Сломленная истинная - Ивина Кашмир

Нахождение в замке Агнардов сродни пыткам, я будто срываю пластырь с вроде зажившей, но всё ещё кровоточащей раны...

К тому же слова деда о том, что ради мира нужны династические браки, выбили меня из колеи.

Что, если он прав?

Рейнард — принц, у него должна быть супруга королевских кровей. Если ею станет Лара... то тут двойная удача. Во-первых, она аристократка. Во-вторых, сестра императора.

Их союз обеспечит мир над нашими головами.

Это ли не главное?

Мне не стоило отвечать на чувства Рейнарда. Ох, не стоило...

Между нами пропасть, которую мне не пересечь.

Я не смогу дать ему ничего: ни гарантий мира, ни союзников, ни будущего.

Для него я бесполезна. Я обуза.

Ненавижу Дарквуда, но он прав. Прав, как никогда.

Что же касается Артиана... я не хочу, чтобы он женился на Женевьеве. Мне её жаль. Она не заслуживает жизни в браке, который принесёт только боль. Я знаю Артиана, и он не в состоянии сделать женщину счастливой. Ну, разве что на краткий миг.

Возвращаюсь в зал, чувствуя на себе десятки прожигающих взглядов.

Раньше они смотрели на меня с презрением, теперь с недоверием и едва заметным страхом. Что бы я ни делала, всегда буду белой вороной.

В зале не протолкнуться. Казалось, что людей стало вдвое больше. Шёпот сливался в гул, а все взгляды были устремлены в одну точку, туда, где стояли чёрные маги.

Точнее, один из них.

Рейнард.

Принц в чёрно-золотом костюме, идеально сидящем на его высоком, подтянутом теле, притягивал к себе внимание, как огонь мотыльков. Каждая линия его фигуры излучала силу и власть.

В отличие от меня, на чёрного дракона смотрели с восхищением, трепетом и… надеждой.

Я остановилась, не в силах сделать шаг дальше.

Рейнард стоял ко мне спиной, его широкие плечи заслоняли половину вида, а он был слишком увлечён беседой с... Кейрой.

Любовница моего бывшего ни капли не изменилась. Высокая, стройная, с длинными чёрными волосами и ярко-красной помадой на губах. На ней голубое платье, обтягивающее фигуру, как вторая кожа.

Сестра Артиана тоже рядом, кокетливо теребит косу и счастливо улыбается, смотря влюблёнными глазами на принца.

Я и забыла, что Лара и Кейра лучшие подруги. Все делают вместе. И заморского принца, видать, решили вместе охмурить.

В области груди что-то неприятно кольнуло.

Сердце?

Его у меня нет.

Впрочем, как нет и прежней меня.

Приближение Артиана я заметила сразу, но не сдвинулась с места. Нам нужно поговорить. И лучше сделать это сейчас, на глазах у всех, чем потом, когда он постучит в мои покои. А то, что он постучит, я не сомневалась.

— Я скучал, — лениво выдаёт, словно говорит о погоде.

— А я нет, — пожимаю плечами.

Он усмехается уголком губ, но в его синих глазах вспыхивает ярость. Он прищуривается, разглядывая меня так пристально, что по коже бегут мурашки.

— Сгорал заживо, — выдыхает он глухо. — Без тебя, Майя.

Я усмехнулась, хоть мне было и не смешно.

— Хочешь что-нибудь сказать? — он наклоняет голову вправо, продолжая пожирать меня взглядом.

— Почему Брок и Дарла в подвале?

— Гниют заживо, — выдыхает он, растягивая губы в улыбке.

Меня передёргивает. Я с трудом заставляю себя не показать, насколько его слова задели.

— А Мира где?

Артиан не спешит отвечать. Блаженно улыбается и продолжает взирать так пристально, что хочется спрятаться.

— У Миры другая миссия.

— Какая? — слова слетают с губ быстрее, чем я успеваю подумать.

— Ты действительно хочешь знать? — его улыбка становится острее.

— Нет, — лгу без тени колебаний. — Не хочу.

Конечно, хочу. Хочу знать всё. Хочу знать, чем занимается девушка, которая выросла рядом со мной, а потом предала. Но узнаю это сама.

Эш появляется на моём плече и шепчет на ухо:

— Вернись к Рейнарду.

Синие глаза Артиана фокусируются на моём фамильяре, и я вздрагиваю.

Он не должен его видеть. Никто, кроме меня и Рейнарда, не видит Эша. Даже Дарквуд, архимаг, не может.

— Твой друг? — лениво осведомляется бывший, кивнув в сторону Эша.

Секунда, и фамильяр испаряется.

— Неважно.

— Майя...

— Мне пора, Артиан. Неприятно было пообщаться.

— Постой. Я хочу тебе кое-что сказать.

Я закатываю глаза, готовясь услышать банальные слова по типу — «люблю, хочу, вернись», но Артиан удивляет.

— Я сделаю так, чтобы твой жених отказался от тебя.

— Ритуал, что ли, проведёшь запрещённый? — спрашиваю с усмешкой, а у самой внутренности сжимаются в тугой узел.

Отрицательно качает головой, растягивая губы в улыбке.

— Ну а что потом?

— Потом я убью твоих родных. Доставлю тебе удовольствие.

— Они мне не родные.

— Тем лучше.

— Артиан.

— Да?

— Мира всё ещё греет твою постель?

— Нет. С тех пор как ты ушла, мою постель никто не греет. Я ни с кем не сплю.

— Бедняжка. Должно быть, ты всё это время страдал? — с сарказмом спрашиваю, сжав кулаки.

— Страдал, да. Потому что упустил любовь всей своей жизни. Осознал, что был дураком, и готов вымаливать прощение. Готов на всё ради тебя. На всё, Майя.

Горько усмехнувшись, отрицательно качаю головой.

Он не меняется. Пустослов и кобель.

— Я изменился, Майя. Скоро ты сама в этом убедишься.

Разворачиваюсь и ухожу прочь.

Меня бьёт мелкая дрожь, заставляя дышать через раз. Хочется забиться в какой-нибудь тёмный угол и всё обдумать.

Но не успеваю сделать и двух шагов, как горячие ладони Рейнарда ложатся на талию, останавливая.

— Я очень зол, розочка. Очень. И за то, что ты ходила в проклятый сад без меня. И за то, что говорила с бывшим. Что мне сделать? Может, плюнуть на всё и вернуться домой? В конце концов, в этой жизни нет ничего важнее тебя.

Оборачиваюсь в кольце его горячих рук и, посмотрев в зелёные глаза, тихо говорю:

— Я хочу отдохнуть.

— Хорошо, — выдыхает Рейнард, переплетая наши пальцы. — Для нашей делегации выделили целое крыло. Я тоже устал. Идём.

Собираюсь сказать, что нам с ним нужны раздельные комнаты, но не успеваю — Рейнард уже ведёт меня к выходу.

— Ваше Высочество!

Голос Артиана заставляет Рейнарда резко остановиться.

— Куда же вы? Бал в самом разгаре.

— Мы с моей невестой хотим отдохнуть.

Вокруг нас образовалась толпа, с одной стороны ретивые подданные Артиана, с другой —