Порочный бывший муж - Элена Макнамара

Растираю слёзы по щекам. Черт, всё равно плачу!

Поднимаюсь. Иду в спальню, беру телефон и звоню Кириллу. Пусть приедет прямо сейчас. Куда он подевался?

Слушая гудки в трубке, внезапно улавливаю тихую вибрацию где-то вне этой комнате. Иду на звук. Экран айфона мужа светится на тумбе в прихожей.

Чёрт! Оказывается, он забыл его дома.

Телефон Кирилла запаролен. Всё, что я могу увидеть – это то, что на нём есть пропущенные от Эмиля.

У меня тоже есть пропущенные от Нестерова, поэтому, не задумываясь, звоню ему. Не берёт…

Стараясь не впадать в отчаяние, занимаюсь домашними делами: готовлю ужин, убираюсь в спальне.

К семи часам, полностью одетая, вызываю такси.

Это никуда не годится! Кирилл просто меня бросил! А обещал нормальные семейные вечера.

Слова его мамы выкачали из меня последние силы.

Подъезжаю к клубу. Машина Кирилла припаркована у входа. В фойе передо мной вырастает амбал в строгом костюме.

– Заведением ошиблись? – скептически дёргает бровями.

– Я пришла к своему мужу Кириллу Торопову! – гордо вскидываю подбородок.

– Никаких распоряжений о приезде жены он мне не давал, – немного осаживается охранник. – Ждите.

Уходит. Рядом стоят ещё два таких же амбала, которые смотрят на меня настороженно.

Через минуту появляется Эмиль. На ногах он стоит не очень твёрдо.

– Лесь, а ты чего здесь?

– Где Кирилл?

Эмиль оборачивается, смотрит за свою спину и, повернувшись обратно, с совершенно глупым видом говорит, что Кирилла тут нет.

– Я видела его машину.

– Машину? – переспрашивает пьяно.

Тихо зарычав, обхожу Эмиля и врываюсь в зал. Тут пусто. Клуб работает по ночам, ещё слишком рано. Бегу вверх по лестнице. Эмиль за мной. Догоняет на втором этаже, хватает за локоть.

– Не ходи туда. Не надо, – со странным выражением смотрит мне в глаза.

Его просьба, конечно, приводит к противоположному эффекту. Вырываю руку и устремляюсь на третий этаж.

Пульс барабанит где-то в горле. Адреналин бурлит в венах.

Не буду я той, которую так легко можно обманывать! Не стану сидеть дома в ожидании мужа лишь потому, что мечтаю о спокойной семейной жизни.

Лучше буду одна! Лишь бы не жить во лжи.

Врываюсь в корпоративную квартиру. Играет музыка, слышится женский смех. Адреналин словно испаряется сквозь кожу, ноги слабеют. С трудом переставляя их, иду на этот смех. Замираю у двери спальни, она приоткрыта. Заглядываю внутрь.

Кирилл лежит на кровати. На нём сидит девушка. Оба обнажены. Она больше не смеётся, а пошло стонет.

Резко накатывает тошнота… Чувствую сильную боль в груди. Словно кто-то схватил моё сердце и вырвал его с корнем.

Боже…

Отворачиваюсь. Ничего не видя перед собой, бегу вниз по лестнице. Сталкиваюсь с Эмилем. Он пытается меня остановить.

– Да она просто его бывшая, Лесь. Не принимай так близко к сердцу, – говорит заплетающимся языком.

Вырываюсь.

Значит, с ним в постели была Ангелина…

К горлу подкатывает желчь. Быстрее на свежий воздух… Выбегаю на улицу, но вдохнуть не могу. Хватаюсь за горло. Спускаюсь по ступенькам крыльца, поскальзываюсь на последней и приземляюсь на копчик. Растеряв все силы, вою от боли и унижения.

– Девушка, Вам помочь?

Рядом со мной возникает один из охранников. Помогает встать.

– Да… Да, помочь…

Достаю телефон Кирилла из кармана.

– Передайте Торопову, он забыл дома.

Отдаю телефон и ухожу прочь.

Не помню, как добираюсь до дома.

Собираю на автомате свои вещи.

Уже в такси, которое везёт меня к родителям, пишу сообщение Кириллу.

«Мы разводимся. Не ищи со мной встречи».

Отправляю. Кидаю его номер в чёрный список.

Не хочу его слышать.

Глава 24

Пять лет и четыре месяца назад

Кир

Выхожу из тачки, закуриваю. Смотрю на неоновую вывеску Elegant. Думал, меня торкнет от скорого расставания с этим бизнесом. Не знаю… Может, скупую слезу пущу… Всё-таки столько сил вложено. Но в душе – совсем ничего.

То есть там очень много всего, но всё это связано исключительно с Лесей.

Мы наконец-то помирились, и теперь она знает о моей проблеме. Не испугалась, не сбежала. Приняла меня со всем этим дерьмом.

Люблю её очень…

За моей тачкой тормозит Гелик Эмиля. Недавно купил. Пижон, блин.

Друг с хмурым лицом идёт ко входу в клуб, снимает сигнализацию, открывает дверь. Поднимаемся в корпоративную квартиру. Эмиль сразу наливает себе выпить.

– Не рановато для водки? – стучу пальцем по часам на запястье.

– Самое время нажраться из-за решений, который принимает мой лучший друг и бизнес-партнёр.

– Слушай… Я же не перестану быть твоим другом, – сажусь на диван.

Эмиль падает в кресло, прихватив с собой бутылку. Осушает стопку, морщится, наливает новую порцию.

– Я не куплю твою долю, Кир. Не потяну.

Вновь заливает в себя водки, с хрипом выдыхает.

– Да хорош! Ты же можешь кредитнуться.

– Не могу. По примерным подсчётам твоя доля оценивается в пятьдесят лямов. Моих накоплений не хватит, в кредит я не полезу. Единственный вариант – искать другого покупателя. У тебя есть кандидаты?

Долблюсь затылком о спинку дивана. Мне казалось, что Эмиль довольно прагматичен и наверняка имеет жирные накопления на разных счетах.

– У меня нет вариантов, – сообщаю я. – Сам понимаешь, не цветочный магазин продаю.

– Кир, ну тормози тогда. Давай разделимся. Возьмёшь себе один из клубов. Первый стрип-бар давно уже ничего не приносит, да и менты в том районе озверели. Продадим его к хуям. Выручим лямов по пять. Хватит тебе этих денег?

– Хватит на что?

– Откуда мне знать, на что?! – рычит Эмиль. – Ты сваливаешься как снег на голову с утра пораньше и ни с того ни с сего заявляешь о срочной продаже своей доли. Что случилось-то? Можешь объяснить?

– Я хочу развязаться с этим бизнесом. Никаких тёлок, бухла и сомнительного общества. Лесе это всё не нравится.

– Ах, Лесе… Ну заебись! – оскаливается Эмиль. – Вообще охуенно! Столько лет вкалывать – а тут, блять, «Лесе не нравится»! Ты ебанутый, Кир? Не можешь потушить свою жену?

– Заткнись! – сатанею. – Никогда не говори о ней в таком тоне! Я сказал: хочу продать свою долю! Не тебе – значит, кому-то ещё! Буду искать варианты.

Вскакиваю.

– Ладно, не пыли, – поднимается Эмиль. – Я погорячился. Прости, – протягивает руку.

Не хочу пожимать. И не могу не пожать.

Его тоже