С топором на неприятности - Дафни Эллиот

Я закричала, сжимаясь вокруг него, когда оргазм обрушился на меня, сметая всё на своём пути. Наполненная до предела, растянутая, полностью в его власти, я потерялась в этом безумии. Моё тело выгибалось и содрогалось, пока он, обезумев от страсти, вбивался в меня, догоняя собственное удовольствие.

Его член дернулся глубоко внутри, усиливая наслаждение и превращая меня в дрожащий комок.

С громким стоном он рухнул на меня, осторожно опираясь на мою здоровую сторону.

— Чёрт... — прошептал он, осыпая поцелуями мою ключицу. — Это было потрясающе.

Я закрыла глаза, наслаждаясь теплом его тела и сладким, изнуряющим чувством сексуального блаженства, которое умел дарить только Джуд.

Никогда раньше это не было так хорошо. Связь, эмоции, сила...

Не было ни малейших сомнений — этот мужчина окончательно губил меня.

Глава 29

Мила

Я могла бы привыкнуть к такому.

Мы лежали, переплетясь в простынях. Моя голова покоилась у него на груди, а его ладонь медленно поглаживала мои волосы.

Почему-то именно этот момент казался мне куда более интимным, чем всё, что мы пережили до этого.

— Как же хорошо, — пробормотал он, легко массируя кожу у корней волос так, что по моему телу пробежала дрожь. — Жаль, что мы не в шикарном отеле где-нибудь в интересном месте, а заперты в моём доме.

— Мне не в тягость быть запертой с тобой, — я уткнулась носом в его шею, вдыхая тёплый, родной запах. — Но сидеть здесь взаперти всё же нелегко. Я привыкла быть в движении — путешествия, работа, вечная беготня с рюкзаком и ноутбуком.

Он издал низкий, одобрительный звук.

— Вижу. Уверен, ты потрясающая журналистка.

— Спасибо. Это всегда было моей мечтой. Телевидение было тяжёлым — часы, поездки, — но я обожала продюсировать, искать истории, складывать пазл из деталей.

— Расскажи о местах, где ты побывала.

Я вздохнула, прикрыла глаза.

— Мне понравилось в Японии. Я была там всего пару дней, но вернулась бы не раздумывая. Культура, архитектура, кухня… — я замолчала, но затем добавила: — На самом деле работа была далеко не гламурной. К прессе не всегда относятся хорошо. Я бывала и в опасных местах: Сирия, Афганистан, Йемен.

— Ты такая смелая.

Мои щёки вспыхнули.

— Не думаю. Это была работа. Мы всегда путешествовали командой, и в правде есть смысл — в количестве есть безопасность. Плюс у нас была охрана. Но… — я покачала головой, — я видела немало такого, о чём предпочла бы не знать. Есть журналисты, которые всю жизнь проводят в зонах боевых действий, освещая трагедии и несправедливость. Я восхищаюсь ими, но через несколько лет поняла: мне пора искать что-то более традиционное.

— В этом нет ничего постыдного. Мы имеем право меняться. То, чего я хочу от жизни в тридцать четыре, совсем не то, о чём мечтал в двадцать один. Но это не делает меня менее смелым или умным.

Простые слова, но у меня по спине пробежал холодок.

Он натянул на нас мягкое одеяло и придвинул ещё ближе. Никто и никогда не называл меня смелой. Безрассудной — да. Сумасшедшей — постоянно. Но не смелой.

— А ты? — я поспешила сменить тему. — Не скажи, что ты из тех коренных жителей Мэна, кто никогда не покидал штат.

— Что ты, — он усмехнулся. — Я много ездил по США и Канаде. Когда Финн служил во флоте в Вирджинии, я приезжал к нему. Несколько раз был в Орегоне по делам лесной отрасли. Путешествовал, чтобы посмотреть, как Коул играет в хоккей. Но я бы хотел большего.

— И куда бы ты поехал?

Он провёл пальцами вдоль моего позвоночника, и меня снова пробрала дрожь. Я прижалась к нему, закинув ногу на его бёдро.

— Я бы поехал куда угодно с тобой.

Живот сжался, сердце забилось быстрее.

— Но моя мечта — Гавайи.

— Хм, не ожидала. — Я там никогда не была.

— Вулканы, пляжи, гигантские морские черепахи… Это далеко, но не так уж и далеко. Уникальное место. Хочу зарыть ноги в песок, смотреть на синюю воду, исследовать каждый остров, почувствовать атмосферу.

Я закрыла глаза и представила. И я бы тоже хотела. Пляж, солнце, никакой суеты. И симпатичный лесоруб, готовый намазать меня солнцезащитным кремом… Мечта.

— Мы должны поехать, — сказал он. — Когда всё это закончится.

Идея была безумной. Скорее фантазией, чем планом. Этого никогда не будет, но мы ещё несколько минут держались за эту картинку. Держались друг за друга. Наша ситуация была странной, неопределённой, зыбкой. Но как же хорошо было притвориться, что мы обычные.

Я зевнула, усталость наконец-то взяла своё.

— Хотела бы я переместиться в параллельную реальность. Ту, где мы обычные.

— Обычные? Знаешь, Беда, мне кажется, ты никогда не была обычной.

Я хмыкнула.

— Ты понял, о чём я. В мир, где мы могли бы встречаться.

Он поцеловал меня в макушку. Жест был таким тёплым и ласковым, что от него стало только тяжелее.

— Я бы встречался с тобой, чёрт возьми.

— Не уверена, что вообще знаю, как это — нормально встречаться. У меня никогда не было такого.

— А у меня было. Я бы научил тебя. Мы бы пили кофе, гуляли с Рипли, смотрели, как Мэрри играет в футбол, заезжали к маме на воскресные ужины.

Он поцеловал меня в челюсть, в мочку уха.

— Мы бы ходили на свидания. Может, на концерт в Портленде. На выходные в Кеннебанкпорт.

— Расскажи про свидание. Что бы мы делали? — я закрыла глаза, чтобы нарисовать в воображении этот образ.

— Зависит. В Бангоре есть ресторан, который любят мои братья. Фермерская кухня. Я бы нарядился и…

— В костюм?

— Нет. У меня всего один костюм, ему лет десять, и я надеваю его только на похороны. Я бы надел пиджак с джинсами. И хорошие кожаные ботинки.

В животе сладко заныло от этой картинки.

— Нравится.

— И принёс бы тебе растение, а не цветы.

— Потому что цветы умирают?

— Нет. Потому что я люблю растения. Они сложные и красивые. Как ты. И каждый раз, когда ты бы о нём заботилась, ты бы думала обо мне. Так я увеличиваю шансы на второе свидание.

— Возможно, сейчас самое время признаться, что я не умею выращивать растения.

— Моё растение ты бы не загубила, — он легко прикусил мочку моего уха.

— Да, гипотетический лесорубский фикус… Ладно, продолжай.

— Я бы впечатлил тебя, заказав хорошее вино. А потом мы бы