Воспитание мисс Грейнджер - Olivia Winner

и сразу же почувствовала боль в сосках. — Ах!.. — каждый раз отзывался эхом во всём теле. Жар и боль заполонили всё снаружи и внутри. Соски и влагалище реагировали на каждый удар, рикошетом отдававшийся в прямой кишке. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. — Семь! Благодарю вас, сэр!

Ему пришлось провести рукой по лицу, чтобы сдержать смех. Убедившись, что он сможет говорить серьёзно, Северус сказал:

— Даю тебе последнюю попытку. Сделаешь ещё одну ошибку, и мы всё начнём сначала.

— Ой! А в чём я ошиблась? Какой там раз по счёту?

— Видимо, вы окончательно сбились, мисс Грейнджер. Начинаем заново! Один.

Взмах — свист — удар!

— Ай-ай! Один! — завопила она. — Спасибо, сэр! Можно ещё?

— Начинаем всё по новой. Я ждал от вас следующего: «Один. Спасибо, профессор Снейп. Пожалуйста, можно ещё?»

От отчаяния Гермиона уронила голову на стол и закрыла лицо руками. «Сконцентрируйся!»

Свист — удар!

— Один! Спасибо, профессор Снейп. Пожалуйста, можно ещё?

Тук… Тук… Взмах — свист — удар!

— Ах-х-! Два! Спасибо, профессор Снейп. Пожалуйста, можно ещё раз?

Тук… Тук… Свист — удар!

Гермиона положила голову на руки, трясясь и рыдая без слёз. Всё, что она чувствовала, — это всепоглощающий жар после каждого удара. Промежность невыносимо болела, как при сильнейшем воспалении.

— ТриспасибопрофессорСнейпможноещё?

Тук… Тук… Пауза. Тук… Взмах — свист — удар!

— А-а-а! — она опустилась на стол, громко всхлипывая от изнеможения. — ЧетыреспасибопрофессорСнейп… — задыхалась она, но постаралась сказать отчётливее: — Пожалуйста, можно ещё?

Северус дотронулся до её припухшей кожи, на которой ярко выделялись багровые отметины, а затем немного потянул на себя трусики, те наполовину вышли из влагалища. Он снова поглубже втолкнул в неё пробку и потряс ею туда-сюда, покачав основание большим пальцем.

— Аргх! — завопила Гермиона, вжавшись лицом в сгиб своей руки. Внезапно она оказалась на грани. Он убрал руку, не позволив ей отправиться в свободное падение, и её словно отбросило назад.

Тук… Тук… Свист — удар!

— ШестьспасибопрофессорСнейпможноещё?

— Хочешь ещё? Как пожелаешь.

Взмах — свист — удар!

Гермиона только потом поняла, что сморозила, заработав себе дополнительный раз.

— Почему вы не считаете, мисс Грейнджер?

— Семь. Спасибо, профессор Снейп.

— Ты не собираешься просить ещё?

— Нет, сэр.

— Даже если удары будут легче?

— Пожалуйста, не надо! У меня всё болит!

— Твои трусики уже пропитались насквозь?

— Я не знаю, сэр, — пискнула она.

Северус ласково проследил пальцами линии, горящие на её мягком месте, и остановился, когда добрался до свисающих трусиков. Он медленно высвободил их из её тёплых тисков. Гермиона содрогнулась всем телом. Приподняв трусики повыше, он исследовал их со всех сторон. Слово «пропитались» было явным преуменьшением. Смазка была повсюду; тонкие струйки прозрачной слизи лопались, когда он расправлял чёрную ткань. В ноздри бил терпкий аромат похоти.

— Они пришли в полный беспорядок, девочка. Забирайся на стол. Может быть, если твой клитор будет гореть так же, как и задница, ты перестанешь так безобразно себя вести.

Нижнее бельё отправилось к нему в карман.

