Отголоски тебя - Кэтрин Коулc

— Ты ангел, богиня, — сказала Грей, чмокнув меня в щеку. Она что-то нажала на инсулиновой помпе на бедре и одним махом осушила коктейль.

Мы с Рен уставились на нее.

— Грей, — начала Рен. — А ну-ка рассказывай.

Она пожала плечами.

— Что? Я же говорила, хочу выпустить пар.

— Ты не говорила, что хочешь напиться в стельку. А это именно то, что произойдет, если будешь продолжать.

Грей была миниатюрной. Ее белоснежные волосы и почти эльфийские черты делали ее по-настоящему красивой, но с таким крошечным телосложением алкоголь на ней долго не продержится.

Она нахмурилась.

— Звучишь как один из моих братьев. Еле уговорила вас выбраться без Холта и Нэша, а теперь ты еще и их голосами говоришь.

В глазах Рен мелькнула обида.

Я повернулась к Грей. Я знала, что ее братья чрезмерно опекали ее. Это было естественно, учитывая, что она младшая, да и был момент, когда они чуть не потеряли ее. А Нэш сегодня еще и настоял отвезти меня сюда, поговорил с вышибалой, который оказался не при исполнении, показал ему фото моего отца и Адама и велел не впускать их. Но с Грей явно происходило что-то еще.

Я встретилась с ней взглядом.

— Ты расскажешь, что на самом деле происходит, или продолжишь срываться на друзьях, которые тебя любят?

В глазах Грей мелькнула вспышка, потом плечи опустились. Она взглянула на Рен.

— Прости, что была стервой.

Рен толкнула ее плечом.

— Прощаю. Только расскажи, что случилось.

Грей провела пальцем по краю бокала.

— Кейден вернулся.

— К семье? — спросила я. Странно, что Нэш не упомянул, но у нас было достаточно других забот в последние дни.

Она покачала головой.

— Похоже, переехал обратно надолго. Нэш сказал, что он помогает с курортом.

— Ты не в восторге от него, но ведь можно просто избегать его? — осторожно спросила Рен.

Челюсть Грей напряглась, зубы сжались.

— Он всегда говорит со мной свысока. Будто я не могу справиться сама. Он не брат, не друг. Больше нет. И теперь он будет снова в команде поисково-спасательной службы, рядом постоянно. Мне было проще, когда он жил в Нью-Йорке.

— Что случилось? — мягко спросила я. — Раньше вы вроде были близки.

Мы все тогда тусовались одной компанией: Грей, Рен, Кейден, Нэш и Холт. Мы были почти ровесники, так что это было естественно. Кейден всегда присматривал за Грей, но тогда ее это не раздражало.

Она поерзала, глядя на пустой бокал.

— Не знаю. В какой-то момент он будто перестал хотеть быть другом. Воздвиг стену. Начал вести себя так, будто лучше меня знает, что мне нужно.

Рен нахмурилась.

— Прости. Я не знала, что между вами так все остыло.

Грей сглотнула.

— Он просто заставляет меня чувствовать… не знаю, как будто оценивает каждый мой шаг. И каждый раз я проваливаю экзамен.

Я выпрямилась.

— Скажи ему, чтобы катился подальше.

Краешки ее губ дрогнули.

— Так просто, да?

— Никто не имеет права заставлять тебя чувствовать себя хуже из-за того, как ты живешь. — Я знала, каково это, и никто не должен так себя чувствовать. Особенно такая потрясающая, как Грей.

В ее глазах мелькнула глубокая печаль.

— А ведь раньше он заставлял меня верить, что я могу все.

Эта тихая боль сжала мне грудь.

Через секунду Грей будто встряхнулась.

— Знаете что? К черту. Он не достоин моей энергии.

Рен улыбнулась.

— Вот так правильно.

Грей расправила плечи.

— Пошли танцевать.

Я рассмеялась.

— Танцы лечат?

— Вреда точно не будет.

Мы выбрались из кабинки и направились на танцпол. Мы крутились, подпрыгивали, дурачились, делали такие движения, за которые в другое время мне было бы стыдно, но сейчас нет. Мы смеялись и не подпустили ни одного парня к нашему маленькому трио.

Пот залил спину, в боку закололо. Я наклонилась к Рен и Грей.

— Пойду возьму воды и подышу. Сейчас вернусь.

— Хочешь, пойду с тобой? — спросила Рен.

Я покачала головой.

— Вернусь через пять минут.

Я прошла к бару и взяла бутылку воды. И тут взгляд зацепился за знакомое лицо. Женщина осушала стопку. Волосы прилипли к лицу. Моя мать. И это явно была не первая рюмка. Когда до нее дошло, кто перед ней, глаза сузились.

— Что ты тут делаешь? Ты ведь даже не любишь веселиться.

Я тяжело вздохнула. Видимо, дома с отцом дела шли не очень, если она здесь.

— Не порти мне настроение, мама. Не сегодня.

Я развернулась, но она схватила меня за локоть.

— Ты опозорила своего отца. Как ты могла вручить ему охранный ордер? Ты за кого себя принимаешь?

Я выдернула руку.

— За человека, который сделает все, чтобы защитить себя.

Я быстрым шагом направилась к дверям на задний дворик. Большинство людей оставалось внутри, но на улице несколько пар целовались, кто-то курил. Я прошла мимо них, ближе к воде.

Озеро всегда успокаивало. Гладь воды, запах хвои — все это умиротворяло. Я глубоко вдохнула.

Я не позволю матери задеть меня. Она не заслужила этого права.

Сухой треск ветки заставил меня обернуться. Что-то резко ударило в висок. Вспышка боли. И я рухнула во тьму.

32

Нэш

Уголки губ Холта тронула улыбка, когда он выложил карты.

— Фул-хаус.

Я бросил свои на стол.

— Он жульничает.

Роан только хмыкнул в знак согласия.

Холт подтянул деньги к себе.

— Нет, просто в пустыне я провел слишком много лет, а делать там было особо нечего.

— Ну, сейчас ты отыгрываешься по полной, — сказал Лоусон, сделав глоток пива.

Я огляделся по задней комнате, которую мы выпросили у владельца Wildfire до закрытия. Сколько времени прошло с тех пор, как мы четверо сидели вместе, только братья? Даже не помнил. Но теперь, когда Холт вернулся, подобное стало возможным. Нам даже удалось вытащить Роана.

— Поведу девушку на свидание на эти деньги, — сказал Холт. — Спасибо, парни.

Я усмехнулся.

— Как будто у тебя денег мало.

— Эй, просто потому что они есть, не значит, что я не хочу отобрать у вас немного. — Холт бросил взгляд на меня. — Ты вообще сводил Мэдди на нормальное свидание?

Я открыл рот, чтобы сказать «да», и понял, что нет. Еда навынос, почти переезд к ней, помощь с мебелью, признания в любви — а нормального ужина так и не было.

Лоусон покачал головой.

— А я думал, воспитал тебя лучше.

Я метнул в его сторону взгляд.

— Посмотри, кто говорит. Ты живешь как монах. Помнишь вообще, что такое свидание?

Он ответил хмурым взглядом.

— То, что это