Наследник для хозяина стаи - Эми Мун

возвращалось медленно. Сначала Аврора почувствовала тепло. Оно было повсюду. Ласковым коконом пеленало по рукам и ногам, и его мягкость защищала надежнее каменной стены. Губы сами собой расплылись в улыбке. Ей хотелось нежиться в этом восхитительном плену. Сладко подтягиваться, тереться и пробовать на вкус… М-м-м, как пахнет. Будто густой хвойный лес после грозы… Аврора глубоко вздохнула.

Ей бы с головой нырнуть в это роскошный аромат! Пропитаться им насквозь, как самыми вкусными духами.

— Добр-р-рое утро… — зарокотало над ухом.

Ох, какой голос! У нее сейчас случится слуховой оргазм, на радость альфе… Альфе?!

Аврора распахнула глаза. И осознание происходящего обрушилось, как лавина.

Она до сих пор в гостевой комнате. Совершенно голая, лежит в объятьях Сабурова, под одним одеялом!

А это значит — они провели вместе ночь! А перед этим она еще целовала альфу! Сама! И кричала его имя! Аврора будто со скалы вниз рухнула. Сердце подпрыгнуло к горлу, бросило в пот. Но сбежать она не успела — Сабуров сжал ее крепче.

— Посмотри на меня, Аврор-р-ра..

Она не смела ослушаться. Но как же трудно было поднять голову... Просто невозможно! Что на нее вчера нашло? Как она могла?! А под подбородок мягко толкнули мужские пальцы, заставили двигаться. И, как только Аврора взглянула в глаза цвета лесного озера, альфа склонился к ней и поцеловал.

Вдоль позвоночника хлынула дрожь, разбивая в прах сковавшую ее панику.

Аврора застыла лишь на мгновение, а потом сама обвила руками жилистую шею. Подчиняясь власти оборотня, прильнула теснее и ответила на ласку так горячо, как могла.

И это было так восхитительно! А еще очень, просто невероятно возбуждающе.

И опять все повторилось. Ее громкие стоны, вольность с именем, и невыносимое, прожигающее насквозь удовольствие.

В этот раз Давид снова взял ее лицом к лицу. Довел почти до обморока от удовольствия! И опять ее тело среагировало на ласку захватом.

Уткнувшись в мужское плечо, Аврора медленно умирала от удовольствия и стыда одновременно. А по спине гуляла горячая ладонь. Давид наглаживал ее, как кошку, и не торопился заводить разговор.

И это хорошо!

Осталось только улучить момент и сбежать в свою комнатую. Но едва захват пропал, Давид сгреб ее в охапку и легко поднялся на ноги.

— Пора в душ, Аврора. И еще — с сегодняшнего дня спишь в моей комнате.

Но так нельзя! Омеги не спят рядом с двуликими, особенно с альфами. Омег просто трахают, а потом выставляют вон! Аврора пыталась сконцентрироваться на здравомыслии, но уголки губ так и тянуло вверх.

Ее мужчина хочет, чтобы она была рядом… То есть нет! Давид — не ее мужчина! И вообще, еще совсем недавно она готова была удрать от Сабурова как можно дальше, а теперь млеет от восторга. Из-за пары ласковых фраз! Ну, может, не пары и не только фраз, но… Размышления закончились, стоило альфе шагнуть в ванную.

— Мне понравилось мыть тебя, Аврора, — улыбнулся ее персональный дьявол. — Повторим.

И это был не вопрос.

Аврора заерзала в стальной хватке. Ей надо ответить, желательно колкостью, но язык растерял шипы, а голова — способность мыслить здраво.

О луна, что с ней творится? Еще никогда Аврора не чувствовала себя настолько беспомощной и тупой! Как… как… омега!

Ноги мягко коснулись поверхности, а перед носом очутилась мужская грудь.

— Ты опять слишком много думаешь, Ави…

Еще и сократил ее имя! Аврора что есть сил вцепилась в крепкое предплечье. Она ненавидела, когда сокращают ее имя.

— Давай это исправим, — закончил альфа бархатно.

Поправка: ненавидела до этого момента. А по плечам уже скользила широкая ладонь.

Альфе не нужна была мочалка. Он прекрасно справлялся сам. Взбивал пену, смывал и снова мыл. Не упускал ни единого местечка. А Аврора едва держалась ногах. Опять эта сладкая пытка лаской! Она заводила даже после того, когда альфа довел ее до нескольких оргазмом. Но чертово либидо совершенно взбесилось. Особенно после рычащего:

— Твой животик стал немного больше, Авр-р-рора. Это очень красиво.

Кажется, у нее сейчас щеки сгорят!

— С-спасибо, — пробормотала, совершенно не понимая, о чем вообще говорит.

А оборотень легко развернул ее к стенке. Одной рукой обхватил под грудью, другой широко огладил по талии, накрывая крутой холмик лобка.

— Лучшая благодарность — твои стоны, — заурчал, потираясь носом о макушку. — Поблагодари еще раз… — скользнул пальцами ниже.

Аврора охнула.

— Но завтрак… Мы…

— Мы позавтракаем позже, — перебил ее. — Приготовишь мне свой фирменный кофе.

И легко подтолкнул вперед, заставляя опереться о стену. Конечно, Аврора исполнила. И до сорванного голоса «благодарила» альфу за комплименты.

На периферии сознания мелькнула мысль, что до кухни они не доберутся. Но как-то получилось. Ближе к обеду.

Совершенно затисканная, Аврора сидела на стуле в одной майке и пушистых носках и пыталась не любоваться обнаженным по пояс альфой, который хлопотал у плиты.

Получалось откровенно плохо. Потому что это слишком соблазнительная картинка. И ей ужасно хотелось представить, что они нормальная семья, которая проводит время в загородном доме, наслаждаясь чудесным отдыхом. Сейчас они поедят, потом отправятся на прогулку, а вернувшись, опять испробуют кровать на прочность. И заснут только под утро, в объятьях друг друга.

— Мне нужно будет поработать, — сообщил вдруг альфа.

Аврора вздрогнула.

— Да... Конечно.

А голос все-таки дрогнул. Распустила слюни, дурочка! Плевал альфа на совместный отдых и на омегу в частности.

Но Сабуров добавил:

— И я бы хотел, чтобы ты поработала со мной.

Пуф! И вся ее обида испарилась, будто не было

— С тобой?!

— Именно. Поэтому ешь быстрее. У нас много дел.

Но Аврора не могла есть! Как вообще можно думать о пище после такого предложения?! Да еще когда альфа уселся напротив… Взгляд прилип к бугрившимся от мускулов плечам. Если бы она умела, увековечила бы его фигуру в скульптуре или рисунке… И любовалась бы сутки напролет. Аврора тяжело сглотнула и заставила себя смотреть в тарелку. Так, это просто: подцепила кусочек — съела, подцепила — съела. И ни в коем случае не любоваться Давидом! То есть Сабуровым! Нельзя называть по имени!

Аврора с остервенением куснула мясо. Но вместо него под зубами вдруг оказался язык!

От боли она чуть не подпрыгнула до потолка. Из глаз брызнули слезы, во рту стало солоно.

— Аврора! — сотряс гостиную звериный рык.

Давид мгновенно очутился рядом и, подхватив ее на руки, перенес на диванчик.

— Покажи, — велел строго.

Аврора мотнула головой и совершенно неожиданно всхлипнула. Не хотела ведь! И вообще не слишком ей больно! Гораздо хуже осознавать свою полнейшую беспомощность перед этим… этим… хищником!