(Не)любимая попаданка дракона - Эльвина Лейн

— Ничего, — бормочу я и выскакиваю из спальни. В спину доносится тяжелый вздох и раздраженное бормотание.

Я запираюсь в своей комнате, снимаю сорочку и переодеваюсь в нежно-зеленое вельветовое платье, которое мне подарила Камалия.

— Что не так? — бормочу я, собирая волосы.

И правда, подумаешь, полуголый мужчина забрался ночью в постель. Что такого? Хоть это и его кровать, но все же. Где уважение к даме?

— Нахал, — ворчу я. — Просто нахал.

— Кто нахал?

Я роняя расческу от неожиданности.

Леонард входит в комнату и закрывает за собой дверь. Он успел одеться — в светлую рубашку и черные штаны. Строгий взгляд не сулит ничего хорошего. Я сразу понимаю: пришел выяснять отношения.

Глава 35

Я поднимаю расческу и смотрю на Леонарда.

— Что вы здесь делаете?

— Да вот, пришел позвать тебя к завтраку, дорогая невеста, — он усмехается. — А ты тут такие интересные вещи рассказываешь.

— Подслушивать нехорошо. — Собираю волосы в хвост.

Леонард вздыхает и проходит в комнату. Садится на кровать и задумчиво смотрит на меня. Я отворачиваюсь к зеркалу и вижу его в отражении.

— И вообще, вы не хотите извиниться, Леонард? — не выдерживаю я.

— Хочу, — неожиданно заявляет мой суб'баи.

Недоверчиво оглядываюсь.

— Вам снова что-то от меня нужно? Скажите честно, Леонард.

— Ничего, дезер'ра, — он улыбается.

— Да? Что-то вы подозрительно любезны.

— Только одну вещь…

— Ага! Так я и думала, — снова отворачиваюсь к зеркалу. — И чего вы опять хотите? Чтобы я снова изображала вашу невесту?

— Нет. Жену.

Я застываю перед зеркалом. Ловлю в отражении лицо Леонарда, ищу признаки шутки, но он серьезен и даже хмур.

— Не смешно, — ворчу я. — Может, хватит уже разыгрывать этот спектакль перед Катрин? Это слишком далеко зашло.

— Мне плевать на Катрин, дезер'ра, — огрызается Леонард. — Это не для нее.

— А для кого? Еще одна влюбленная дурочка приедет? Скажите сразу, сколько у вас таких дезер'р, которым вы голову задурили?

— Дезер'ра, — Леонард внезапно шагает ко мне и, хватая за локоть, поворачивает к себе.

Я хочу возмущенно оттолкнуть его, но что-то в его взгляде меня останавливает. В нем нет обычной злости, скорее странная горечь.

— Что с вами, Леонард? — шепчу я. — Почему вы такой смурной?

— Я уезжаю, дезер'ра, — спокойно говорит он.

— И что? Грустите, что будете скучать по мне?

Леонард усмехается, скользит взглядом по моему лицу, затем смотрит мне в глаза очень серьезно.

— Вестник принес письмо. Его Величество попал в засаду.

— Ой. — Мое сердце пропускает удар.

— Его поджидали. Подозревают организованный мятеж. Отряд суб'баи выезжает на север страны.

Леонард замолкает и задумчиво смотрит на мои запястья.

— Что? О чем вы думаете? — взволнованно спрашиваю я.

— Ты дезер'ра. Если со мной что-то случится, — он смотрит мне в глаза, и мое сердце замирает.

Мне не нравится его взгляд. Он не сулит ничего хорошего.

— Послушай, моя мать уже немолода, и здоровье ее подводит. Мне нужен кто-то, кто присмотрит за ней в случае чего.

— К чему вы клоните, Леонард? — в груди ноет от неприятного предчувствия.

— Вы хорошо поладили, дезер'ра. Ты могла бы…

— Я? Нет, нет, нет. Подождите. Почему я? Есть ведь еще Тиша. И эта ваша Катрин. Она чуть ли не ужом извивалась лишь бы остаться у вас дома.

Я надеюсь, что он выберет другой вариант, иначе его затея может разрушить все мои планы по возвращению домой.

— Какая Катрин, дезер'ра? Ты видела ее? — мрачно отрезает Леонард. — И Тиша не станет. Не того толка человек.

— А я, значит, того? — скрещиваю руки на груди.

Леонард окидывает меня взглядом и внезапно улыбается.

— Ты хоть и вредная, но не подлая, дезер'ра.

— Ну, допустим, я присмотрю за вашей матерью в ваше отсутствие, но жена-то тут при чем?

— Это гарантия на тот случай, если со мной что-то случится.

— Какая еще гарантия? Что я не сбегу, не брошу вашу маму, если вы не вернетесь?

— Нет. Гарантия, что тебя не упекут в темницу.

По спине пробегает холодок.

— Ты дезер'ра. С путами на руках, — поясняет Леонард. — Если с твоим суб'баи что-то случится, тебя поместят в темницу, а затем отправят на работу по распределению.

— В прачки? — испуганно выдыхаю я.

— Может, и в прачки, — Леонард пожимает плечами, — а может, еще куда. А если ты будешь женой, то…

— Подождите, — поднимаю ладонь, — то есть вы хотите, чтобы я не понарошку изображала вашу жену, а действительно…

— Да, придется заключить брак, — задумчиво говорит Леонард, и я чуть не падаю там же, где стою.

Я всматриваюсь в его лицо, пытаясь найти признаки того, что меня разыгрывают, но не нахожу. Он мрачен и не похож на шутника.

— Знаю, что заставлять бесполезно. Поэтому подумай, — говорит Леонард и идет к выходу, останавливается и добавляет: — И да, мать не в курсе этой затеи. Не говори ей, ладно?

— Как это? Вы ищете, кого с ней оставить, а она даже не знает?

— Она не хочет никого обременять. Считает, что справится сама. Но мне будет спокойнее, если я буду знать, что рядом с ней кто-то есть. Кто-то, кому можно доверять.

— А вы мне доверяете? — неверяще спрашиваю я.

Он усмехается:

— Тебе доверяет моя мать, мне этого достаточно, дезер'ра. У тебя час на раздумье.

Леонард уходит, а я в растерянности сажусь на кровать. Вот это предложение. Могла ли я представить, что меня позовут замуж таким образом, да еще в другом мире? И, главное, кто? Суб'баи!

И как же быть?

Отказываться нехорошо. Камалия — прекрасный человек, и я понимаю волнение Леонарда за мать. Я бы тоже волновалась, будь на его месте. Но если он не вернется, мне что, придется остаться здесь навсегда? А как же возвращение домой?

Хотя не факт, что Роберт сможет открыть портал, но надежда-то есть.

А если я соглашусь, но Леонард не вернется, а Роберт откроет портал, как я оставлю Камалию?

А если откажусь, а Роберт не откроет портал, и Леонард не вернется, меня отправят в прачки?

А если соглашусь, Роберт не откроет портал, а Леонард вернется, мне быть его женой, или он даст мне развод?

В голове мечутся тревожные мысли. Я чуть не поддаюсь панике, но в дверь стучат, и я беру себя в руки.

— Виктория? — на пороге появляется Камалия. — Пойдем завтракать? Я испекла оладьи.

Она улыбается, но глаза грустные.

На кухне мы с Камалией одни.

— А где Катрин? — я сажусь за стол.

Камалия пожимает плечами и наливает чай.

— Ее нет с самого утра.

— Неужели уехала? — удивляюсь я. — Не попрощавшись с