Плохое влияние - Хлоя Уоллес

— Лучше я объясню тебе это позже, — шепчу я, поворачиваясь. Алекс кивает и

улыбается, а затем снова заходит в двери приемного покоя.

Когда я оборачиваюсь, вижу выражение злости на лице моего отца, который стоит передо

мной с ключами от машины в руке и маленькими каплями дождя на плечах его куртки.

— Папа, — говорю я, как приветствие.

— Кто из вас мне объяснит, что здесь происходит? — спрашивает он, смотря на меня и

Эроса.

И как раз в этот момент Диего поднимает голову и смотрит на моего отца. Тот глубоко

вздыхает, явно пытаясь успокоиться. Ну да, наверное, он понимает, кто это.

— Ты... — он пытается подобрать слова. — Вы... — он выглядит растерянным и указывает

на нас пальцем.

— Успокойся, Брюс, — говорит Эрос, вставая с места.

— Как ты вообще смог его оттуда вытащить? — он обращается к Эросу, подходя ближе и

продолжая указывать пальцем.

— Он ничего не сделал, — вмешиваюсь я.

— Не защищай его, ты уже достаточно меня разочаровала, — говорит мой отец, смотря

на меня строго. Я сжимаю губы в линию. Не могу сказать, что его слова меня не задели, но, в общем-то, он прав. В последнее время я часто попадаю в неприятности.

— Его брат Саймон умирает, и они сбежали, чтобы попасть сюда, — пытается объяснить

Эрос.

— Его брат Саймон? Тот маленький?

Все кивают, кроме Диего, который просто моргает. Не представляю, как он себя сейчас

чувствует.

— Он там? — спрашивает мой отец, указывая на двери приемного покоя.

— Да, — отвечает Эрос.

Мой отец берет несколько секунд, чтобы все осознать. Я смотрю на Эроса, но он не

обращает на меня внимания.

— Сколько времени это длится? — спрашивает он более спокойным тоном, садясь в

кресло.

— Пару лет, — говорит Эрос.

— Я даже не знал, — говорит он с некоторым разочарованием.

Я сажусь рядом и кладу руку ему на плечо, пытаясь его успокоить.

— Если бы я знал, возможно, мог бы что-то сделать, — говорит он снова.

— Мы предположили, что ты ничего не знаешь, — отвечает Эрос. — Ты редко там

бываешь, а когда и бываешь, тебе показывают только то, что хотят показать.

— Это невероятно.

— Кроме того, полиция тоже об этом знает и пыталась нас остановить, когда мы ехали

сюда.

— К счастью, один врач смог спасти Саймона, — добавляю я. Эрос смотрит на меня

краем глаза и снова отворачивается. Очевидно, он зол на меня, хотя я даже ничего не

сделала. И это меня тоже бесит.

— Мне нужно уволить весь персонал прямо сейчас, — говорит он, снова резко вставая. Я

тоже встаю.

— Но уже поздно, и тебе нужно отдохнуть, — говорю я, пытаясь остановить его. После

того как мы пришли сюда поздно ночью, ему еще нужно вернуться на другую работу, чтобы разобраться с проблемами, что, наверное, займет несколько часов. А завтра ему

нужно снова идти в школу, так что он почти не поспит. Мне становится больно только от

мысли об этом. Это совершенно несправедливо.

— Ты тоже, — отвечает он. — Не думай, что ты пропустишь еще один день в школе. К

тому же завтра у тебя репетиция балета, — объясняет он, смотря на свои наручные часы.

— Эрос, отвези её домой и останься с ней. Возьмите с собой и парня. Он должен

выспаться, — говорит он, поворачиваясь и начиная уходить.

— Брюс! — восклицает Эрос. Он оборачивается.

— Не увольняй Маргарет, рецепционистку. Она не виновата в этом, — говорит Эрос.

— Хорошо, — шепчет Брюс, кивая, прежде чем уйти.

Эрос и я остаемся стоять, и впервые с момента его появления мой отец смотрит на меня, но с недовольным выражением. Что с ним опять? Еще минуту назад мы ладили.

— Я не могу уйти отсюда, — тихо говорит Диего, так тихо, что едва ли я его слышу, но это

заставляет нас обоих повернуться.

— Знаю, — отвечает Эрос, засовывая руку в карман. Он достает купюру и протягивает её

Диего. — Возьми. Потрать на ужин или я тебе яйца отрежу.

Диего слабо улыбается в ответ, и они пожимают друг другу руки, прежде чем Эрос

начинает идти ко мне. Они действительно заботятся друг о друге.

Эрос проходит мимо меня, не говоря ни слова, и продолжает идти, игнорируя меня.

Мы выходим из больницы, и он садится в машину, захлопнув дверцу с шумом. Идет

дождь, и я чувствую, как капли начинают мокнуть мою кожу. Фары автомобиля

включаются, освещая дождь и асфальт впереди, потому что дорога почти пуста. Я

остаюсь стоять на тротуаре, скрестив руки и проверяя его на прочность. Он не может

уехать без меня, так что ему придется ждать, пока я не захочу сесть в машину. Вскоре

дверь водителя открывается, и Эрос выглядывает, поставив ногу на дорогу.

— Ты что, не собираешься садиться? — спрашивает он с раздражением в голосе.

— А, теперь ты со мной говоришь? — отвечаю я, повышая голос, чтобы он меня услышал.

Я уже вся промокла, но мне все равно, потому что мне не холодно, да и я не накрашена, так что не буду выглядеть как сумасшедшая.

Эрос выходит из машины, закрывает дверцу с шумом и оставляет фары включенными.

— Это не моя вина, что ты снова ведешь себя как маленькая девочка.

— Я вела себя как маленькая девочка? Насколько я помню, это ты злишься, и я даже не

знаю почему, — резко отвечаю я. Мы стоим прямо под светом фар, и я вижу, как капли

дождя скользят по его волосам, капая на кожу.

— Конечно, знаешь, Расселл, не строй из себя дуру.

— Я не строю из себя дуру! Просто я не понимаю тебя, Эрос! Ты ведешь себя со мной по-доброму, целуешь меня, а через секунду становишься придурком! И я уже не знаю, что

думать! — кричу я, радуясь, что по улице сейчас никто не идет, потому что мы наверняка

бы привлекли кучу внимания.

— О, да ладно, Риз! Если бы твой отец не появился, ты бы еще поцеловалась с этим

врачом! Ты меня запутала! — говорит он, оскорбленный.

— Боже, — говорю я, понижая голос, переваривая то, что он только что сказал. — То есть

все это из-за того, что ты ревнуешь?

— Не говори чушь. Я не ревную, — он тоже понижает голос и скрещивает руки.

— Тогда почему тебе это мешает? Я могу делать, что хочу. Мы не встречаемся, и даже

если бы встречались, я свободна общаться с кем угодно, — говорю я с философским

тоном. — Кроме того, вся эта сцена с ревностью...

— Да не ревную я, черт возьми! — перебивает он меня. — Просто это меня бесит! Меня

взбесило, что ты разговаривала с