Искра вечного пламени - Пенн Коул

Шаги Лютера приблизились и замедлились. Казалось, он никуда не спешил, уже зная, что поймал меня, как мышь в клетку.

Затем он остановился:

 — Мисс Беллатор.

У меня сердце упало. Я велела своему телу, скрытому тонким барьером, стать как можно меньше. Неужели Лютер уже заметил меня? Он чувствует мое присутствие так же, как я его?

— Что бы вы ни затеяли, уверяю, в ваших интересах немедленно мне показаться.

«Ну да, конечно». Если бы мои легкие не горели от попытки не дышать, я расхохоталась бы.

— Если другие найдут вас раньше, чем я, защитить вас мне не удастся.

Защитить меня? Лютер что, овечкой доверчивой меня считает? Он впрямь ожидает, что я…

— Не идите по стопам своей матери. Она предала меня и утратила мое доверие. Учитесь на ее ошибках.

У меня кровь застыла в жилах. «Не идите по стопам своей матери».

Подозрения огненной лавой хлынули в голову, выжигая все здравые мысли. Какие ошибки допустила мама? Как Лютер ее наказал?

Ладонью я скользнула к кинжалу, спрятанному в сапоге. Лютер сглупил, позволив мне пронести его во дворец, о чем сейчас и пожалеет.

Пальцы задрожали от предвкушения, я так стиснула рукоять кинжала, что чуть не порезалась ее краями. Я представила, как клинок пронзит Лютеру шею — совсем как тому Потомку из проулка, — представила тепло его крови у себя на коже, представила, как свет погаснет в серо-голубых глазах, пока я буду держать кинжал в ране, не давая венам исцелиться. Я почувствовала острый укол чего-то похожего на сожаление, но раздраженно отбросила это чувство куда подальше.

Я уже собралась выйти в коридор навстречу своей — и его — судьбе, когда другие шаги, на сей раз торопливые, донеслись из коридора и остановились.

— Ваше высочество, похоже, нам не удается ее найти. Ее не оказалось ни на главной лестнице, ни возле гостиной.

В ответ на это воцарилась тишина такой глубины, что я могла в ней утонуть.

— Выставьте стражу на каждом этаже, у каждой лестницы, по обеим сторонам каждой входной двери. Утройте охрану у королевских покоев. Свой пост никому не покидать, кто бы что ни увидел и ни услышал.

— Есть, ваше высочество!

— Если отыщете ее, пошлите за мной, и только за мной. В бой с ней никому не вступать. Если не понадобится защищать обитателей этого дворца, на нее не нападать.

— Есть, ваше высочество.

— Ее нужно найти живой. Это ясно?

— Есть, ваше вы…

— Ступайте.

По коридору прокатилось эхо удаляющихся шагов.

Мучительно долго я слышала только тишину. Ни шагов, ни лживых обещаний безопасности с целью выманить меня из укрытия. Я ждала столько, что начала гадать, не пропустила ли уход принца, даже собралась выглянуть из-за колонны, но тут голос Лютера пронзил воздух:

— Вы играете в очень опасную игру, мисс Беллатор. Надеюсь, вы знаете, что делаете.

Размеренные шаги Лютера зазвучали снова, потом стихли вдали.

Прошла целая вечность, пока я наконец не позволила себе сделать глубокий вдох, чтобы уменьшить жжение в легких.

Дерьмо! Дерьмо дерьмовое!

Теперь добраться до цели не представлялось возможным. Даже если я попаду на нужную лестницу раньше, чем стражи займут новые позиции, окажусь заперта в ловушке. Если меня застигнут без сопровождения в коридоре, будет уже плохо, но если застигнут на личной лодке короля или в секретном канале…

Я запрокинула голову и с глухим звуком ударилась о колонну.

***

Третий этап… провален.

Едва я свернула к королевским покоям, стражи закричали и бросились ко мне с оружием на изготовку.

Я растянула губы в невинной улыбочке.

— Простите, что задержалась. Наверное, повороты перепутала.

За считаные секунды меня окружили, толкнули лицом на шершавую каменную стену и больно заломили руки за спину. К горлу приставили нож, острый кончик которого уперся в тонкую кожу под подбородком.

Где-то сзади горестно запричитала Мора, оправдывая меня перед стражами. Как и следовало ожидать, им было все равно.

