Зачарованные сладости попаданки - Марго Арнелл

— Но я так это не оставлю, — твердо сказал он. — Кто-то определенно точит на тебя зуб. Кто-то серьезно настроен сделать виновной именно тебя. Детектив Варго, который ведет расследование… Меня настораживает то, что он словно не замечает очевидных фактов. И самый главный из них — то, что и прежде горожане жаловались на исчезновение даров. До твоего появления в Ханиглоу.

— Точно… Вы же с Альдусом это расследовали.

Корвин с усилием кивнул.

— Пока, вероятно, не подобрались к виновнику слишком близко.

Какое-то время мы шли по ночному Ханиглоу в тишине, нарушаемой лишь нашими шагами. Однако мысли в моей голове казались оглушительными.

— К счастью для нас, у Варго нет прямых доказательств твоей вины. Конечно, проверят и твои десерты, и эту твою гномью печь, но… Пока все, что есть у Варго, это только странная убежденность людей, что произошедшее с ними —  именно твоих рук дело. И последнее смущает меня больше всего. Это же Ханиглоу! Город, в котором постоянно покупают сладости. Так почему же для всех одновременно именно ты вдруг стала виноватой?

Хмурясь, я пыталась осознать услышанное.

— Думаешь, они находятся под каким-то воздействием? Или это какой-то сговор?

— Скорее первое, — задумчиво сказал Корвин. — Хотя я не стал бы исключать и второго. Вопрос только в том, кто и зачем это делает. Мира… Я сделаю все, чтобы это понять, хотя мои возможности сейчас сильно ограничены. А пока тебе нужно быть осторожнее. Чем ближе конкурс, тем выше ставки. Я боюсь… что это еще не конец.

Его пальцы снова нежно сжали мою ладонь. В глазах плескалась искренняя тревога, от которой сердце замирало в груди.

— Я не переживу, если с тобой что-то случится, — тихо сказал Корвин.

Я закрыла глаза, будто пытаясь запечатлеть его лицо в памяти, запомнить каждую черточку, каждый оттенок взгляда. На секунду позволила себе застыть в этом моменте.

А потом, попрощавшись с Корвином, направилась прямиком на кухню — несмотря на то, что на Ханиглоу уже давно опустилась ночь, а я ужасно устало.

Что бы ни случилось дальше… у меня оставалось еще одно дело. И я обязана его завершить.

Если мне суждено попасть в тюрьму… пусть это будет моим последним творением.

41. Пирожное для Альдуса

У меня не было времени на усталость, страх или отчаяние. Я должна была действовать.

И первое, что я сделала — вернулась в тот день, когда я создала то злополучное пирожное для Тилли. И в тот, когда я вместе с печью Грознака помогла появиться на свет прекраснейшему созданию — Зефирке.

Я ведь тогда не вкладывала напрямую в свои десерты ни единой эмоции или воспоминания. Но было то, о чем говорил Селвион. Намерение.

Я так хотела удивить избалованных сладостями горожан Ханиглоу своим печеньем! Итогом стали кошачьи ушки на голове Тилли. А потом я почувствовала себя ужасно одинокой, и отчаянно захотела это одиночество прогнать. Так в моей жизни появилась Зефирка.

Это — лишь одна из граней моего дара. Интуитивная, но, пожалуй, самая искренняя. И, быть может, потому и самая сильная, способная на настоящее, почти безграничное волшебство.

Прежде всего, я сосредоточилась на пирожном для Альдуса. Ему не нужны были яркие вкусы или изысканные формы. Никаких вычурных украшений, никаких сложных текстур. Никакого бисквита, только желе — кристально прозрачное, словно утренняя роса.

Я нагрела родниковую воду, добавила желатин, несколько кристаллов для легкой сладости и каплю лимонного сока. На этом все. Никаких красителей, лишь чистота и прозрачность.

Помешивая смесь, вложила в нее всю свою энергию и все, что чувствовала: чистоту  намерений, веру в Альдуса и в его дар, горячую надежду на то, что он сможет вернуть то, что потерял. Сделала из вощеной бумаги каплеобразную форму, заполнила ее пока еще жидковатым желе и оставила в леднике застывать.

Второе пирожное предназначалось Селвиону. Для бисквита я использовала взбитые яичные белки, смешанные с миндальной мукой. Получилось легкое и воздушное тесто, белое, как облако.

И если раньше я вкладывала в него воспоминание о полете, то теперь… Теперь я хотела, чтобы мой десерт наполнил Селвиона верой в свои силы. Верой в то, что он, прошедший через столько тяжелейших испытаний — потеря крыльев, расставание с близкими и родными, гнев на самого себя и принятие собственных ошибок — заслужил благословение Лириана.

И право снова научиться летать.

Пока бисквит выпекался, я готовила начинку. Взяла самые сочные ягоды черники, добавила немного сиропа и лимонного сока. Осталось только проварить ее на медленном огне до загустения и дождаться бисквита.

За окнами кухни занимался рассвет, и я валилась с ног от усталости. Но должна было во что бы то ни стало довести дело до конца. Понимала это и сидящая на столе Зефирка. Каким-то образом почувствовав мое появление в доме, она тут же спустилась вниз. Но не издавала ни звука, ни мява — лишь сосредоточенно наблюдала.

И когда я уже готовилась рассказать ей обо всем, раздался оглушительный стук в дверь.

— Открывайте! Магический дозор!

Это голос Варго… Неужели у него появились какие-то весомые доказательства? Впрочем, я бы не удивилась. Вероятно, тому, кто отчаянно пытался подставить меня, пришлось не по вкусу, что меня просто отпустили. И он сделал следующий ход.

— Зефирка… — прошептала я, бледнея. — Мне нужно еще немного времени.

— Будет сделано!

Она слетела со стола и бросилась прочь. Замолотила лапками по двери Грознака и, когда он вышел, сказала, что мне требуется помощь. Не знаю, чем я успела заслужить симпатию гнома (возможно, тем, что единственная оценила по достоинству его творения), но он буркнул:

— Я попробую их задержать.

И решительно направился к двери.

Зефирка взлетела по лестнице. Я услышала ее звонкий голосок, разносящийся по всему второму этажу. Только бы мои соседи не использовали сегодня чары тишины…

Не теряя времени даром, я приготовила начинку. Она получилась яркой, как летнее небо, и очень ароматной.

Дверь сотряс стук.

— Открывайте немедленно! — крикнул Варго. — Иначе это сделаю я!

— Ой, какие важные птицы! — раздался голос Зефирки. — Вы хоть понимаете, что нарушаете базовые принципы справедливости? Презумпция невиновности! Противозаконные действия! Прессинг невиновного гражданина!

Я фыркнула, доставая готовый бисквит из печи.

— Спасибо за скорость, — шепнула я, погладив металлического дракона на дверце по голове.

Тот сощурил глаза и, кажется, довольно заурчал.

Я не слышала, что говорил