Жена проклятого графа - Надя Лахман

все так же, как я запомнила в прошлый раз: просторный зал с невысоким сводчатым потолком, что освещали толстые оплывшие свечи в напольных канделябрах. Тьма, прятавшаяся по углам, наблюдая за мной.

И… мертвый Каспиан, лежавший прямо на полу, широко раскинув руки. Голова его была вывернута под неестественным углом, и я судорожно всхлипнула, борясь с подступающими рыданиями, тисками сжавшими горло.

Разум твердил, что это конец. Что все будет так, как сказала мне старая ведьма. Но я… видит Всевышний, какя не хотела умирать. Как я хотела прожить свою жизнь иначе, рядом с ним, своим мужем. Всегда рядом с ним.

Авичи никак не мог убить тех наемников и Каспиана, он был в это время на улице. А это значило лишь одно: в замке находится тот, что пришел за мной. Злейший враг Рейвена и… мой враг. Тот, кто убил меня прошлый раз. Гохан.

Теперь я бежала по замку, не разбирая дороги. Как загнанная дичь, которую вот-вот настигнет охотник.

– Аме-лияяя… – незнакомый мужской голос раскатистым эхом прокатился под высокими сводами, заставив меня на мгновение оцепенеть, а потом броситься туда, где у меня все еще оставалась иллюзия свободы. На вершину замковой башни.

*****

Смотровая площадка встретила меня тишиной и безветрием. Здесь было… спокойно, здесь так легко дышалось. Я вдохнула свежий воздух полной грудью, только сейчас понимая, как мне его не хватало. А потом еще… и еще… чувствуя, что за спиной будто появляются крылья. Легкие и прозрачные, как потоки горного хрустального воздуха, наполняя меня невиданным доселе ощущением свободы.

Сделав несколько крошечных шажков вперед, я застыла, набираясь решимости. Вспоминая каждое мгновение, проведенное с ним и наше короткое счастье.

– Миледи, остановитесь, не надо! – моя служанка Лира показалась в узком проеме двери, ведущей на крышу замковой башни. Бледная, с трясущимися губами, но все еще пытающаяся прислуживать своей госпоже. Жаль, что она все-таки успела… Я надеялась, что никто не будет свидетелем того, что должно было произойти совсем скоро.

Я не обратила на нее никакого внимания. Да и что я могла сказать ей… теперь?

– Где же ты, Рейвен? – прошептала беззвучно, пытаясь с высоты разглядеть знакомую фигуру на огромном вороном жеребце.

Раскаленное солнце медленно садилось за горы, окрашивая их острые, похожие на зубы дракона, пики оранжево-красным цветом. Цветом, так похожим на кровь. Я посмотрела вниз, чтобы увидеть то, что происходило под стенами замка: оказывается, часть наемников была все еще жива.

Вражеские воины притащили таран, и теперь планомерно били им в огромные, окованные металлом двери. И судя по всему, скоро и эта преграда будет взята. Дальше их ждали еще несколько линий обороны, но… нас было мало. Слишком мало для того, чтобы противостоять людям Гохана – безжалостным убийцам, всю жизнь посвятившим войне.

И все же я колебалась. Стоя на смотровой площадке и не обращая внимания на ветер, что разметал мои длинные волосы, путая их, как руки любовника, я продолжала напряженно вглядываться вдаль. И ждать.

– Миледи! – на площадке появился запыхавшийся Джарет, наш старый слуга. И одного взгляда на него было довольно, чтобы мое сердце вдруг оборвалось, падая куда-то вниз. – Они уже в замке, надолго мы их не задержим. Молю, схоронитесь от них так, чтобы даже я не знал, где вы!

– Нет, Джарет, – я покачала головой, с любовью и грустью смотря на старика, в чьих глазах застыли слезы отчаяния. – Нет. Им нужна именно я, и не найдя меня, они убьют каждого, пока не получат ответы на свои вопросы. Я не могу этого допустить. А так… у вас хотя бы появится шанс.

Лира громко зарыдала, вытирая глаза белоснежным передником.

– Уходите, быстрее. Ну же! – я повысила голос, и тут же тихо добавила: – Прошу… – По моим щекам скатились две одинокие слезинки.

Джарет сомневался лишь мгновение, а потом низко, с почтением мне поклонился: – Да пребудет с вами сила Всевышнего. Прощайте, моя госпожа.

Я слышала, как он тащил вниз упирающуюся и кричащую Лиру. Надеюсь, они успеют укрыться. Надеюсь, на них не выместят зло, после того как я…

Не знаю, сколько я так простояла. Просто каким-то шестым чувством поняла, что больше здесь не одна, и тут же мою спину обжег чужой леденящий взгляд. И я все же заставила себя медленно обернуться, чтобы взглянуть в глаза неизбежному.

– Ну здравствуй, красавица, – в дверном проеме стоял высокий, мощный мужчина: с длинными волосами цвета белого золота, забранными в хвост на затылке, хищными чертами лица и ледяными глазами – замораживающими, жуткими, с рубиновым пульсирующим зрачком. – Вижу, ты знаешь, кто я такой, – улыбка у него была под стать глазам, безжалостная и ледяная.

*****

Я молчала, глядя прямо в глаза своей смерти. Тому, кто был повинен во всем. Да и что я могла ему сказать? Умолять о пощаде для себя и обитателей замка? Это было бессмысленно, такой как он, просто не знает, что это такое. Проклинать его за то, что он сотворил с моей жизнью? Но этот нечеловек и так уже обрек себя на вечное проклятие, не справившись со своей жаждой.

В широко распахнутой на груди рубашке я видела магическую татуировку, и существо, изображенное на ней, было настолько уродливым и страшным, похожим на шипастого монстра с острыми, как иглы, зубами, с буграми и наростами-рогами на голове, что не было сомнений: татуировка – не что иное, как отражение самой сути того, для кого она сделана. И это существо находилось не рядом с сердцем Гохана, оно пожирало его, поглотив практически полностью.

У него давно не было сердца…

Глаза вампира угрожающе сузились, как будто он был недоволен, не увидев той реакции, что ждал. Всепоглощающего ужаса. Слез. Мольбы на коленях. Попыток спасти себя любой ценой.

– Знаешь, когда я впервые увидел тебя в этом замке, я сразу понял, какое сокровище досталось Рейвену, – Гохан прислонился спиной к дверному косяку, внимательно наблюдая за мной и пока не делая попыток приблизиться. – Отец рассказывал мне о таких, как ты. Однажды он смог ее даже пленить, но птичка выпорхнула из клетки и улетела.

Гохан замолчал, а после продолжил: – Но отец не знал того, что знал я. Вас нельзя принудить дарить свою любовь. Вас нельзя приручить. Вы не похожи на других самок из этого мира, раздвигающих ноги по первому требованию мужчины, – он чудовищно ухмыльнулся, заметив, как меня покоробили его слова.

– Поэтому мне не было смысла сохранять тебе жизнь… тогда. Я знал, когда Рейвен потеряет тебя, он сломается. О-оо, ты не представляешь, как я