Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Можно и так сказать… — неуверенно отвечает Ракель. — То, что я сделала, действительно можно так назвать…

Сэмми тихонько скулит, пока Ракель с грустью во взгляде гладит его по голове, Терренс прижимает ее к себе, а все остальные с ужасом во взгляде переглядываются между собой.

— Что ты сделала, Ракель? — с грустью во взгляде спрашивает Анна. — Какую провинность совершила?

Проходит еще несколько секунд до того, как Ракель дрожащим голосом наконец-то признается в том, что так долго не дает ей покоя:

— Я потеряла ребенка … У меня… Случился выкидыш . Я ждала малыша, но… Он не родился.

Услышанное повергает всех в глубочайший шок. Друзья слегка бледнеют от ужаса и на время лишаются дара речи, переглядываясь между собой широко распахнутыми глазами.

— Что? — в разное время произносят Наталия, Хелен, Анна, Даниэль и Питер.

— Выкидыш ? — ужасается Хелен.

— Сейчас вы уже могли бы увидеть нашего с Терренсом ребенка, — с мокрыми глазами слегка дрожащим голосом отвечает Ракель. — Но этого не случилось…

— Но, почему, Ракель? — покачав головой, неуверенно спрашивает Питер. — Почему ты потеряла ребенка?

— И когда? — недоумевает Даниэль. — Мы не видели в тебе никаких изменений, которые бывают у беременных.

— Объясни нам, — с жалостью во взгляде просит Анна.

— Это произошло во время суда над Майклом МакКлайфом, — спокойно отвечает Ракель. — Я узнала о беременности в то время… Визит ко врачу подтвердил это и объяснил мое недомогание.

— Во время суда над Майклом? — переспрашивает Наталия. — Значит, ты уже была беременной, когда ходила на все те слушания?

— Да… После начала процесса прошла пара недель. А в один из свободных дней я и узнала о том, что жду ребенка.

— Но мы ничего об этом не знали! — восклицает Хелен.

— Я хотела дождаться хорошего момента и все рассказать… — тихо отвечает Ракель.

— Погоди… Значит, это и есть то, что ты скрывала?

— Да. Это и есть мой секрет.

— Секунду, а Терренс знал о ребенке? — слегка хмурится Даниэль. — А вы, девушки? Кто-нибудь из вас был в курсе?

— Я никому не рассказывала. Даже Терренсу. Он не знал, что я ходила ко врачу. Никто этого не знал… Все это получилось совершенно случайно! Я не думала, что буду ждать ребенка в такой тяжелый момент.

— Но ведь Терренс – отец ребенка! — разводит руками Питер. — Он должен был знать правду!

— Клянусь, Питер, я хотела все ему рассказать. Но я ждала хорошего момента и пыталась как-то подготовить его. Не хотела шокировать.

— Хорошо, но почему у тебя случился выкидыш? — спрашивает Наталия. — Ты же абсолютно здорова!

— Даже у здоровых случаются выкидыши… Мой случился из-за сильных переживаний о суде. Когда мы переживали о том, не оправдают ли Майкла и всю его шайку… Не признают ли Эдварда виновным…

— И когда ты потеряла его? — уточняет Анна.

— Спустя пару недель после визита ко врачу. — Ракель тяжело вздыхает и шмыгает носом, вытирая слезы с глаз. — Я была дома, когда мне стало плохо… Слабость, кровотечение, сильные боли в животе… Это заставило меня поехать в больницу, где мне и сообщили про выкидыш. Врачи настаивали на том, чтобы я осталась и сообщила родственникам о случившемся. Однако мне не хотелось. И… Через пару-тройку часов я ушла под расписку об ответственности за последствия.

Ракель снова вздыхает и разводит руками.

— Вот так… Это и есть то, что я так долго скрывала… То, о чем я боялась говорить даже близким. Но теперь вы все знайте. Больше секретов у меня нет…

Несколько секунд потрясенные этим признанием друзья ничего не говорят, с ужасом в глазах переглядываясь между собой и качая головой, пока Сэмми все еще продолжает негромко поскулить.

— О, боже мой, Ракель… — с жалостью во взгляде произносит Анна, погладив Ракель по руке. — Подружка…

— Господи, и ты все время молчала об этом? — широко распахивает глаза Хелен. — Суд над Майклом начался в конце октября прошлого года, а скоро уже август закончится…

— Молчала , — кивает Ракель.

— Но почему, Ракель? — недоумевает Питер. — Смысл был тянуть до последнего?

— Мне очень жаль, ребята, — с жалостью во взгляде смотрит на всех Ракель. — Клянусь, я хотела рассказать о выкидыше. Я была не готова и ужасно боялась реакции близких мне людей.

— Но, Ракель, мы же не чужие тебе люди, — отмечает Даниэль. — Мы твои друзья . Неужели ты могла подумать, что мы осудим тебя за то, что произошло не по твоей вине?

— Но ведь я и правда виновата! Если бы я берегла себя и не подвергала такому стрессу, ребенок уже давно родился бы.

— Нет, ладно ты ничего не сказала нам, — спокойно говорит Наталия. — Но почему ты столько месяцев мучила Терренса? Он должен был узнать о ребенке самым первым. Потому что это не только твой жених, но и папа того малыша.

— Я боялась реакции Терренса и думала, что он бросит меня, — отчаянно признается Ракель. — И я была уверена, что все так случится, когда он узнал про ребенка.

— Но почему ты нам во всем не призналась? — недоумевает Питер. — Мы же и правда не чужие тебе! Ты – наша подруга, и мы все очень любим тебя. Ты многое для нас значишь.

— Потому что вы могли случайно проболтаться Терренсу о моей тайне или намеренно рассказать ему правду. Хотя мне хотелось самой признаться ему во всем. Узнав такое от третьих лиц, ситуация была бы куда хуже.

— Но это глупо , подруга! — восклицает Анна. — Глупо молчать из-за недоверия к близким друзьям!

— Знаю, Анна, знаю. Я думала, что справлюсь. Полагала, что смогу все забыть и жить дальше. Но боль от потери ребенка до сих пор не дает мне покоя.

— Судебный процесс – не причина откладывать