Фея и Тот Самый Один - Наталия Романова

Страницу с помощью Сони завела, она же на первых порах помогала с контентом, притащив в квартиру море оборудования, на которое я смотрела, как баран на новые ворота…

Дело пошло, на меня стали подписываться, очень скоро появились первые предложения о сотрудничестве, которые я брала с огромной охотой. Какое же счастье иметь возможность зарабатывать, ни от кого не зависеть и находиться рядом с сыном!

Об этом я думала, когда наблюдала за иппотерапией Миши, которая шла на пользу сынишке. Он стал спокойней, уверенней, радостней, произошли сдвиги и в физической форме. Иллюзий, что благодаря занятиям на лошади он встанет на ноги, излечится, ни у кого не было, но даже незначительная динамика радовала.

Честно говоря, чем ближе был час Икс, когда оборудование, необходимое для работы Лёвы, запустят полностью, не в тестовом режиме, тем страшнее мне становилось.

Лёва по-прежнему ничего не обещал, но я-то знала, что его голова постоянно решает проблему Миши, крутит, вертит, прикидывает риски… а вот я уже не хотела рисковать, боялась.

Риск существовал даже в случае, если всё пройдёт прекрасно. Мише предстояло несколько месяцев лежачего состояния, после – длительная реабилитация, изматывающая работа над собой, отскок в социальном общении, которое у сынишки только-только наладилось в полной мере. Детские дни рождения, иппотерапия, специализированный бассейн, и везде друзья, педагоги, доброжелательные врачи, в которых Миша перестал видеть опасность. Он начал учиться, без капризов выполнял домашние задания, появились первые четвёрки и даже пятёрки.

Вдруг что-то случится? Организм даст сбой, оборудование подведёт, методика окажется не идеальной, не подходящей Мише. Луна шлёпнется на Землю, ровно на корпус института, где будут оперировать Мишу. Что тогда делать? Как жить со знанием, что я своими руками подписала приговор собственному сыну? Легче в гроб лечь живой, честное слово!

Лёва, что будет чувствовать Лёва, если с Мишей случится несчастье на столе, под его руками?

Да, я безумно, одержимо хотела, чтобы Миша поправился, стал обычным ребёнком, весёлым и довольным жизнью, с большими перспективами в жизни, только он уже был весёлым, обычным ребёнком, довольным всем, что происходит с ним и вокруг него. Перспективы у него тоже имелись, побольше, чем, например, у меня в его возрасте, несмотря отменное здоровье.

Миша – домашний, активный, любопытный, добрый, любимый до невозможности и любящий мальчик.

Готова ли я рискнуть или нет? Могу ли? Имею ли право? Может, стоит подождать, но чем дольше ждёшь, тем вероятней осложнения…

Голова разрывалась от внутренних метаний и противоречий, страхов и неистовых желаний. Мне необходимо было принять решение. Обязательно верное, беспроигрышное, только такого не существовало, в любом случае оставалось место пугающему «но».

Глава 24. Фея

Утро субботы проходило в праздной лености. Лёва поехал на работу, обещал к обеду вернуться, забрать нас с Мишей с иппотерапии и отправиться в парк.

Дни стояли тёплые, подкрадывалась золотая осень. Два дня мы провели за городом, в атмосферном особняке, снятом специально для свадьбы Валеры с Настей. Хотелось продлить удовольствие, поймать последние ласковые деньки, пока не зарядили тягучие осенние дожди.

Торжество мне понравилось. Несмотря на немного пафосную атмосферу, всё происходящее казалось искренним. Жених и невеста светились от счастья, гости радовались за молодых, старшее поколение выражало довольство классической частью программы, у молодёжи и детей был свой праздник.

Никто не косился на Мишу, не показывал пальцем, не выделял среди других детей. Если кто-то и проявлял интерес, то делал это деликатно.

Все просто приняли то, что мы с Лёвой, никто не задавал вопросов, не уточнял статус наших отношений. Мы с Мишей спутники Того Самого Одина – это оказалось исчерпывающей информацией для всех присутствующих.

Сегодня ночью молодожёны должны были отправиться в свадебное путешествие, а пока отсыпались после двух праздничных дней.

Миша играл в компьютер, пообещав, что сегодня вечером без капризов и споров сделает всё домашнее задание, за все дни, которые пропустил из-за свадьбы.

Я лениво листала ленту телефона, время от времени поглядывала объявления о покупке щенка – мы всё-таки решились осуществить желание Миши. Выбор, правда, пал на кроху чихуахуа, а не огромного сторожевого пса, как хотелось сынишке.

Чихуахуашки, как заверили нас с Лёвой, обладают крепким здоровьем и психикой, и в случае надобности могут справлять нужду дома, можно приучить к лотку, как кошку. Прыгучему пёсику будет легко запрыгивать Мише на колени, чтобы пообщаться. Пусть крошечный, но всё-таки четвероногий друг. Уверена, Мише понравится.

От мыслей о собаке, молодожёнах, приятных воспоминаний отвлёк звонок Ники.

– Привет! Ты дома? Я сейчас приеду? – на одном дыхании выпалила подруга.

– Дома, через три часа едем на иппотерапию, – предупредила я.

– Отлично, успею! – выдохнула Ника и тут же бросила трубку.

Через сорок минут она появилась на пороге. Всклокоченная, будто за ней черти гнались, с небольшим чемоданом на колёсиках и дорожным несессером к нему.

– Прости, что отвлекаю, – бросила в дверях Ника, быстро раздеваясь. – Я буквально на пять минут. Не могла улететь, не попрощавшись.

– Куда улететь? – опешила я.

– Куда подальше, конечно! – безапелляционно заявила Ника, направляясь в кухню.

– Ты ушла от Мирона? – спросила я, не скрывая удивление.

Чего-чего, а разводиться Ника не собиралась. В отличие от меня, она иллюзий в отношении благочестивого семейства не питала, довести её до точки невозврата было практически невозможно.

– Естественно! – заявила Ника, шлёпнувшись на стул.

– Естественно?..

– Ты что, ничего не знаешь? – уставилась на меня Ника, словно я забыла родной алфавит или, что намного удивительней, сделать химический пилинг в положенное время.

– Что я должна знать?

– Из каждого утюга про Мамоновых кричат, новость номер один второй день уже, о ситуации в мире меньше говорят.

– Да что случилось-то?! – прошипела я, не выдержав.

– Смотри, – Ника достала телефон, дважды провела по экрану, включила видео.

Пошла заставка со знаменитым журналистом, начались кадры из «родового гнезда», центрального офиса Семёна Мамонова, подъезда, где жил Антон с достопочтенной Верочкой, дома Мирона с Никой. Бодрый голос диктора вещал про обыски, изъятие документов и оборудования, заморозку счетов, попытку побега за границу Семёна, блестящую операцию по поимке особо опасного преступника, расхитителя бюджетных денег, про мошеннические схемы и наказание, которое неминуемо понесут главный злодей и подельники.

– Поняла? – глубокомысленно проговорила Ника.

– В общих чертах, – промямлила я. – Замнут, – заключила я уверенно.

Относительно недавно был похожий скандал, приезжали люди в масках, обыскивали,