Где-то всегда светит солнце - Кристина Миле

все желающие приезжают и помогают поддерживать его в хорошем состоянии. Сейчас это музей. Но многие семьи сохранили предания, старые сказки о жизни на этих горах, поэтому для них это священное место.

– И для тебя?

– Нет, – улыбнулся он. – Моя семья переехала в эти места, когда город уже был заброшен. Но в детстве я любил здесь бывать, мы все здесь облазили.

Я провела рукой по грубому растрескавшемуся камню одного из домов.

– Мы сможем подняться? – с сомнением спросила я, не видя вокруг ни одного человека.

– Сегодня город закрыт для посещения, но…

Амир хитро улыбнулся, и я рассмеялась, правда тут же опомнившись.

– Я скучал по твоему смеху, – сказал он, проводя ладонью по моей щеке.

Знакомые бабочки вспорхнули крылышками в животе. Я быстро отвернулась и пошла по тропинке, петляющей между развалин домов, пока он этого не заметил.

Это было так приятно – вновь идти вверх, гулять по горам, хоть и совсем непохожим на те, что я привыкла видеть. Природа здесь, в пустыне, будто застыла в строгом обличье. Язык не поворачивался назвать его скупым – он поражал сдержанной красотой и величественностью. Сухой климат обнажал все отметины на камнях, будь это дело рук человека или сила ветра, который бывает в этих местах беспощадным.

Я шла вдоль вытянутых домиков и думала о тех людях, что не побоялись поселиться здесь. Они не стали искать более приветливые для жизни места, выбрав именно это место, потому что научились понимать пустыню и любить ее.

На самом верху стояла башня, самая высокая из всех построек. Ее стены были исписаны туристами. Двери́, как и нигде, не было, и мы прошли внутрь сквозь низкое отверстие. Я запрокинула голову – над нами было голубое небо; крыша, конечно, тоже не сохранилась, зато каменная лестница, ведущая наверх вдоль двух стен, выглядела вполне целой, хоть и была перегорожена защитной лентой.

– Пойдем, – позвал меня Амир, перешагивая через ограждение.

Я покачала головой:

– Не стоит, снаружи тоже открывается отличный вид.

– Да я сто раз поднимался туда, и поверь, даже эти четыре метра имеют значение. Вид намного лучше!

– Нет, давай не будем рисковать. Здесь все такое старое! Не зря же она закрыта, – уперлась я, но он лишь посмеялся и пошел наверх.

– Клянусь, отсюда виден новый город! Поднимайся! – крикнул он через несколько секунд.

– Нет, я подожду тебя здесь, – твердо ответила я, намеренно не глядя в его сторону.

Раздался громкий треск. Я вскинула голову и увидела, как лестница растрескалась всего в паре метров от него. Меня охватил ужас.

– Стой, не двигайся, я сейчас позову на помощь! – крикнула я и побежала к выходу.

– Кристина, это не страшно, – засмеялся он. – Посмотри, здесь везде трещины!

– Боже мой! Что ты говоришь? А если именно эта развалит лестницу?

Я схватилась за стену, словно могла удержать дом, если бы он решил вдруг развалиться.

– Ты переживаешь за меня? – довольно спросил Амир.

От возмущения и неловкости у меня перехватило дыхание.

– Только за старую башню!

Амир ухмыльнулся и начал потихоньку спускаться. Опять раздался треск. Я закрыла глаза руками.

– Просто камни разговаривают, дорогая, не бойся! – весело сказал он.

Но я не открывала глаза, будто это могло помочь ему благополучно спуститься. Через секунду он сжал меня в объятиях. Я хотела отстраниться, но на его лице было столько счастья, что я невольно улыбнулась.

– Амир, ты сумасшедший! Это же опасно!

– А ты бы ухаживала за мной, если бы я сломал ногу?

– О боже мой! – воскликнула я и толкнула его в плечо. – Ты точно ненормальный!

Он засмеялся и закружил меня, потом на мгновение мы застыли, смотря друг на друга. Он медленно наклонился к моим губам, и меня окатила жгучая волна стыда. Я быстро опустила голову, чтобы избежать поцелуя. Он вздохнул и прикоснулся к моему лбу.

– Пойдем, нас уже ждут, – произнес он, беря меня за руку.

– Кто? – удивилась я.

– Увидишь, – улыбнулся он.

Мы спустились на несколько метров. Послышалось ржание.

– Нет… – с испугом посмотрела я на него.

– Я обещал, ты перестанешь их бояться! – сказал он.

– Амир, это не каприз, мне правда страшно! – воскликнула я.

– Ты даже не поздороваешься с ними? – хитро спросил он, сбегая вниз по дорожке.

Я мысленно выругалась на него, но пошла следом.

Два жеребца – редкой вороной расцветки, с черными гривами и черными хвостами – нетерпеливо переступали с ноги на ногу, качая головой вверх-вниз, словно пытаясь вырвать поводья из рук конюха.

– Мои любимцы: Вавилон и Зефир, – представил Амир, любовно поглаживая их по мордам.

В жеребцах чувствовалась порода: длинные грациозные шеи, выразительные умные глаза, высоко поставленные хвосты. Я протянула вперед руку, и один из них тут же уткнулся в мою ладонь теплым носом.

– Залезай! – скомандовал Амир.

– Нет-нет! – запротестовала я, быстро отступая назад. – Они очень красивые, но я правда не хочу…

Не успела я договорить, как Амир забросил меня в седло словно мешок. Я рефлекторно перекинула ногу, чтобы не свалиться. Увидев, на какой я высоте, я зажмурила глаза.

– Поехали! – радостно крикнул Амир, ловко запрыгнув на Вавилона.

– Нет! – только и взвизгнула я, как мой конь побежал следом, повторяя за своим другом.

Тело буквально окаменело от страха. Я прижалась к лошадиной шее, ухватившись за гриву. Я боялась даже крикнуть Амиру, чтобы он остановился, думая, что это может испугать Зефира и он тут же сбросит меня. Но мы спокойно скакали рысью, ничего не происходило. Размеренный темп его бега потихоньку успокаивал меня, и я осторожно распрямилась в седле, а через пару минут уже вовсю вертела головой.

Мы скакали по широкой каменной пустыне. Кругом возвышались горы – и больше ничего. Куда доставал взгляд, я не видела никого и ничего живого. Мы словно оказались на другой планете.

Я потуже взяла повод и вдела ноги в стремена.

– Готова быстрее? – весело спросил Амир, поравнявшись со мной.

Я радостно кивнула и пришпорила коня. Мы перешли в галоп. Ветер приятно обдувал лицо, чувство радости и легкости наполнило меня, и я засмеялась. Зефир реагировал на любое движение тела, им было на редкость легко управлять, хоть он и видел меня