потом мне их вернуть. Помните, как она пришла ко мне после моего больничного? Пока я вдыхала воздух из окна, Катюшка открыла шкаф, чтобы взять бутылку воды, и подкинула ключи ко мне снова…

Я замолчала. Оболенцев и Агата смотрели на меня без осуждения. Папа был хмур. Мне не требовалось ничьего одобрения, все уже случилось. Клочкову грозит приличный срок. Ему вменяют покушение на незаконное лишение или присвоение магической силы. Что касается истории с отравлением, то тут пока полная неопределенность. Неизвестно, какую позицию займет Оболенцев по этому вопросу.

- И как же состоялось отравление, Ульяна Михайловна? – очень строго спросил папа.

От моей репутации порядочной доброй ведьмы в его глазах ничего не осталось – одни клочки. Только я не вынуждала Славика пойти на совершение магического преступления. У него всегда был другой вариант: не красть мой дар, не лишать меня колдовской силы, а развестись и оставить меня в покое.

Я не толкала его к этому. Но Славик, попав в ловушку под названием «выбор», определился сразу. Он мог поступить по-человечески, по-мужски. Клочков мог развестись, уйти, оставить меня в покое. Но вместо этого он выбрал другой путь – путь воровства и предательства.

ГЛАВА 31. И на старуху бывает проруха.

Перед тем как продолжить беседу, Агата предложила всем освежиться чаем или кофе. Она с радушием хлопотала на кухне: заваривала ароматный чай, варила крепкий кофе, аккуратно расставляла чашки, раскладывала конфеты и печенье. Мне она ободряюще подмигнула: мол, не дрейфь!

Ярило, притащив свою лежанку, устроился на ней вместе с домовым. Их присутствие замечали только я и Кузькина мать. Для остальных они невидимы. Она, в свою очередь, строго погрозила им кулаком и приложила палец к губам, давая понять, что сейчас не время для детских игр, ведь взрослые ведут важный разговор.

По выражению лица папы я поняла что вся эта подготовка к чаепитию дается ему нелегко. Если бы не Оболенцев и Агата, он бы уже давно провел допрос с пристрастием.

- И в кого у вас такой талант к интригам и приключениям, Ульяна Михайловна? – с некоторой долей веселья поинтересовался Оболенцев. – Прямо по сериальному сценарию развиваются события!

«Ага, он и Агата пока не дошли до стадии осуждения неразумной девицы, и, кажется, на моей стороне», – обрадовалась я про себя.