Северусу пришлось помочь ей: все её мышцы измождённо дрожали. Положив девушку на спину, он заставил её прижать колени к груди, а сам поменял трость на тонкий стек. Кожаный шлепок так приятно стал ласкать её складки, что Гермиона даже закусила нижнюю губу. Она не могла отвести от него взгляда. Его сверкающие чёрные глаза жадно скользили по её телу — между лицом и раскрытыми половыми губами.

— Ты обещаешь быть послушной до конца вечера?

— Да, сэр, — прошептала она.

Шлепок.

По клитору разлилось восхитительное тепло, и она сразу застонала.

Шлепок.

Ей было не больно, но очень жарко. Гермиона неистово терзала зубами свою нижнюю губу, пока он проводил стеком по распухшим складочкам. «Боже!»

— Твоя киска хорошо усваивает урок?

Шлепок. Шлепок. Шлепок. Шлепок.

Она не могла сказать ни слова. Её глаза закрылись, когда он начал медленно и уверенно бить по пульсирующему комочку плоти.

Шлепок. Шлепок. Шлепок. Шлепок.

— Я задал вам вопрос, юная леди! И жду ответ!

Гермиона была не в состоянии издать ни звука. Её голосовые связки не работали, а губы дрожали. Спустя ещё шесть шлепков она кончила.

Её дыхание стало прерывистым; Северус не сразу понял, что она была близка к кульминации. «Чёрт!» Нельзя было останавливать её на полпути, это могло всё испортить. Он не сердился на то, что она опять сделала это без разрешения. Лишь злился на самого себя, что в данный момент не был внутри неё. Он даже не заметил приближения оргазма. Провокация принесла лучший результат, чем он рассчитывал, — настолько, что она достигла разрядки во второй раз менее чем за полчаса. «Не прошло и пятнадцати минут».

Он подождал, пока её тело расслабится, а затем перестал шлёпать стеком. Северус прижал плоский шлепок к её розовому бугорку.

— Ты опять кончила без спросу? После того, о чём мы говорили в ванной всего несколько минут назад?

— Простите, сэр, — стыдливо прошептала она.

— Это какой-то замкнутый круг. Я наказываю тебя за распутное поведение, а ты извиваешься на моём столе. И так раз за разом… — он встал между её ног и просунул кончик хлыста под цепочку, соединявшую зажимы. — Кажется, они недостаточно эффективны. По-видимому, в следующий раз придётся сделать напряжение сильнее. Ты должна раскаиваться, а не возбуждаться. Выпрямись! Тебе пора выпустить воду.

Снейп подцепил цепочку и потянул её на себя. Гермиона засуетилась, пытаясь приподняться. Её поджаренная задница горела, как будто сзади прижали раскалённую решётку для гриля. Пробка шевелилась и сдвигалась с каждым движением, во влагалище всё гудело от удовольствия; лоно решительно не обращало внимания на её затруднительное положение.

Отбросив хлыст, Северус подхватил цепочку пальцами, потянув девушку за собой. Как только та соскользнула со стола, её ноги подогнулись, а бёдра заходили ходуном. Северус успел вовремя её поймать. Он не ожидал, что она так быстро ослабеет.

— Ты сможешь идти?

Гермиона сделала пару неуверенных шагов. «Если мне не придётся сгибать колени, то, думаю, да». К счастью, между классом Зельеварения и ванной не было лестницы.

— Да, если вы будете держать меня за руку.

— Хорошо. Пойдём.

Они с трудом добрались до ванной комнаты. Первая попытка сесть на унитаз оказалась неудачной. Ему пришлось поддерживать её, чтобы она не упала, пытаясь сесть на сиденье. Гермиона выглядела измученной, когда наконец-то справилась со столь сложной задачей. Северус благоразумно воздержался от комментариев. Он просто отошёл в сторону и стал искать что-то под раковиной, в конце концов вытащив из-под неё какую-то банку.

Гермиона наблюдала, как он отвинтил крышку и согрел между ладонями порцию густого розового лосьона. Опустившись на колени,