Солнце на красном - Наталья Нежданова

Чтобы этого избежать, используется очень простая, даже примитивная, технология. Достаточно пережать пуповину младенца сразу же после его рождения. В результате он теряет примерно треть объёма своей крови. Это приводит к гипоксии — недостатку кислорода, от чего прежде всего страдает мозг. Анемия, нехватка железа из-за того, что ребёнок лишается большого количества кровяных клеток, также способствует снижению интеллекта.

Сам процесс родов иногда бывает травматичным для мозга. Но человеческая природа имеет защитный механизм — стволовые клетки, что в большом количестве содержатся в крови новорожденного. Они помогают организму восстанавливать повреждённые ткани, способствуют формированию устойчивых иммунной и нервной систем. Но при немедленном пережатии пуповины они просто-напросто воруются у младенца!

А плацента и пуповина, наполненные кровью, становятся ценным сырьём для производства лекарств, биодобавок, кремов и косметики. Ведь Те, Которые Велят, хотят долго жить и молодо выглядеть. Впрочем, кое-что перепадает и Трансляторам…

— Но почему люди согласились, чтобы с их детьми проделывали такое? Они что, не владеют элементарными знаниями анатомии и физиологии? — недоумеваю я.

— Видишь ли, ты уверена, что образование — это познание того, как устроен реальный мир. Возможно, у вас даже так и есть. Но цель образования может быть совсем иной — сформировать у людей картину мира, способствующую управляемости и стабильности общества.

— Понятно…

— Кстати говоря, при быстром пережатии пуповины увеличивается риск послеродового кровотечения у матери! Но об этом мало кто знает даже среди медиков, обслуживающих женщин при родах.

Далее, сразу после рождения младенец должен оказаться у материнской груди. Если этого не происходит, ребенок испытывает сильнейший стресс, что неблагоприятно сказывается на его развитии.

Всего лишь полвека назад состоялся один весьма жестокий эксперимент. Дело в том, что огой экономически невыгодно, когда мать после рождения ребенка надолго выключается из трудовой деятельности и занимается только им. Тогда было предложено помещать детей в интернаты сразу же после рождения.

К счастью, прежде чем перейти к этому в масштабах всего Иттана, было решено поставить эксперимент лишь в одном из городов. Последствия оказались печальными — слишком высокая смертность младенцев, а у выживших — устойчивое отставание в развитии, дефекты психики и почти всегда крайне низкий уровень физического здоровья. Четыре-пять месяцев без матери сразу после рождения обеспечивали большинству детей неполноценность на всю дальнейшую жизнь. Пониженный интеллект, отсутствие эмпатии и вообще понимания необходимости нравственных самоограничений. Неуверенность в себе, неспособность вступать в прочные отношения с другими людьми. Слишком глубинные структуры психики формируются в это время.

Причем однозначно негативные результаты получались даже при идеально организованном уходе за детьми с помощью квалифицированного персонала. Стало ясно, что человек не сводится к материальному, плотскому. В нем присутствует некое особое духовное измерение — потребность в любви, в прочных долговременных личностных отношениях, без реализации которой он не может стать полноценным.

В конечном итоге экспериментальным путём установили примерный возраст, когда младенец мог помещаться в интернат без особого риска для жизни. Это как минимум девять-десять месяцев. Причём даже в таком возрасте оторванный от матери ребёнок страдает и нарушается его нормальное развитие.

Правда, возникающие отклонения скорее способствуют подконтрольности и управляемости выращенного таким образом человека. Его потребности остаются примитивными, лежащими исключительно в материальной сфере. Он не способен размышлять о смысле жизни и прочих высоких материях, более того, даже сопротивляется, если его к этому побуждают.

— А возможно ли вернуть таких людей в нормальное состояние? — спрашиваю я.

— Не знаю. По крайней мере, я не слышал о таких экспериментах, — отвечает Тео.

Тогда я рассказываю ему печальную историю Пина, который так и не смог адаптироваться к жизни в нашем обществе. Хотя, как знать, может, для этого просто требуется больше времени?

Тану слушает меня и мрачнеет.

— Ты, наверное, считаешь меня чудовищем, — произносит он.

— Нет, что ты, — возражаю я. — Ты же сбежал оттуда!

— Тех, Которые Велят, около 500 тысяч. И далеко не все из них считают нормальным существующее положение вещей! Да, Иттан покорил целую планету, уничтожив десятки языков и культур. Но это не принесло нам ожидаемого счастья и благополучия. Те, Которые Велят, разрешают одни проблемы, но на их место тут же встают другие, гораздо более серьёзные. Кое-кто у нас даже начал высказывать крамольные мысли, что мы свернули на путь, ведущий нашу цивилизацию к гибели.

Одана — на грани экологической катастрофы. Уже давно ведутся поиски новой биосферной планеты, но они так и не увенчались успехом. Именно поэтому Иттан вступил в союз с вашими врагами. Тем, Которые Велят, нужна хотя бы одна из ваших планет. Они хотят начать с чистого листа.

Значит, войне всё-таки быть… — думаю я.

Я ощущаю вызов на инте тану. Это Дар. Он говорит, что хочет нас кое о чём попросить и приглашает к себе меня и Райна.

— Послезавтра здесь соберётся Совет Общин, и кто-нибудь из вас будет говорить с его участниками, — начинает Согласующий.

— Ты уверен, что стоит доводить до всех информацию о нас? — спрашивает Райн.

— Поверь, мы умеем хранить секреты! Если придётся, даже ценой собственной жизни. Ничто не заставит нас отказаться от абсолютной правдивости и открытости. Это основополагающий принцип Союза Свободных Общин!

Впрочем, я хотел поговорить с вами не об этом. У нас возникла проблема. Вы ведь в курсе, что в поясе астероидов имеются не только Свободные Общины, но и несколько откровенно бандитских образований? Так вот, в последнее время они совсем потеряли страх и стали вторгаться на нашу территорию. Я подозреваю, этому мог поспособствовать ваш… хм… несколько неуравновешенный товарищ, который засветился где-то в неудачном месте. Я хотел бы попросить вас облететь несколько общин, где нет флаеров, способных противостоять нападению пиратов, и доставить к нам их представителей!

Мы с Райном переглядываемся.

— Да, конечно! — отвечаю я.

Глава 45

Ноэх, один из трёх пилотов общины, уже ждёт нас в коридоре.

— Давайте не будем терять времени! — настаивает он. — Вылетим прямо сегодня, там заночуем, чтобы завтра без спешки собрать всех и успеть вернуться не слишком поздно!

— Хорошо, — отвечает Райн.

Дейн вызывается лететь с ним, я же остаюсь, ведь в нашем флаере не так много места.

На этот раз Эя зазывает меня к себе, и я, наконец, вижу её дочь. Худенькая рыжеволосая