Мой любимый хаос - Татьяна Сотскова

Когда дело было сделано и парень начал улыбаться, я с облегчением выдохнула.

– Сильно болит? – спросила я, припомнив, что в воспоминаниях Максима видела, что с ним творили в темнице.

Я видела допрос, видела, как менталист копался в его голове, выясняя все детали его плана с возвращением меня и других людей из камня. Видела, что, ничего от него не добившись, к нему в камеру отправили моих братьев, которые извинились, но избили его, при этом говоря, что очень ему благодарны. Но такой уж был приказ. От кого, не известно, но всем и так понятно.

Видела, как император предлагает ему сделку: Максим живет свободно и спокойно, трудится на благо империи, но при необходимости, когда император его позовет, тот придет на службу. Максиму предоставят все ресурсы, необходимые для создания как новых заклинаний, так и для создания артефактов, в том числе и оружия.

Условие было простое: все необходимо сообщать императору, любую мелочь, особенно если Максим нарушит закон. Император и сам бы предоставил Максиму возможность попробовать обернуть вспять заклинание камиамии, стоило только попросить и не мудрить с побегом. И заперли Максима в темнице только для отчетности. Для того, чтобы у других не было соблазна нарушать закон. И избили его по той же причине.

Я видела, как Максима погружают в сон, и как он упорно боролся с магией, смотря, как я лежу на соседней кровати. В его воспоминаниях он бы многое хотел сделать вместе со мной, и сон на последнем месте. От таких воспоминаний я даже покраснела. До того, как увидела это, даже не представляла, что этим можно заниматься ТАК. Ну, думаю понятно, что я говорю об интимной близости?

– Уже нет, – Максим улыбнулся, взял меня за руку и даже подался вперед, но вовремя вспомнил, что мы находимся не одни.

Родители все поняли без слов. Они молча покинули комнату, давая нам возможность побыть наедине. Не теряя времени Максим наклонился ко мне и почти поцеловал, но потом как-то странно заулыбался и прошептал:

– Я все видел, все знаю. Особенно мне было интересно про уловку с Грэем узнать. Но ты же с ним целовалась, и тебе ни разу не было приятно?

– Сам знаешь, что нет.

– А со мной, думаешь, будет приятно?

Понимая, что он меня попросту дразнит, я сама поцеловала иномирянина в губы и растворилась в этом поцелуе. Привычное желание внизу живота вернулось, мне хотелось больше, чем обычный поцелуй.

Когда я в очередной раз попыталась поднять руку к щеке Максима, она попросту рухнула, так как сил у меня совсем не осталось. Он отстранился, помог лечь поудобнее и прикрыл меня одеялом.

– Тебе нужно больше отдыхать, – сказал он мне и невесомо поцеловал в уголок губ. – Вроде как у нас еще много времени, так что давай отдохнем.

– Постой, – я остановила его, так как он собрался выйти из палаты. Мне не давала покоя одна деталь. – Как думаешь, наш мир изменился? Ты же отправил в прошлое один камень.

– Думаю, нет. Он каким был, таким и остался. Все те же города, законы и правила. Да и развитие на месте не стоит. Наука, техника, магия – все объединяется.

– А думаешь, мы бы заметили изменение?

– Я думаю, что заметил бы, если бы сначала стрелкового оружия в этом мире не существовало, а сейчас резко появилось. Магострелы, магометы, энергодробители и прочее.

– Тогда почему вы их не использовали против демонов?

– Да кто его знает, Анэн, отдыхай.

Глава 21.

Пятьсот седьмой год до принятия новых законов. Темные времена. Записи в летописях стерты, чтобы потомкам даже в голову не могла прийти мысль пойти по стопам повстанцев.

Город под Лалилградом, кабинет Джеймса Безумного.

– Они приняли этот чертов закон! И мы никак не ответим?

– Наш ответ должен быть в любом случае, ты же это понимаешь?

– Я слышал, они собираются провести зачистку. Спустят свои золотые задницы с верхов к нам, чтобы забрать все наше оружие и поубивать, кого по пути встретят.

– Наших гребут только так. Говорят, отправляют в тюрьму на острове Джеревиль. А ты сам знаешь, Джеймс, что наши оттуда живыми не выходят.

– Нам не хватает людей, стоит залечь на дно временно. А затем с новыми силами вернуться. Надо свалить под развалины.

Джеймс слушал, как его люди паникуют. Конечно, они не видели всей картины, а потому высказывали такие абсурдные предложения. Уйти на дно? Свалить? Нет, так нельзя. Иначе никогда не вернемся.

– А я говорил тебе, что с Дарисом что-то не так. Джеймс, я говорил, что он нас предаст, но ты не слушал! Говорил, что он тебе как брат, а семью он не предаст. Вот тебе и семья, черт возьми! Где мы сейчас оказались? Что прикажешь нам делать?

– Для начала успокоиться, – Джеймс стукнул кулаком по столу, привлекая к себе внимание. – Мы не будем никуда уходить. Добровольно отдадим все оружие и даже будем вести себя смирно. Но наступит тот день, когда придется им за все ответить.

Начался бунт, но Джеймс уже не слушал. Он собирался до зачистки наведаться к одному противному, но очень нужному человеку, который занимается работорговлей. Джеймс не одобрял это дело, так как считал, что все должны быть свободными, ведь именно за это он и воюет. Но то, что Джеймс услышал, заставило идти к этому ублюдку.

Войдя в дом, он увидел кровавую картину: два здоровенных мужика трупами валялись у ног хрупкой девушки. Она сжимала в одной руке нож, в другой горели искры магии. Да, именно ее и собирался продавать Ринат, но что-то пошло не так.

– А ты еще кто такой? – взревела девушка, и искры загорелись на ее руках, вот-вот заклинание пустит. – Покупатель, да?

– Нет, – соврал я, заглядывая в безумно злые глаза. – Я тот, кто пришел убить Рината за работорговлю в моем городе. Я мэр Джеймс, если вдруг ты слышала обо мне. Как тебя зовут?

– Кларити, – сообщила девушка, опуская свое оружие и падая на пол. – Я Кларити.

И девушка громко закричала, смотря куда-то вверх. Когда успокоилась – осмотрела трупы, плюнула в их сторону, и, ничего не говоря, вышла из дома. Я же в этот момент понял,