Катастрофа для декана - Ханна Леншер

— Конечно, — кивнул инспектор. — Я пока все подготовлю для вашего возвращения.

Легко поднявшись с кресла, я шагнул с балкона в темноту ночи и перекинулся в белого дракона.

Столица встретила меня холодным ветром и моросящим дождем. Особняк лорда Ланарита возвышался на холме, напоминая неприступную крепость. По периметру мерцал силовой купол высшего ранга, а у кованых ворот патрулировала охрана из боевых магов. Хорошо, что не центр города, а то там полеты запрещены и меня бы даже близко не подпустили.

Гермес не ожидал, что я такой сумасшедший, и рискну похищать его дочь, поэтому охрана работала по обычному сценарию.

Закрывшись щитом, я обошел поместье, ища слабое место сферы, где соединяется плетение заклинания. Посылая небольшие импульсы, нашел довольно быстро. Много лет на службе и в академии я сам учил работать с защитными чарами, не прошли даром. Неуловимое движение руки — и тонкое лезвие дестабилизатора вспороло магическую сетку ровно настолько, чтобы я смог проскользнуть внутрь.

Дом большой, но не гигантский дворец. Да и охраны немного. У входа началось какое-то оживление, видимо, Генрих прилетел. Пока маги были заняты им, я обошел дом, ища окна комнаты Ирмины. Не в подземелье бы ее же посадили, она в антимагических браслетах и под охраной, этого вполне достаточно.

Судя по шуму, Генриха пытались не пускать, начались разборки с вызваниваем самого советника. Значит, надо поторопиться, успеть до его приезда.

Я залез через окно первого этажа и быстро поднялся выше, чутье дракона тянуло меня к своей паре. Из-за двери не доносилось ни звука, но интуиция вопила, что она там.

В роскошной комнате царил полумрак. Ирмина сидела у огромного окна, обхватив колени руками. Услышав звук открываемой двери, она вздрогнула и резко повернула голову. Ее глаза лихорадочно блестели, а на запястьях зловеще поблескивали тусклые браслеты.

Когда она увидела меня, выходящего из теней, ее губы приоткрылись, но Ирмина не смогла издать ни звука.

— Я же говорил, моя катастрофа, — хрипло выдохнул я, в два шага преодолевая расстояние между нами и падая перед ней на колени. — Я тебя никому не отдам.

— Эйдан… — Ее голос дрогнул, ломаясь от сдерживаемых рыданий.

Ирмина бросилась ко мне, обвивая руками мою шею, а я вцепился в нее так сильно, что едва не сломал ей ребра. Зарылся в сиреневые волосы и судорожно вдыхал ее запах, убеждаясь в реальности происходящего. Мое сердце колотилось как сумасшедшее.

— Тише, Ирми, я забираю тебя, — прошептал я, покрывая ее виски, щеки, лоб быстрыми поцелуями.

— Я не могла ничего сделать… Эйдан, а теперь ничего не чувствую, — всхлипывала она, прижимаясь ко мне дрожащим телом.

Взяв ее руки в свои, я попытался зацепить замок магией, но руны тут же вспыхнули агрессивным красным, обжигая мои пальцы.

— Потерпи еще немного, Генрих скоро снимет их. Но нам нужно уходить.

Я легко поднял ее на руки, прижимая к груди. Ирмина спрятала лицо у меня на плече, уткнувшись носом в шею. Мой внутренний дракон торжествующе взвыл: пара была возвращена.

Мы покинули особняк тем же путем, никто не поднял тревоги, хотя я видел, что света на первом этаже прибавилось. Только оказавшись за пределами купола, я обратился в дракона, и меньше, чем через час мы вернулись в академию.

Ксантир уже ждал нас.

— Вы провернули это удивительно чисто, Эйдан, — констатировал он. — Ланарит еще не поднял тревогу и вас, пока не ищут.

Я осторожно опустил Ирмину на кровать. Она вцепилась в мою руку, не желая отпускать ни на секунду.

— Что дальше? — спросил я, не сводя глаз с ее бледного лица.

— Ирмина остается здесь, — ответил Арканис. — Ждем Генриха и самого Ланарита, если все выйдет из-под контроля. Но к тебе не подкопаться — ты все время провел в академии.

— Я не хочу возвращаться домой! — нахмурилась Ирмина.

— Никто тебя не отдаст, — успокоил я ее, а потом повернулся к другу: — Сообщи Генриху, что мы будем ждать его здесь.

Ксантир кивнул и вышел из спальни.

Мы остались одни. Я сел на край кровати, притягивая Ирмину к себе на колени. Она устроилась у меня на груди, слушая стук моего сердца. Я гладил ее по спине, убаюкивая, снимая напряжение этого кошмарного дня.

Спустя несколько часов томительного ожидания, когда за окном уже глубокая ночь сменилась предрассветными сумерками, в дверь постучали. Ирмина спала и даже не слышала, как приехал ее брат.

Генрих не стал надолго задерживаться у отца и прилетел в академию.

Встреча родственников прошла спокойно.

— Я, Генрих Ланарит, прямой наследник крови, отменяю приказ своего отца! — процедил он сквозь зубы, капая кровью на браслеты и произнося заклинание.

Руны вспыхнули ослепительно-белым светом. Механизм жалобно хрустнул, и тяжелая сталь с глухим звоном упала на ковер. Затем второй браслет последовал за первым.

Ирмина судорожно, со свистом вдохнула, словно утопающий, вынырнувший со дна, и с плачем бросилась на шею Генриху. Хоть они и не были слишком близки, но все же любили друг друга.

Когда эмоции немного улеглись, Генрих поднялся, вытирая кровь с руки. Его взгляд стал стальным.

— Я же был в особняке, говорил с отцом.

Мы с Ирминой напряглись.

— У нас состоялся очень длинный и очень плохой разговор, — хмуро продолжил Генрих. — Я сказал ему, что это я похитил Ирмину, снял браслеты и увез ее.

— Генрих, зачем?! — ахнула Ирмина. — Он же лишит тебя наследства!

— Пусть попробует, — усмехнулся друг, расправляя плечи. — Да и не нужно мне его состояние, я продолжу военную службу. Зато теперь ты спокойно можешь дальше учиться, отец не будет вмешиваться.

— И он поверил? — удивилась Ирмина.

— Конечно, нет, он не дурак и понимает, что мы в сговоре, но доказать ничего не может. А грандиозный скандал, который точно сорвет свадьбу с принцем, ему не нужен.

Генрих повернулся ко мне:

— Но с королем нам так просто не поговорить. Что делать будем?

— Если никто не узнает о том, что Ирмина обрела крылья, то и не станет нужна короне... — пробормотал я. — Других вариантов я пока не вижу. Даже если завтра поженимся… не поможет.

— Но отец угрожал, что если я не соглашусь... — тихо напомнила Ирми.

— Плевать, он ничего тебе не сделает! — одновременно воскликнули мы вдвоем с Генрихом.

Ирмина выдохнула, счастливо