Альфа волк - Кэролайн Пекхам

— Еще раз тронешь меня, и я вырву тебе глотку, — предупредил я.

— Ты очень злой маленький Оборотень, — поддразнил он, все еще по-ублюдски улыбаясь. — И ты знаешь, что я сделаю, если ты не будешь мне подыгрывать. — Он вскинул бровь, и моя челюсть сжалась. Я приложил столько усилий, чтобы наш с Розали секрет так и остался чертовым секретом, а этот сукин сын проверял границы моего здравомыслия, пока дразнил меня этим.

Син откинул голову назад, закрыв рот руками.

— Внимание заключенные тюрьмы Даркмор…

Я ударил его локтем в живот с такой силой, что он закашлялся.

— Ладно, — огрызнулся я, в ярости придвигаясь к экрану и кладя на него ладонь. Син положил подбородок мне на плечо, вглядываясь в экран, чтобы прочитать мою личную, мать ее, информацию.

Номер заключенного: #1

Имя: Итан Шэдоубрук

Преступление: Похищение

Орден: Оборотень

Звездный знак: Рак

Элемент: Вода

Оставшийся срок: Четырнадцать лет, одиннадцать месяцев и десять дней.

Я бы уже давно убрался отсюда, и напоминание об этом заставляло все мои внутренности похолодеть.

— Похищение, хмммм? — пробормотал Син мне на ухо. — Ты грязная псина.

Я дернул плечом, пытаясь откинуть его голову, но он сильнее прижал подбородок, чтобы остаться на месте. Я не рассказывал людям о причинах своего пребывания здесь, это было мое гребаное дело, и я презирал Сина за то, что он заглядывает в мою жизнь. Моя младшая сестра пыталась самостоятельно решить наши денежные проблемы, и это была чертовски большая ошибка, из-за которой я оказался здесь. Я был в ярости до того момента, как она сообщила мне о своей беременности, но что еще тогда делать парню?

— Однажды я похитил бродягу, — размышлял он. — Ужасная идея. Никто не понял, что он пропал. В конце концов, я дал ему пару своих ботинок и вернул его туда, где нашел.

— Клянусь звездами, — пробормотал я. — Какого хрена ты это сделал?

— У него не было обуви.

— Я имею в виду, зачем тебе вообще было его похищать? — Я зарычал, качая на него головой, и он сделал паузу.

— Я был глупым ребенком, и у меня было всего три ауры, чтобы прожить на них неделю, — задумчиво сказал он.

— И ты решил, что похищение бродяги ради выкупа — это выход? — раздраженно сказал я.

— Не самый лучший момент. Но мы все равно иногда общаемся. У Альфы сейчас обувной магазин в Иперии, очень милый парень, но немного иронично, что он открыл обувной магазин после…

— Ты подарил ему обувь, я понял. Но мне плевать на Альфу и его обувной магазин.

— Еще бы, у меня там скидка пятьдесят процентов, и он накладывает заклинания на подошвы, которые делают их самыми чертовски удобными защитниками ног, которые я когда-либо носил.

Защитники ног???31

На экране высветился мой гороскоп, и я отказался спускаться в эту кроличью нору разговора, поэтому прочитал написанное до того, как оно исчезнет.

Здравствуйте, заключенный Рак.

Звезды говорят о вашей судьбе.

В последнее время вы чувствуете себя неуравновешенным, как будто весы судьбы склоняются против вас. А со Стрельцом, наступающим вам на пятки, вы можете почувствовать себя подавленным. Однако вы можете обнаружить, что этот неудобный путь приведет вас прямо туда, где вы хотите быть. Когда Марс переместится в вашу карту, вам, возможно, будет сложнее подавить свой гнев перед лицом трудностей, но не падайте духом: дорога борьбы иногда заканчивается оазисом.

— Я — Стрелец, — снова заговорил Син мне в ухо, его дыхание обжигало кожу. — Определенно, речь идет обо мне. Мой гороскоп упоминает и тебя, котик. — Он схватил меня за руку, и я выдернул ее, когда он попытался отвести меня в сторону.

— Какого черта ты делаешь? — зашипел я, глядя на очередь людей, ожидающих подъема, которые теперь бормотали друг с другом.

— Просто подыграй мне, сладкий, — подбодрил он. — У нас есть еще одно небольшое задание для нашей любимой Волчицы.

Мои глаза расширились, и я зарычал.

— Нет, — отказался я, вспомнив о траве Непулы, которую мне пришлось тайком вынести из Двора Ордена в своей гребаной заднице. — Если ей нужно что-то сделать, она может сделать это сама.

Я направился вниз по лестнице и услышал за спиной тяжелые шаги Сина. Некоторое время мне удавалось ускользать от него, я провел пару гаданий на картах Таро и получил то же сообщение, что и в моем гороскопе. Похоже, какое-то время мне придется идти по дороге, усыпанной камнями. Но должен был быть способ изменить ситуацию.

Я направился к игральным костям, чтобы получить более конкретные указания, но не успел я дойти до них, как снова появился Син, обхватил меня за плечи и направил к секции кристаллов в задней части комнаты.

— Только дернись, и я выкрикну твой секрет во все горло, — прошептал он мне, и я застыл в ярости, но не стал сопротивляться. Я просто не мог рисковать.

Кристаллы здесь хранились в гигантских формах, вмонтированных в заднюю стену, чтобы их не украли, и каждый из них был высотой с человека.

Син провел меня в темный угол, освещенный лишь слабым желтым свечением Кристалла Солнечного камня в стене.

— Розе нужно немного этого, — вздохнул Син, бросив взгляд на камеру, направленную в нашу сторону на стене. Звука не было, но украсть в этом месте было практически невозможно под неусыпным наблюдением охраны. Так что какой бы план он ни придумал, ничего не выйдет.

Я усмехнулся.

— Удачи тебе. Я не попаду в яму за попытку вынести отсюда что-нибудь. Они досматривают всех, как только те выходят.

— Ага, — согласился Син. — Это точно. — Он протянул руки к кристаллу на стене. Внезапно он прижал меня к нему, и его рот прилетел к моему, придавив меня к месту. Я был в таком шоке, что мне потребовалась пара секунд, чтобы отреагировать, прежде чем я отпихнул его и нанес удар в живот.

— Какого хрена?! — Я зарычал, когда он ухмыльнулся, и мой взгляд привлек кусок кристалла, который он отломил в своей руке, вертя его между пальцами рядом со своей ногой, вне поля зрения камеры.

— Отлично, — сказал я в пустоту. — Надеюсь, тебе понравится выносить это отсюда.

— Тебе нужно засунуть его себе в задницу, — сказал он низким и серьезным тоном.

— Нет, — возразил я, но он лишь твердо кивнул.

— Они обыщут меня, они всегда так делают. Это должен быть ты, котик, — просто сказал он.

— Я не буду