Личный психотерапевт для Эльфа - Александра Олив

— Анна, ты умеешь ездить на лошади?

На миг молодая женщина опешила, но тут же отозвалась:

— Я умею ездить рысью, а, вот, галопу я не обучена.

— Долгур, она поедет со мной, — раздался позади Анны голос Синдара. От его пристального взгляда молодой женщине захотелось исчезнуть прямо на месте. И почему именно он вмешался и убедил стражей пропустить их? Анне было не по себе, и едва заметное неприятное предчувствие отозвалось холодком, пробежавшим по спине.

Къёорн подвел двух коней, и Долгур тут же сел верхом на белого жеребца. Немедля больше ни секунды, Синдар легко приподнял Анну и усадил боком на темного скакуна, а затем сам стремительно сел позади.

Анне было неловко, но она старалась не подавать вида и думать о более важных вещах.

— Долгур, сколько нам ехать? — спросила молодая женщина.

— До северной заставы два дня и ночь пути, если ехать без остановок, — отозвался голос старика чуть впереди. Анна опешила, она никак не рассчитывала провести столько времени на лошади, тем более бок о бок с пугавшим ее эльфом, — Но у нас нет столько времени, — маг обернулся и загадочно взглянул на своих спутников. — Синдар, Повелитель действительно приказал тебе наблюдать за Анной?

Анна замерла, специально глядя вперед на дорогу и не желая смотреть на вейара, когда внезапно услышала позади себя его ироничную усмешку. Она даже в деталях представила его лицо, в особенности, дикие зеленые глаза вейара:

— Хорошая вышла легенда для Орлэрина, не так ли, Долгур? — в голосе вейара звучало легкое самодовольство.

Старик в коричневых одеждах и плаще довольно улыбнулся и пришпорил коня сильнее. И Анна тут же почувствовала, как ускорился их собственный конь.

Дворец эльфийского владыки исчез в зеленом ущелье, по мере того как конная тропа взбиралась все вверх и вверх. Анна мало представляла, куда вела их лесная дорога, и что ждало их впереди. Но ей хотелось верить, что их путешествие не пройдет даром, и они вовремя доберутся до раненых эльфов, а маленькие огненные цветы исцелят раны, и вернут их к жизни. Единственное, что сильно волновало ее, так это то, как Повелитель отреагирует, когда узнает, что его приказ был нарушен.

Глава 17. Спасение

Полторы сотни всадников в темно-зеленых плащах диким вихрем проносились между деревьями по глухим лесным тропам. В руках воинов сверкали длинные серебряные клинки, испачканные черной кровью. Кара была неминуема.

Повелитель, сопровождаемый Дондолионом и Рейниром, стремительно летел вперед, сидя на своем белоснежном коне. Его угольно-черные одежды, поверх которых блестел серебряный панцирь доспеха, а плечи покрывал длинный серебристо-серый королевский плащ с усиленными металлическими пластинами на плечах, придавали ему смертоносности. В прозрачных голубых глазах сверкала безмолвная ярость и пламенный гнев.

Впереди, трусливо спасаясь бегством, визжа и рыча, мчались скъяды — обезображенные мерзкие твари, соединившие в своей внешности по злой воле искаженного разума черты людей и зверей. Их кожа была землистой, лица ужасны, а глаза отличались желтовато-карим или абсолютно черным цветом, в которых не было видно зрачков. И тем не менее их зрение было зорким, зубы острыми, а слух превосходным из-за того, что обитали они глубоко в недрах черных гор. Не отличаясь большим умом, но подчиняясь лишь силе и инстинктам, они, тем не менее, были очень опасными противниками. Жестокими, кровожадными и беспощадными.

После войны разделения Миров скъяды были вынуждены уйти глубоко в чрево гор и редко выходили на поверхность, но если все-же попадались вейарам на глаза, то последние истребляли их без раздумий. Со скъядами разговор был короткий. Они были смертельными врагами, и эльфы знали, что мерзкие твари коварны и хитры.

Однако же то, что они посмели нарушить границы владений эльфийского владыки и вторглись в Его Лес большим отрядом, да еще и при свете дня, — потрясло Повелителя до глубины души. Их повадки были ему хорошо известны: скъяды по своей натуре были слишком трусливы, чтобы выходить на поверхность, тем более заходить в древний зачарованный лес Нэрэльдалот без поддержки кого-то более сильного и опасного.

Повелитель на скаку резко занес клинок, и лезвие прошло сквозь плоть, как сквозь мягкое масло, отделяя голову мерзкого существа от тела. Вокруг раздавался лязг оружия, бряцанье самодельных доспехов скъядов и бешеный вой и визги.

— Взять одного живым, — приказал он, и Дондолион с Рейниром едва кивнув в ответ, устремились за бежавшими прочь скъядами.

Скъяды бешено изворачивались, отчаянно вступая в схватку со своим излюбленным оружием — зазубренными широкими мечами, но от разящих и точных ударов острых клинков и стрел вейар скрыться не могли. Вейары были молниеносны и быстры. Вскоре бойня закончилась, и Повелитель, царственно восседая в седле, медленно подъехал к трупу того, кто был похож на вожака. Прямо рядом с ним на коленях стоял единственный оставшийся в живых скъяд, у чьего горла уже опасно притаился острый эльфийский клинок, готовый в любой момент перерезать мерзкой твари глотку. Высокий воин-вейар в доспехах и плаще держал оружие наготове.

Повелитель медленно подъехал ближе, глядя ледяными глазами на омерзительное существо, затем он молча перевел взгляд на вейара, удерживавшего тварь.

— Кому ты служишь, говори! — грозно потребовал воин.

Скъяд недовольно прошипел и сплюнул под копыта королевского коня. Его глаза черные, как ночь, с нескрываемой злобой смотрели на эльфийского владыку снизу вверх. Он приоткрыл испачканный рот и оскалил острые, как бритва зубы:

— Берегииссссь, Эльффф. Тьмааа поглотит твой лессс. Моооркаарн уничтожит вас всееехх, — прошипел он, его глаза тут же вспыхнули опасным желтым огнем, — а ваших женщщщиин отдааасссст нам.

Не успел он договорить последнее слово, как его голова с резким свистом слетела с плеч по безмолвному приказу Повелителя.

И вдруг в этот же миг пространство среди ближайших деревьев на глазах вейар начало заполняться тьмой, сгущаясь и становясь все плотнее и плотнее.

Повелитель резко спрыгнул с коня, доставая второй клинок из королевских ножен. Его темные брови нахмурились, прозрачные голубые глаза сосредоточенно вглядывались в подступающую тьму. Длинные белоснежные волосы были рассыпаны по плечам, на лбу блеснул серебряный венец с льдистым камнем.

— Лучники в центр! Мечникам сомкнуть ряды! — Повелитель опасно повел клинками в двух руках, становясь в боевую стойку. По правую руку от него Дондолион также приготовился к бою, начиная медленно раскручивать свой клинок в правой руке. Рейнир по его левую руку тоже занял боевую позицию, вглядываясь вперед. Один из вейар приложил ладонь к губам, и внезапно раздался громкий крик хищной птицы. Кони, как один, метнулись прочь, оставляя воинов и лучников наедине с Тьмой.

Когда стук