Наверное, мне следовало отбиваться хотя бы потому, что именно этого ждал Лютер, но разочарование неудачей лишило меня бойцовского духа.

Страж сорвал с моего плеча сумку и вспорол дно ножом. Баночки с мазями и порошками попадали на каменный пол и разбились. На получившееся месиво полетели куски бинта, мгновенно придя в негодность. От бессмысленного расточительства мне стало не по себе.

— Что это, яды? — рявкнул страж, вороша носком рассыпанные порошки.

— Лекарства, — ответила я.

— Докажи!

— Как мне это доказать?

— Это твоя проблема, смертная.

— Ладно. Проглоти по ложечке каждого снадобья. Если умрешь к завтрашнему утру, разыщи меня и арестуй.

Страж выкручивал мне руку, пока плечо не повернулось в суставе неестественным образом. Я невольно дернулась, приставленный к горлу нож больно ужалил, и по груди потекли теплые капли. Я стиснула зубы, жалкой стороной души даже приветствуя боль.

Я всех подвела. Нахальством с моей стороны было думать, что я выполню задание и останусь безнаказанной.

Даже голос, неизменно звучавший при самых серьезных испытаниях, почему-то молчал. Я ждала, что он выползет из неведомого закоулка, в котором обитает, призовет бороться и уничтожать, но он даже не прорезался.

Я закрыла глаза и лицом прижалась к холодной стене. Неудача. Полная, бездарная неудача.

В коридоре зазвучала знакомая мерная поступь. Стражи — те, которые не вдалбливали меня в стену, — замерли. Их кулаки поднялись к груди в знак приветствия.

— Ваше высочество, она шпионила в коридорах.

— Врешь! — пробормотала я.

Страж ткнул согнутым локтем мне в спину, и я невольно вскрикнула от боли.

— Ваше высочество, это какая-то ошибка. Дием не освоилась во дворце и пока не знает правил. Прошу вас, будьте милосердны! — дрожащим голосом взмолилась Мора.

На целую вечность воцарилась тишина, прерываемая лишь ее всхлипами.

— Отпустите ее! — прорычал Лютер.

Страж замешкался. Он убрал нож от моего горла, но все еще вжимал меня в стену.

— Ваше высочество, она…

— Я сказал, отпусти ее.

Страж выпустил мои руки, толкнул напоследок и отошел в сторону. Не в силах даже обжечь его злым взглядом, я встряхивала кисти и растирала ушибленное плечо.

В тот момент я была готова на очень-очень многое, только бы не смотреть на Лютера. Я скормила бы себя гриверне. Проползла бы голыми коленками по разбитым банкам.

Медленно и неохотно я повернулась к нему. Да, он был в ярости.

Прежде я видела лишь намеки на эмоции. Тревогу, когда его сестра потеряла сознание. Удовлетворение, когда его кузина отчитывала меня во время моего последнего визита. Досаду, когда… да почти всегда, когда я рядом.

Но сейчас его лицо дышало чистой яростью. И без того суровые черты застыли в несгибаемую сталь, синие глаза сверкали от злости. Аура Лютера напоминала трескучее пламя, обжигавшее кожу совсем не так, как когда его ладони скользили мне по бедрам.

Я нервно сглотнула.

— Что случилось? — рявкнул принц.

— Я нашла свою сумку и вернулась обратно. — Я съежилась: так сильно дрожал мой голос.

— Где вы ее нашли?

— Она соскользнула у меня с плеча в коридоре.

— Почему вас не видели стражи?

— Я заблудилась.

Из центра его ладоней полилась магия. Лучи света и сгустки тени переплелись меж пальцами и заползали на кисти, образуя живую перчатку.

Дремлющий голос внутри меня встрепенулся. Гневный взгляд Лютера метнулся к стражам.

 — Я же приказал не вступать в бой.

Страж, толкнувший меня на стену, выступил вперед:

— Мы удерживали ее, пока не появились вы, ваше высочество. Мы начали обыскивать ее вещи, и она на нас бросилась.

Я закатила глаза:

— Неужели? Сам это придумал?

— Тихо!

От громоподобного голоса Лютера все замерли. Его гнев настолько пропитал воздух, что я почти чувствовала острый дымный запах. Эхо его приказа катилось по коридору, а наши взгляды встретились.

«Не идите по стопам своей матери…»

Лютер