Мой опасный магнат - Татьяна Гончарова

class="p1">Он начал медленно, осторожно вводить кончик хвоста в мой анус. Одновременно он продолжал двигаться во мне, не останавливаясь, не давая времени на страх.

Ощущение было... невероятным. Не больно — скорее странно, непривычно. Но когда он вошёл глубже, когда его хвост заполнил меня внизу, а член — вверху, я почувствовала, как мои мышцы сжимаются вокруг него, а потом стало так…

— О Дре-е-ек! Дрейк, Дрейк, я, ох, ты, что же, ох, о, м-м-м…

Меня выгнуло, а его жадные губы заглушили мои беспорядочные охи.

Это было слишком! Чересчур интенсивно, запредельно чувствительно, это было так…

Я содрогнулась от чистейшего, ослепляющего экстаза, который попросту взорвал всё моё тело изнутри.

Беспощаднейший по силе оргазм накрыл меня полностью, тотально, абсолютно, с головой, выкручивая, ломая, собирая заново. Я только выла в его улыбающиеся губы, содрогаясь под ним и чувствуя, как мои внутренние мышцы пульсируют вокруг него — везде, где он был во мне.

Я содрогалась, всхлипывала, сжимала и разжимала пальцы, хватая воздух — ведь он так и держал мои запястья, и продолжала издавать беспорядочные звуки, не в силах остановиться.

Казалось, этот оргазм длится вечность, раскачивая меня на своих волнах снова и снова.

И сквозь эту сладкую агонию я услышала его глухое рычание. Оказывается он снова двигался во мне, несмотря на мои судороги, продлевая их.

Он кончил, вбиваясь в меня с яростной, рихтовской страстью, придавливая к кровати так, что на миг стало трудно дышать.

Его финальный толчок с глухим рычанием, это горячее освобождение внутри меня вызвало новый, вторичный оргазм — более глубокий, более тёмный, более...

Я потеряла сознание. Всего на секунду, может, на миг — просто провалилась в черноту от перенапряжения чувств.

— Ты чудо, Алекс, — услышала я его довольный хриплый голос, выплывая из темноты и чувствуя лёгкие поцелуи на своих дрожащих губах. — Как же ты кончаешь, рехнуться можно. Сейчас отдохнёшь, и я буду медленнее. А то ты даже не распробовала. Даже не представляешь, как много у тебя совершенно потрясающих и чувствительных точек… Сейчас, сокровище мое. Полежишь чуть-чуть и повторим.

Глава 39. Возвращение к работе

Ночь показалась мне бесконечной. Ненасытный, неутомимый рихт брал меня снова и снова, каждый раз по-новому, каждый раз доводя до неописумо бурных оргазмов.

Медленно и глубоко. Быстро и резко. Нежно и властно.

Кажется, он знал моё тело лучше, чем я сама, и использовал это знание безжалостно и щедро.

Я потеряла счёт времени, потеряла счёт оргазмам. Они накатывали волнами, одна за другой, без остановки, без передышки.

Дрейк словно задался целью исследовать каждый сантиметр моего тела, каждую реакцию, каждый стон.

Он переворачивал меня, приподнимал, усаживал сверху, снова укладывал на спину — и везде, в каждой позе, находил идеальное воздействие, от которого у меня темнело в глазах.

Дрейк не останавливался. А я отдавалась, полностью, без остатка, тонула в этом океане наслаждения и не хотела всплывать.

Глубокой ночью я провалилась в забытьё. Последним ощущением были его руки, обнимающие меня, и его хвост, сжимающий в своих властных кольцах мою ногу.

Проснулась я от того, что меня уже куда-то несут. Открыла глаза — Дрейк бережно транспортировал меня в ванную, осторожно прижимая к груди.

— Что ты делаешь? — прошептала я хрипло.

— Собираюсь помыть тебя. Нам обоим не помешает душ, — ответил он, усмехаясь. — Ты вся липкая, сокровище моё. И я тоже.

В душе он намыливал меня долго и тщательно. Мужские дразнящие пальцы скользили по моей коже, смывая следы ночи, и я чувствовала, как внутри снова разгорается нещадный огонь. Сколько же его во мне?

А когда сильные руки рихта и его вездесущий хвост добрались до самых моих чувствительных мест, я уже не могла сдерживать новые стоны.

— Дрейк... — выдохнула я, прижимаясь к его горячему телу под струями воды.

— Что? — его лицо приняло безмятежный вид, в то время как его хвост уже обвивал мою талию, а член упирался мне в живот.

— Ты... опять...

— Угу, — согласился он, довольно блеснув глазами. — Тебе же нравится?

— О-о-чень, — простонала я.

А Дрейк уже разворачивал меня спиной к себе, затем раздвинул мои ягодицы и вошёл в меня одним плавным длинным движением, прижимая грудью к прохладной стене душевой кабины.

Горячая, расслабляющая вода лилась на нас, а он двигался во мне, властно и глубоко. И я снова кричала, не в силах сдерживаться.

Оргазм накрыл меня слишком быстро, остро, сотрясая всё моё тело.

Но Дрейк не остановился. Он продолжал двигаться, доводя меня до второго, потом до третьего, и только когда я уже совсем обмякла в его руках, он позволил себе кончить, глубоко, с рычанием, прижимая меня к себе так крепко, что на миг стало трудно дышать.

Потом мы еще долго стояли под душем, просто обнявшись, и я чувствовала, как его сердце бьётся в унисон с моим.

— Завтрак, — сказал он наконец. — А потом работа.

Оу, уже утро? А я как-то не заметила даже.

— Работа, — эхом отозвалась я, улыбаясь и потягиваясь...

Тело приятно отозвалось сытой ломотой в мышцах. Ммм…

Завтрак принесли в номер, но доесть мы не успели. Вернее, я не успела.

Потому что неугомонный Дрейк усадил меня к себе на колени, и пока я пыталась откусить кусочек тоста, его руки уже скользили по моим бёдрам, а похотливый хвост дразнил самые чувствительные места.

— Дрейк! — возмутилась я. — Я есть хочу!

— Ешь, — усмехнулся он, не останавливая свои поползновения в мой адрес.

А затем он и вовсе приподнял меня, сдвинул мое нижнее бельё в сторону и плавно насадил на свой член.

О-о-ох!

— Я не мешаю, — довольно заявил он, опуская меня на себя до тугой, окончательной наполненности.

Я застонала, выронив тост. Он не мешал? Да он делал так, что я вообще ни о чём не могла думать, кроме него внутри.

— Видишь? — его голос стал хриплым от удовольствия. — Ты можешь есть. А я могу... работать.

Горячие мужские губы принялись дразняще исследовать мою спину. А сам рихт в это время приподнимал и опускал меня на себе в медленном, сводящем с ума ритме. Я удивленно заморгала, когда перед моим лицом неожиданно появилась его рука с кусочком фрукта.

— Открой рот, — низко, рычаще мурлыкнул он.

Я послушалась, и Дрейк положил мне на язык сочную дольку. Фруктовый