Безумие - Шанталь Тессье

Чёрт, воспоминания на этот раз особенно трудно забыть. Я привык избавляться от них с помощью секса. Можно было бы позвонить Дэвиду и попросить прислать каких-нибудь девушек, но Шарлотта всё меняет. Именно её я буду использовать, и мне нужно набраться терпения. К тому же, чем дольше жду, тем лучше будет результат.

Так что я просто сделаю это сам. И хотя это никогда не приносит такого удовлетворения, это хотя бы какое-то облегчение.

Я двигаю бёдрами вперёд, как будто она стоит передо мной на коленях, и скольжу членом по кулаку. Приоткрываю рот.

— Твою мать, — стону я, ускоряя темп.

Она была так чертовски красива, глядя на меня со стола, со слезами на глазах и мокрой киской.

После этого я оставил Шарлотту лежать там, связанной, с влагой, вытекающей из её киски, пока она держала клизму. Показывая мне, какой послушной она будет.

Моя хорошая девочка.

— Скоро, куколка, — говорю я. — Скоро ты будешь моей.

ШАРЛОТТА

Ровно в назначенное время я заезжаю на парковку и ставлю машину рядом с белым «Ламборгини» мамы. Не могу сказать, что мы с ней не близки — мы действительно близки, но я всегда была папиной дочкой. После его смерти мама старалась сделать нашу жизнь как можно лучше. Она снова вышла замуж, и мне нравится мой отчим. Насколько я знаю, он хороший человек. Настолько хорошим, насколько может быть Лорд. К тому же он делает её счастливой. Мама была влюблена в моего отца. Не скажу, что у них был идеальный брак, но это был один из лучших браков, которые я видела в нашем мире.

Я захожу в ресторан и вижу, что она уже сидит за столиком, одетая в чёрное платье «Валентино» и подходящие туфли «Джимми Чу». Она машет мне и встаёт, когда я подхожу.

— Добрый день, дорогая. — Мама обнимает меня, а затем целует в обе щеки. — Рада, что ты смогла прийти.

Я киваю.

— Я тоже.

— Как дела?

— Хорошо, — вру я.

Моя жизнь закончилась. Ладно, может, я драматизирую, но мне кажется, что быть секс-игрушкой Хайдина может убить меня. Никогда не думала, что буду умолять его довести меня до оргазма во время клизмы. Не могу себе представить, что он ещё со мной сделает.

Прошло чуть больше часа, а моя киска всё ещё опухшая и красная от того, что он шлёпал по ней снова и снова. Его пальцы причиняли боль, но в хорошем смысле этого слова. Это отвлекло меня от мыслей о шарике в заднице. Моё чистое бельё промокло. Киска пульсирует, как будто просит его о большем. Ещё один удар его рукой. Ещё один палец, чтобы кончить. Чёрт, его член. Если он так груб с руками и пальцами, я не могу представить, что он может сделать своим членом.

— Как раз вовремя, — говорит мама, и я поднимаю взгляд, видя, как она снова встаёт.

Я следую за её взглядом и вижу, что к нам присоединилась её лучшая подруга. Они обнимаются, и она садится рядом с мамой напротив меня. Они дружат с детства.

— Что ты делаешь в городе? — спрашивает мама, словно не была уверена, придёт ли её подруга.

— Смотрю дома, — отвечает она с широкой улыбкой.

— С каких пор ты хочешь сюда переехать? — интересуется мама. — Ты же ненавидела это место, когда училась в Баррингтоне.

— Всё меняется, — отвечает подруга уклончиво.

Я перестаю их слушать, потому что мои мысли возвращаются к Хайдину. Удивительно, но моя задница не болит, а вот киска? Моё тело жаждет секса сильнее, чем когда-либо. Я всегда интересовалась сексом. Смотрела порно, но оно всегда казалось мне фальшивым. Как женщина может стонать и умолять о большем? Теперь я понимаю, насколько это может быть реально. Я была словно лужица для него и охренительно отчаянна.

Когда Хайдин связал меня, это было как щелчок выключателя, и моё тело ожило. Моя потребность взяла верх, и я хотела всё, что он был готов дать мне.

— Аннабель? — говорит мама.

— Хм? — спрашиваю я, вырываясь из этих мыслей. Я чувствую, как мои щёки краснеют, просто думая об этом, когда встречаюсь с её взглядом.

— Я спросила, как у тебя дела с Уэсли?

— Кто такой Уэсли? — спрашивает её лучшая подруга Энн.

Меня частично назвали в её честь. Когда я была достаточно взрослой, чтобы это понять, и спросила, мама сказала, что имя Аннабель просто подходит мне. Она взглянула на меня и поняла, кто я. Всё, о чём я могу думать, — это та долбанная кукла, про которую сняли фильм. Я всегда её ненавидела.

— Её парень. Они встречаются уже пару месяцев, — объясняет мама.

— Он хороший, — говорю я ей.

— Вы готовы к поездке?

Не знаю, почему я сказала ей, что Уэсли едет со мной. Я запаниковала, когда Хайдин не оставил мне выбора, кроме как придумать поездку из воздуха. Наверное, потому что мама знает, что я никогда не поеду куда-то одна в последнюю минуту, и я пытаюсь ограничить её информацию о своей жизни.

— Ага. Уже упаковала вещи и готова к отъезду. — Чёрт, меня тошнит. Или это последствия клизмы.

— А, твой турпоход, — кивает Энн, явно зная об этом. — Звучит захватывающе.

Я протягиваю руку и делаю глоток воды, которую мама заказала для меня, когда пришла. Я глотаю, когда она спрашивает:

— Как дела с Хайдином?

Я давлюсь, холодная вода стекает по подбородку. Ставлю стакан, беру салфетку и вытираю лицо.

— Хорошо, — киваю я, пытаясь убедить нас обеих. — Всё отлично.

— Хайдин Ривз? — спрашивает Энн, приподнимая бровь.

— Я же говорила, что ей дали задание, — кивает мама.

Её подруга, конечно же, Леди. Моя мама не стала бы общаться с кем-то вне нашего мира. Её учили, что Лорды — это всё. Королевская семья общается только с королевской семьёй — её слова.

— Да, но я не знала, что в этом замешан один из братьев Пик.

— Как проходят сеансы? — спрашивает мама, и я смотрю на её подругу, неуверенная, стоит ли отвечать.

Поэтому я пожимаю плечами и говорю:

— Хорошо. — Это чёртова ложь.

Я испортила тот небольшой шанс, который у меня был. Лорды отправили меня на