Вот и всё! - Галина Ивановна Луценко

проскочив пару перекрёстков, резко повернула за первый попавший-ся угол. Машина упорно следовала за мной. Я снова прибавила скорость, дабы попытаться отрезать этот навязчивый хвост. Мерс также ускорился, не собираясь отставать от меня. Установив для себя тот факт, что я являюсь таки, чей то мишенью, меня заколотило от страха, и сердце тревожно начало тре-пыхаться в груди. Нужно скорее затеряться в людном месте и позвонить сестре. Я остановилась у бли-жайшего супермаркета, и, выпрыгнув из машины, быстро побежала внутрь. Ставши у окна магазина, я начала искать свой телефон в сумке, параллельно наблюдая за надоедливой машиной. Автомобиль предсказуемо припарковался также возле супермаркета, и из него вылез темноволосый мужчина, спор-тивного телосложения, с короткой стрижкой, в чёрном спортивном костюме и такого же цвета куртке. Он направился к входу в магазин. Быстро, дрожащими руками, я навела камеру на машину и щёлкнула в попытке запечатлеть номера. Затем быстро набрав Катю, протараторила в трубку:

— Кать, помоги, меня кажется, преследуют! Мне страшно!

— О, Господи! Ещё детективных приключений нам не хватало! Где ты находишься? — озабоченно спросила Катя.

— Я в супермаркете. Чёрный Мерседес вёл меня от самого дома, дежурил возле кафе, пока я болтала с подругами, затем снова поехал за мной, повторяя точь-в-точь мой маршрут, и теперь также остановился возле супермаркета, где и я, из него вышел крепкий мужчина и зашёл за мной внутрь. Я не знаю, что делать дальше. Я сейчас вышлю тебе его номер машины, ты же сможешь пробить владельца? — как можно тише проговорила я в трубку.

— Так, оставайся там, и никуда не уходи, пока я не приеду. По дороге попытаюсь проверить эту ма-шину. Если что, проси помощи у окружающих людей, хорошо? — приказала мне сестра.

— Хорошо. Я жду, — прошептала я, оборачиваясь по сторонам.

Я стала украдкой пробираться вдоль стеллажей, ища глазами этого грозного незнакомца. Заметив его силуэт возле входа, я быстро спряталась от его ищущего взгляда за широкоплечего симпатичного парня, и попыталась обезоружить его своей ослепительной улыбкой, когда он подозрительно стал погладывать на меня. Адреналин выплёскивался в мою кровь колоссальными порциями, и я, неуклюже, попятившись назад, задела треугольный элитный выставочный стенд дорогого сортового чая. Красиво упакованные жестяные банки с грохотом начали одна за другой падать на пол. Внимание всех присут-ствующих в этом зале сразу же было приковано ко мне, и мужчина, преследовавший меня, с лёгкостью сразу же нашёл меня глазами, и быстро направился ко мне. Я, выслушивая нравственную проповедь работницы супермаркета, судорожно прокладывала глазами себе путь к отступлению. Но мужчина уве-ренно коротал последние метры по направлению ко мне, и я понимала, что скрыться мне не удастся.

— Всё в порядке? Вы не ушиблись? — вежливо произнёс мужчина.

— Я...нет,..а вы кто? — открыв рот от удивления, спросила я.

— Мне велено присматривать за вами, — спокойно пояснил незнакомец.

— За мной? — опешила я. — Кем велено?

— Михаил Викторович поставил меня следить за вашей безопасностью, — ответил мужчина.

Я закинула голову назад, закрыв глаза, и по залу стал разноситься мой истерический смех.

— То есть у меня теперь есть свой личный телохранитель? — с улыбкой спросила я.

— Как бы да, — буркнул мужчина.

— Он, что вообще свихнулся? — насмешливо проворчала я. — А поставить меня в известность об этом нововведении в повседневный уклад моей жизни ему не хватило интеллекта?

— Я не владею такой информацией, к сожалению, — уверенно пояснил он.

— Тогда передайте своему работодателю, что я не нуждаюсь, в такого рода, опеке, так как она наруша-ет мои конституционные права на неприкосновенность частной жизни. Вы с этого момента можете быть свободны, так как я добродушно дарю вам эмансипацию, — решительно заявила я.

— Боюсь, это невозможно, — тактично ответил мне мужчина. — Я подчиняюсь указаниям только Ми-хаила Викторовича.

Я сердито посмотрела на мужчину, понимая, что в ближайшее время отвязаться от его компании мне вряд ли удастся, так как вести любые переговоры с Михаилом я вовсе не собираюсь. Даже поп поводу высказывания ему моего недовольства насчёт этого. С обратной стороны меня умиляет то, что он так заботится обо мне и переживает за мою безопасность. Но, в то же время мне не по душе, что благодаря этой надзирательской слежке за мной, он знает каждый мой шаг. Он как будто наблюдает за мной гла-зами этого мужчины.

— Ладно, тогда личная просьба — станьте невидимым! — отрезала я и зашагала прочь.

Нужно смириться с тем, что теперь Михаил будет знать обо мне почти всё. И также нужно сейчас позвонить Кате, которая наверняка уже с полным боекомплектом в багажнике мчится спасать мою жизнь.

— Алло, сестрёнка, ехать никуда не нужно, уже всё в порядке, — быстро проговорила я в трубку теле-фона.

— Слава Богу, а то я в пробке застряла. Ты знаешь этого человека? — поинтересовалась сестра.

— К сожалению уже знаю, — буркнула я.

— В смысле? Ты можешь внятно объяснить? Машина зарегистрирована на человека из частной ох-ранной организации, которая работает на Романова.

— Точно. На него.

— Ну и что из этого? Ты объяснишь мне, наконец, каким боком к тебе Михаил Романов?

— Долго рассказывать. Давай не по телефону, спасибо за помощь, я заеду к тебе на неделе, и мы пого-ворим, хорошо? — скривилась я.

— Ох, что-то ты скрываешь от меня, Александра. Ладно, до встречи. Целую тебя, — вздохнула сестра.

— Целую, — попрощалась я.

Сев за руль своей машины и увидев того же чёрного Мерседеса, который снова рьяно двинулся за мной, я про себя улыбнулась. Все-таки этот мужчина послан мне для того, чтобы успешно решать мои проблемы, а не создавать их.

Все последующие недели я совестно просидела за учебниками, готовясь к предстоящей декабрьской сессии. В университете моя слава плохой девочки день за днём растворялась во времени, и я уже нача-ла чувствовать среди своих однокурсников себя совершенно спокойно и уверенно. Каждый раз опеча-ленно смотрела на пустующую парту, за которой сидел Андрей. Как ему там, в незнакомом городе, в дали от близких и друзей? Его знакомые вряд ли согласятся дать мне хоть какую-то информацию о сво-ем друге, а единственный человек, у которого я могу узнать хоть что-то о нём, недосягаем для меня. Вернее, я не хочу первой нарушать нашу долгую затянувшуюся на недели изоляцию друг от друга. Ка-ждый раз, слыша мелодию входящего вызова на телефоне, меня долбит, словно током, и я достаю те-лефон в надежде, что это звонит Михаил. Но он почему-то играет со мной в молчанку уже долгое вре-мя. Конечно, благодаря моей охране, которая уже больше месяца следует за мной повсюду, он следит за моей жизнью. А я про него