Мой любимый хаос - Татьяна Сотскова

кивнула, соглашаясь. Интерес к разговору был утрачен, так что, не обращая внимания на слабость, я встала с кровати. Преодолев путь в несколько шагов, я рухнула рядом с кроватью парня прямо на пол. Двигаться было слишком тяжело, я едва могла пошевелить конечностями, но все же добралась до иномирянина.

Я стала рассматривать его лицо ближе. Длинные ресницы, густые брови, волосы по плечи убраны в небрежный пучок. Не скажу, что он эталон красоты, но явно симпатичный. Одна прядка волос падала ему на лицо и, сделав еще одно усилие над собой, я убрала эту прядь за ухо.

– Анэн…

Этот парень прошептал мое имя! Брови свелись в переносице, он напрягся, и через несколько секунд я увидела его глаза, в которых моментально утонула. Сердце вдруг пропустило удар, дыхание прервалось. Я поняла, что хоть памяти у меня нет, но тело помнит его. Возможно, я его любила.

– Анэн! – воскликнул Максим, резко вскакивая с кровати.

Миг – и он оказался на полу, рядом со мной. Его руки обнимали меня, а из моих глаз потекли слезы. Эти объятия были настолько приятными, что боль в теле начала проходить. Кости переставали ныть, и из-за этого мне все больше и больше хотелось плакать.

Максим продолжал шептать мое имя, отстранился и посмотрел в мои глаза. Я видела, как напряжение отпускает его, и медленно, словно нехотя, он отстранился от меня.

Я же продолжала смотреть на самого обычного человека. Обычное лицо, обычное тело. Но вот поступки, которые он совершил, не важно, ради чего, оказались геройскими. И как он только умудрился сотворить все это?

– Вам обоим надо оставаться в постели, – мама (теперь я уже не сомневалась, что она действительно меня родила) нависла над нами. – Оба марш по кроватям, обниматься и общаться будете потом.

– Мисс Талэо, вы простите, но мне уже хватит спать, – заулыбался Максим, и от его улыбки мне стало хорошо. Было в ней что-то необычное. Может, именно в эту улыбку я и влюбилась когда-то? – И у меня есть незавершенное дело.

Максим встал с пола, наклонился и взял меня на руки. Он отнес меня в мою кровать и прикрыл одеялом.

– Какая я тебе мисс? – возмутилась мама.

– А кто же вы? Явно не мадам и не…

– Я твоя будущая теща, если Анэн вспомнит, что любит тебя, – родительница повеселела, когда Максим открыл рот, затем закрыл, не зная, что сказать. – И раз уж на то пошло, мне есть что с тобой обсудить. Начиная от правил нашего дома и заканчивая твоим увлечением музыки.

– Это все подождет, – Максим сел со мной рядом и посмотрел на отца, который выглядел счастливым, наблюдая за этой перебранкой. – Будущий тесть, научите меня возвращать память. Вы же тоже маг времени.

– Вспомнил! – хмыкнул отец, но потом стал серьезным. – Это сложно сделать. Видишь ли, когда кому-то отдаешь, или, как в твоем случае, возвращаешь память, надо понимать, кому и зачем. И есть правила, придуманные не нами, а самой магией. Для начала ты должен доверять тому, кому отдаешь, больше, чем самому себе. Ты должен отделить свои воспоминания от чужих. Ты должен наладить связь, иначе потеряешь как чужие воспоминания, так и свои.

– Да плевать, будем вместе все заново изучать, если что! А вы поможете и расскажете, что к чему. Говорите заклинание и что надо делать.

Я удивилась его словам. Он всегда такой безбашенный? Если да, то я не удивляюсь, почему из всех, кого я знаю, я доверила свои воспоминания именно ему. Я же наверняка понимала, что именно он способен будет все исправить, доверилась и не прогадала.

Отец хмыкнул, и началась лекция. Даже я поняла, что само по себе заклинание не сложное. Вся суть в доверии. И если я сейчас и понятия не имею, что потеряю, если Максим сделает что-то не так, то иномирянин явно понимал, чего лишится. И он готов на это пойти, чтобы попробовать вернуть мне мою память? Он точно псих!

Все это время я общалась с мамой. Она рассказывала, как изначально отреагировала на новость, что Максиму доверили спасение мира, что от него зависит моя жизнь и что именно у него находятся мои воспоминания. И если сначала она была готова разорвать его проклятиями, что бы это ни значило, то потом пришло смирение и доверие. Она готова была верить ему, лишь бы я была рядом, даже без воспоминаний. Похоже, мои родители меня сильно любят. Интересно, а смогу ли я полюбить их, как раньше, если у Максима не получится вернуть мне мою память?

Наш разговор прервал Максим, который сел рядом со мной. Сначала он долго на меня смотрел, затем выдохнул, и начал говорить:

– Возможно, сейчас не время для этого разговора, но потом момент будет упущен. Я не романтик, не умею говорить красиво, поэтому скажу, как думаю: мы с тобой два идиота. Мы могли бы сказать друг другу о наших чувствах, не отстраняться, не строить планы и козни. Не сомневаться друг в друге и в своих чувствах. Возможно, тогда все было бы иначе. Но мы оба ходили вокруг да около.

– О чем ты? – не выдержала я и перебила его, хотела намекнуть, что я вообще не понимаю, о чем он говорит, ведь он еще не вернул мне мои воспоминания.

– О том, что в твоих воспоминаниях я увидел все. Начиная с тренировок с отцом и заканчивая планом насчет Грэя. Да, ты сейчас не понимаешь, что я хочу сказать, но поймешь потом. Когда ты отдала мне свою память, ты доверилась мне, а я сделаю то же самое. Я доверюсь тебе!

С этими словами Максим положил свою руку мне на лоб, затем несколько секунд молчания – и в голове понеслись картинки. Причем все вперемешку.

Я видела детство Максима и свое детство, видела, как он стал учиться играть на гитаре и познакомился с ребятами из группы. И как он попал в наш мир. Я вспомнила все про себя, и когда посмотрела в глаза парня, который забыл и меня, и себя, поняла, что и зачем он сделал.

– Вот ведь дурак! – выругалась я. – А кто же будет отделять свои воспоминания от моих?

Видя, что парень начинает озираться и пытается понять, на кого я кричу, я тоже начала колдовать, благо резерв был полон. Я