Душа мавки - Ева Бран

привязка к лунным циклам, способы удержания жизненной силы. И главное, там было указано: сердца должны быть не просто вырваны. Они должны быть соединены в определенной последовательности, чтобы кровь из них стала проводником, а чаша превратилась в сосуд, удерживающий вечность.

Арина замерла рядом со мной. Я слышал, как она прерывисто дышит, и понимал, что ей тяжело. Навья сущность в ней чувствовала этот узел сильнее меня. Для неё это был не просто ритуал. Это был вызов самой природе.

- Мерзость какая, - пробормотал я, повторно оглядывая пространство.

Сделав небольшой шаг, заметил рядом с чашей небольшую нишу в стене. Внутри неё клубилась странная тьма, не похожая на обычную тень. От этой ниши веяло такой стылостью, что по телу бежали мурашки.

- Межпространство, - прошептала Арина.

Я сразу понял, что нужно делать. Если я достану меч, смогу разрубить плетения и снести схему ко всем чертям. Перерезать узлы. Но сначала надо войти туда, где лежит сам Кладенец. Времени не было. Я понимал, что Кудеяр явится в любой момент.

Подойдя ближе, призвал все оставшиеся силы, готовясь прорываться боем, если потребуется. На пальцах заплясали зелёные искры природной магии. Проблема заключалась в том, что я потратил этой ночью слишком много энергии, создавая обереги, а сейчас комната высосала из меня чуть ли не половину оставшегося резерва. Но попытаться стоило.

- Сейчас, - сказал я Арине.

Она кивнула и стала рядом, готовясь поддержать рунами, если проход откроется. Я коснулся края ниши, и ничего не произошло. Попробовал ещё раз, уже сильнее, и почувствовал, как пространство отталкивает меня назад.

Я попытался вызвать движение материи, опереться на знаки, на собственную кровь, на остатки огня – на всё, что у меня было. Но межпространство даже не дёрнулось, никак не отозвалось. Оно не реагировало на мои слабые попытки коснуться его. Я чувствовал близость Кладенца, но не мог ухватить даже образ. Оказывается, Кудеяр подстраховался и припрятал единственную вещь, способную его остановить. Тварь! Хотелось рвать и метать от бессильной злобы.

И тут Арина шагнула к нише и коснулась стены ладонью. Она призывала руны. Они уже светились на её коже, прорываясь энергетическими потоками в пространство.

- Запечатано, - сказала она тихо. – Здесь не просто проход. Здесь… узел на узле.

И в эту секунду сверху хлопнула дверь. Мы отшатнулись от ниши. Я лихорадочно соображал, что делать. Как выбраться из смертельной ловушки, но в голову, как назло, ничего не лезло.

- Уходим? - спросила Арина. В её взгляде сейчас не было страха. В нём читалась только злость.

Я смотрел на межпространство, где был спрятан Кладенец, и чувствовал, как время утекает сквозь пальцы.

Глава 20

Глава 20

Шаги наверху становились все ближе. Арина пристально глядела на тьму, клубившуюся в нише. Она видела то, чего не видел я. Не только запечатанную прослойку. Она, вероятно, понимала её устройство и, очевидно, её слабые места.

- Ты можешь открыть? - спросил я.

- Кажется, могу, - ответила она неуверенно. – Но это… не просто дверь.

Мы оба знали, что находимся между двух опасностей. С одной стороны – Кудеяр, а с другой – переход, который потребует огромную плату. Открыть прослойку между Явью и Навью можно только изнутри собственной природы, а значит, Арина должна будет полностью отдаться этой энергии. Нам рассказывали о подобных переходах в академии, но касались этих тем вскользь. Возможно, в ордене имелись боевые маги, достаточно сильные, чтобы практиковать взломы, но для природников эти умения были ни к чему. Я знал основы – лишь теорию, но на практике… оказался бесполезен.

- Если не готова, - начал я, но она резко покачала головой.

- Готова, - твёрдо проговорила Арина.

Девушка опустилась на одно колено прямо на холодный камень, положила ладони на пол и закрыла глаза. В первое мгновение ничего не произошло. Но вскоре под её пальцами начали проступать линии. Те самые руны, которые она бережно хранила в памяти, и даже навья природа не смогла отобрать у неё эти знания.

Сначала появился знак пути, затем знак дыхания, за ними – вечность и равновесие. Арина немного учила меня, и я уже мог различать некоторые символы. Она сотворяла сложный, многослойный став-переход, призванный служить мостом меж двумя мирами.

И тут пространство изменилось. Арина что-то неразборчиво прошептала. Я уж решил, что она какой-то оговор к рунам делает, но через несколько секунд понял, что ошибся. Свет резко потускнел, меня охватил холод, а голос Арины стал разборчивее. Кажется, я сам не заметил, как мы оказались в межпространстве.

- Не надо, - прошептала девушка, и, спустя миг, я понял, что это говорит не Арина, а её навья часть. – Не заходи так далеко. Не стоит жертвовать собой ради других. Забыла, что они сделали? Останься в Нави, прими её полностью. Там не надо выбирать. Там не надо быть слабой. Там боль не достает так глубоко.

Пальцы Арины дрогнули. Девушка мотнула головой и тут её голос изменился.

- Я хочу любить, - прошептала она.

Эти слова она произнесла едва слышно, но они ударили по мне сильнее любого заклинания.

Мавка внутри неё тут же отозвалась злым шепотом.

- Любовь всегда кончается болью.

- Да, - прошептала человеческая часть. – Но без неё невозможно…

Я смотрел, как её тело начинает дрожать. Арину колотило из-за внутреннего противоречия. От того, что две природы, находящиеся в ней, тянут душу в разные стороны.

Руны на полу вспыхнули ярче. Я понял, что, если она продолжит, её может попросту разорвать. И отнюдь не фигурально. Прослойка между мирами слишком чувствительна, а рунический мост, который она строила, был не просто переходом. Он являлся мостом, проложенным через собственную расколотую сущность.

- Арина, хватит, - сказал я и шагнул к ней, думая остановить, но она резко подняла ладонь, показывая, чтобы я не мешал.

- Нет, - выдохнула девушка. – Ещё чуть-чуть.

Я видел, как дрожат её плечи, как пальцы судорожно удерживают рисунок. В этом напряжении было что-то страшно красивое. Будто человек и нечисть в ней сошлись в последней схватке за право существовать.

- Я не хочу быть только болью, - прошептала она. – Я не хочу быть только голодом. Я не хочу просто выживать. Я хочу… чтобы меня выбрали, и я выбрала. Чтобы рядом был тот, кому я дорога.

Мавка в ней дёрнулась, рот Арины открылся в немом крике.

- Ты