Попытка номер пять. Убить или влюбить - Ясмина Сапфир

Признаться, к этому времени и у меня возникли сомнения в действиях Хилла. Голова начала немного кружиться, а в теле ощущалась слабость.

Профессор метнул в меня внимательный взгляд, странно облизал губы и убрал пробирку от руки прежде, чем та наполнилась до краев, как предыдущая. Не успела пикнуть, как в вену воткнулась еще одна игла.

Когда шприц с белой жидкостью опустел окончательно я ощутила подъем и прилив сил. Однако чувствовала себя все еще немного странно. Как будто одновременно слишком перетренировалась – до легкой боли в мышцах и хорошо отдохнула или выпила энергетика. Словно в моем организме происходили два совершенно противоположных процесса. Один давал силы, а другой их отнимал.

Я тряхнула головой.

– Нам необходимо проверить еще нескольких больных подопытных. Простите, Нейра. Обещаю, что в следующую неделю больше никаких заборов крови.

Я вскинула глаза на Хилла, который убирал пробирки с жадностью, которую не мог скрыть. Так ребенок берет из холодильника сладости или выросший в бедности человек считает внушительную прибыль.

И тут меня переклинило! Еще недавно мне говорили об осмотре и анализах. А теперь про каких-то больных? И договор! Что еще за договор, о котором я уже столько слышала? Надо будет ознакомиться с этим загадочным документом. Мысли разбегались в стороны. Хилл ковырялся в шкафу с пробирками, что-то переливал, сортировал. Легри не сводил с меня внимательного, с прищуром взгляда.

Наконец, профессор отвлекся от столь занимательного для него занятия и продолжил осмотр. У меня сосчитали пульс, измерили давление и ауру при помощи какого-то прибора, похожего на сотовый телефон. Его подносили к руке и на экране появлялись цифры. Далее Хилл исследовал мою кожу, при помощи лупы, слушал легкие и сердце чем-то вроде знакомого стетоскопа и наконец пригласил на кушетку.

Легри переступил с ноги на ногу и облизался так, как недавно облизывался Хилл.

Профессор жестом пригласил вампира поближе.

– Учись. Потом сам будешь проводить осмотры у представителей редких видов. Говорят, обещают привести русалку.

– А разве они могут жить на суше? – удивилась я.

– Хм… Ты не знала, что русалки способны обращаться в двуногих? – поразился Легри.

Хилл сделал ему какой-то знак и тот замолчал.

– Нейра жила в своем обособленном мирке и многого не знала…

Я была ужасно рада, что оправдание моего незнания мира нашлись так легко и быстро. Я даже ничего выдумать не успела. Снова захотелось что-то сотворить с Тезо. Мстительное такое. Укусить его, что ли? Интересно, хинды кусаются? А может, лягаются?

Пока я об этом думала, профессор ловко помог раздеться до белья и принялся осматривать, к счастью, не касаясь ничего стратегически важного. Легри выглядел так, словно его интерес ко мне ну прямо очень и совершенно не научный. Больше того, дыхание его сбилось, а глаза начали сверкать почти как у Матиаса, когда он вчера меня целовал.

Вот же вампиры проклятые! Вечно они озабоченные! Нет бы подумать о моей душе! Согласно некоторым мифам у клыкастых нет души, так хотя бы чужой полюбовались!

После осмотра Хилл отпустил меня с напутствием:

– Заходите через неделю. А пока… Профессор Матиас Ройл выпросил вас для помощи в его исследованиях по изменению ДНК представителей редких видов.

– И что вы ответили?

– У меня нет возможностей отказывать подобным высоким просителям. – На секунду мне почудилось, что Хилл расстроен, а Легри – так вообще едва ли не скалился. – Однако, если вы не хотите работать с Ройлом… Я могу сказать…

Я еще колебалась, но надежда на мой отказ слишком ясно читалась на лицах присутствующих вампиров. То ли из чувства противоречия, то ли благодаря инстинкту самосохранения, я выпалила:

– Нет-нет! Мне очень интересна тема профессора Матиаса. Я ведь даже ходила на его лекцию! Поэтому я с радостью буду помогать ему в исследованиях. Тем более, что у меня есть и личный интерес. Ведь хинды тоже – редкий, вырождающийся вид.

Хилл с минуту помедлил, словно переваривал мой ответ или надеялся, что я передумаю. Легри нахмурился и насупился – как ребенок, у которого отняли карамельку.

Когда стало ясно, что свое веское слово я уже сказала, Хилл нехотя кивнул.

– Что ж. Матиас Ройл будет ждать вас сегодня, в шесть вечера, в восточном крыле в выделенной для него ректором лаборатории.

– Прекрасно!

Я понятия не имела – где это самое крыло, но уточнять не решилась. Мало ли… Если русалок я еще могла никогда не видеть и не знать про них ничего, кроме легенд, то уж Университетские закоулки мне должны быть известны. Я ведь тут не первый день обитаю.

Следует придерживаться легенды. Оставалось отчаянно надеяться, что навигатор Тезо сработает и здесь или сам мой куратор наконец-то перестанет смотреть мыльные оперы, щелкать семечки и чем он там еще занимается и вернется к своим непосредственным обязанностям!

Конечно, досмотреть Кармелиту до вечера Тезо не успеет… Но мало ли… Вдруг мне повезет…

По дороге до своей квартирки я думала о происходящем. И чем больше размышляла, тем больше убеждалась, что все вокруг ведут себя очень странно. И каждому от меня что-то надо.

Ну что от меня надо Матиасу Ройлу я уже знала. Этот озабоченный ничего и не скрывал. Уверена, что и к исследованиям он решил меня пристегнуть с одной лишь целью – затащить в постель… Ну или сделать все экзотичней – на столе, среди пробирок…

А вот намерения и цели Хилла, Легри и Оливера я пока не представляла. Поэтому решила почитать договор, и попытаться связаться с блондином. Но пока я понятия не имела, где живет Оливер и куда его так скоропостижно отправили в отпуск. Однако другого выхода я не видела.

Раньше, чем я дошла до жилых корпусов, меня окликнули.

– Нейра!

Оказывается, Легри все это время шел за мной по пятам. Но благодаря его вампирской бесшумности и моей человеческой ипостаси, я ничего не заметила.

Я еще не успела составить впечатление на счет этого парня. Он энергично выступал против Ройла на лекции, и помогал Хиллу, но его отношение ко мне было… странным.

– Да… Раон? – Я с трудом вспомнила имя Легри. – Профессор Хилл хотел что-то мне сказать?

– Нет, я не из-за него. – Легри огляделся. Как раз заканчивались пары, и студенты возвращались в общежитие. Было довольно людно. – Могли бы мы поговорить в более спокойном месте?

Рядом находился небольшой сквер с