Измена. Подари мне мечту - Татьяна Тэя

– Руза? Прояснишь момент? – не сдаётся он.

– Какой?

– Ты же замуж не стремишься. Вроде как. Почему решение поменяла?

– Это логично. Ярослав – владелец отцовского бизнеса. Выйду замуж за него… и фирма снова моя. Он… он обещал переписать, – сочиняю на ходу.

– Так всё ради денег? Почему тогда не за меня выходишь? – слышу металл в его голосе. – У меня много денег. Очень много. Если уж продаёшься, продайся дороже.

Мне очень не нравится подбор слов, и понимаю, что он не случаен.

Руки сжимаются в кулаки. Хочется ударить. Матвей будто бы этого и ждёт, желает вывести на эмоции. Ну уж нет… Я сдержусь.

– А мне не деньги нужны. А фирма моей семьи.

– Так дело только в этом?

– Да.

– То есть… если бы я был владельцем, ты бы за меня вышла?

– Нет.

– А почему нет?

– Даже не знаю, что тебе ответить, Матвей. Не хочу, подойдёт?

Он проглатывает мой ответ с коротким «понятно».

Не знаю, что ещё добавить, но этого и не требуется. Матвей обрушивает на меня стену льда.

– А я то думал, чего ты так упёрлась с этими двумя полосками, а оно вон что… Не они тебя оскорбили, а свои планы уже были, да? Причину искала?

– Искала, – не отрицаю.

Пусть лучше так и думает.

– Ну что ж, Руза, удачи. Надеюсь, тебе повезёт.

Вскидываю дрожащий подбородок повыше. Надеюсь, по мне не очень заметно, насколько нервничаю. Внутри просто гудит ураган.

– Я тоже на это надеюсь.

– Но помни, в делах одной надеждой не обойдёшься. Не забывай про стратегию.

– Стратегия? Это я умею.

– Молодец. Вижу.

Он уходит, и я понимаю, что сегодняшнее «С добрым утром» было последним хорошим словом, которое я от него получила.

Смотрю на широкие плечи Матвея, пока они не теряются в толпе. Во рту вкус соли: то слёзы, то ли прикусила щёку до крови.

В голове крутится: вот и всё, ты же этого хотела? Тогда отчего так больно?

На автомате иду до открытого пространства, где выступает очередной спикер. Сажусь на один из пластиковых стульчиков с прозрачной спинкой, выставленных полукругом, и очень внимательно слушаю речь, проговариваю про себя, выплывающие из колонок слова. Это помогает прогнать горькие мысли из головы. Старый проверенный способ ни о чём не думать.

Не знаю, куда ушёл Ярослав, возвращаться к нему не хочется. Вот посижу немного и поеду домой. Решаю вызвать такси, достаю телефон, и в этот момент огромное пространство павильона начинает жужжать и вибрировать ещё сильнее. Кто-то из слушателей вскакивает на ноги, другие выворачивают головы в одном направлении. Встаю и я. И смотрю, куда устремлены взгляды остальных. А после ноги сами собой несут меня к месту происшествия. Приходится немного поработать локтём, чтобы бочком пролезть в массу людей, столпившихся у подножия лестницы на второй уровень.

Там знакомая фигура в сером платье на полу.

Лежит, схватившись за живот, корчится от боли.

– Аня? – произношу одними губами.

На лице её гримаса боли, губы кривятся, но глаза абсолютно сухие. Они лишь наполнены паникой и ускользающим сознанием. Вот, кажется, сейчас она его окончательно потеряет.

Против воли делаю шаг вперёд, чтобы подойти и помочь. Как бы не складывались между нами отношения, совершенно очевидно, что Ане нужна помощь. Она ведь упала. И упала… с высоты.

Взгляд перебрасывается на ступеньки пологой лестницы. Они широкие, из гладкого тёмного дерева, натёртого до блеска. Скользкие и опасные, особенно, если спускаешься на высоченных каблуках.

Внезапно мне сложно дышать… Память рывком забрасывает меня в другое время, в другой вечер, на много лет назад. Там тоже была лестница. Всё, что помню – её ступеньки, на которые я смотрела, и ощущение металлических перил под ладонью.

Перед глазами мелькает Роман.

Я снова в настоящем. Он подбегает к Ане, опускается на колени, хватает её за плечи и почему-то начинает трясти. Что-то спрашивает. Но Аня уже закрывает глаза, голова повисает на тонкой шее, болтается безжизненно. Сознание её покидает.

Врача… кто-то зовёт врача.

А я шагаю обратно в толпу, чтобы остаться незамеченной. Роман оглядывается по сторонам, мне вовсе не хочется попадать в поле его зрения.

Телефон в руке вибрирует. На экране сообщение, что машина подана, и номер.

Отлично. Очень вовремя.

Выпутываюсь из тисков толпы и устремляюсь к выходу.

Свежий воздух чуть приводит в чувство. Хотя перед глазами попеременно то лежащая на полу без чувств Аня, то собственное прошлое. Приходится зажмуриться и покачать головой.

Какие бы гадости не говорила сестре Ярослава, мне бы не хотелось, чтобы она пострадала физически, или с её ребёнком что-нибудь случилось. Морально пусть мучается, но это не про Анечку. Она самоуверенная и самовлюблённая. Это, видимо, её и подвело.

В точке, которую указывала для подачи, машины не вижу. Чертыхаюсь и звоню водителю, потому что время ожидания уже укапало за положенные пять минут.

– Вы где?

Он лепит что-то про перегородивший заезд лимузин и ориентирует, как его найти.

– Сейчас подойду, – бурчу в трубку и иду в указанном направлении. – Чёртов бизнес-класс.

Уже вижу синий мерседес, стоящий на аварийке.

И ещё кое-что вижу. Вернее, кое-кого.

Вероника стоит у открытой дверцы бежевого внедорожника, положив руку себе на бедро. И что-то яростно набирает на телефоне.

Забавно даже… все действующие лица пьесы собрались в одном месте. Забавно и странно.

Иду вперёд и на автомате сажусь в ожидающий меня мерс. Кажется, водитель уточняет пункт назначения.

– Да-да, – коротко подтверждаю, особо и не вслушиваясь в его слова.

Я хмурюсь. В памяти что-то назойливо жужжит. Голова начинает болеть. В висках неприятный болезненный пульс.

Мы трогаемся с места, проезжаем мимо, но я поворачиваюсь, смотря в заднее стекло автомобиля на Веронику. К ней в этот момент подходит Роман.

Почему он здесь? Почему не с Аней?

Видно, что они спорят.

Глава 21

Айя с наглой ухмылочкой садится ко мне в машину.

– Я рада, Матвей, что в тебе проснулся здравый смысл, – заявляет с важным видом.

На ней короткая серебристая куртка, волосы закручены в аккуратный пучок на макушке, а в ушах серьги полукольцами. Красотка, сошедшая со страниц социальных сетей. Таких сотни. И все на одно лицо. Как я раньше этого не замечал? Что сплю с пластиковыми куклами, которые ничем одна от другой не отличаются. Разве что степенью скверности характера?

– Куда ж нам без здравого смысла, – киваю и блокирую двери.

Трогаюсь, отъезжая от тротуара. У меня свои планы на сегодняшнюю встречу, и Айя пока что о них