Ищу настоящего мужа - Ольга Тимофеева

- Кажется, это ты испортила мне платье на корпоративе, и создала эту проблему, - напоминаю ей. - Так что я и близко тут ни при чем. Тебе надо было себе платье испортить и попросить помочь.

- Платье… Да ты же жопой крутила перед ним весь вечер. Ещё короче ничего не могла найти?

- Марин, если твой, - беру пальцами слово в мнимые кавычки, - мужик реагирует на мою жопу, то проблема, кажется, не во мне. Если бы он хотел уехать с тобой, он бы уехал, - делаю глоток кофе.

И ты бы сейчас, как я, не выспавшаяся была.

Сворачиваю к себе в отдел. Захожу в раздевалку.

- Привет, Леш.

- Привет. Корпоратив как два дня закончился. Или у вас не заканчивался? - смеется надо мной.

- У кого это, у вас? - делаю вид, что не понимаю.

Я и правда не хочу афишировать ничего. Ни взглядов, ни вчерашнего вечера, ни того странного осадка, который всё еще сидит где-то под ребрами.

Ренат заходит в помещение за три минуты до начала рабочего дня.

- Доброе утро, - коротко со всеми здоровается.

Слава богу, что и со мной, как со всеми.

Хуже всего было бы, если бы он сейчас начал что-то обозначать. Делать вид, что между нами что-то есть. Или, наоборот, слишком явно показывать, что ничего нет.

А так - просто работа. Просто люди. Просто утро.

- Что-то вы оба какие-то сонные, - усмехается Алексей, переводя взгляд с него на меня.

- И молчаливые, - подхватывает Иван Андреевич.

- Мне кажется, - продолжает Алексей, - ты их не зря в один экипаж отправил, Вань. Где два дня ездили?

- У меня подруга вчера вечером вернулась из отпуска, ее парень бросил. Надо было утешить, - я первой нахожу, что сказать и отвести от нас подозрения.

- Понятно. Ренат, у тебя, что по плану? Вы все прошли?

- Норматив в двадцать семь секунд не сдан.

- Ларис, иди тренируйся, надо закрыть этот вопрос.

- Поняла.

Оставляю их и иду в раздевалку.

Снова пробую. Мои тридцать с чем-то сегодня превращаются в сорок пять.

- Да что за идиотский рукав! И перчатка эта.

Аааа…

Сажусь на стул и выдыхаю. Сил нет, спать хочется так, что даже кофе не помогает. Снимаю одежду. Может, попробовать поподтягиваться, спорт должен взбодрить.

Подпрыгиваю и подтягиваюсь на перекладине. Раз, два…. три… сил в руках вообще нет. Я же восемь делала.

А сегодня что…

Четыре… еле-еле.

Дверь приоткрывается, в тренажерку заглядывает Воронов. Его ещё не хватало.

Ещё раз подтягиваюсь.

Он заходит, прикрывает за собой дверь и идет в мою сторону.

Ещё раз подтягиваюсь и собираюсь спрыгивать, как он подхватывает меня за бедра и приподнимает, чтобы обхватила его за талию.

- Ты что делаешь?

- Боишься?

- Чего боюсь? - кошусь на дверь. В любой момент кто-то может зайти. А я тут то ли на турнике вишу, то ли на нем.

Руками перехватываю перекладину.

- Что все узнают.

- Ничего я не боюсь.

- Да ладно. Взрослые люди могут делать то, что хотят.

- Но есть правила.

- Да, есть правила, - соглашается со мной и тянет меня, заставляя отпустить наконец перекладину и обнять его, чтобы не упала.

А мне другое спокойствия не дает.

- Ты был у бывшей жены или нет?

Глава 48

Ловлю себя на том, что смотрю на него слишком долго.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​- Был, куда от неё денешься?! У нас ребёнок.

Идет вперед со мной, пока я не упираюсь спиной в стену и зажимает, целуя в этом пропахшем резиной спортзале.

Быстро. Напористо. Глубоко.

Как будто даже скучал.

И в этот момент по части разносится вой сирены.

Как по команде отпускает меня и отстраняется.

- Поехали.

В машине сажусь позади Рената. Смотрю, как он заводит машину, как проверяет приборы. Случайно или нет, но ловит мой взгляд в зеркале. Ничего не говорит, будто просто проверяет, что я тут и все в порядке.

Я тут.

Нам бы с ним за актерскую игру и конспирацию по премии дать. Про нас уже все забывают. Иван Андреевич рассказывает что-то про локализацию пожара. Что будут делать.

Мне все равно проявлять инициативу нельзя, буду делать, что говорят. Хотя я могла бы уже что-то тушить сама.

Дым уже видно издалека. Машинами заставлено все, не проехать.

Как будто сложно отогнать! Видят же, что пожар и кто-то приедет его тушить. Ренат проезжает по газону. Теснится между автомобилем и мусоркой. Очень, конечно, впритирку, никого не задевая.

Выпрыгиваем быстро из машины. Вокруг команды, крики, вода, гарь. Я контролирую периметр, чтобы никто не зашел, но все равно взгляд все время возвращается к нему.

И вдруг - хлопок. Короткий, глухой. Воронова на моих глазах отбрасывает в сторону.

- Ренат!

Бросаю все и бегу к нему, не думая.

Падаю тут же на колени. Кривится. На лице рассечена бровь, кровь течет по виску, рукав прожжен.

Достаю из сумки салфетки, чтобы обработать.

- Ренат, как? - кричит Алексей.

- Норм, - поднимает руку и стирает рукавом кровь.

- Ну куда? Обработать надо.

Медленно подымается, я на ходу прикладываю салфетку с антисептиком.

- Да нормально все, - щурится несколько раз и молча морщится от боли.

А меня накрывает такой странной, липкой волной страха. Не как за коллегу или по уставу. Я правда испугалась, что с ним что-то случилось.

- Все, Ларис.

- Пластырь дай хоть приклею!

- Заживет.

Мне не хочется его туда отпускать. Чтобы рисковал собой ради кого-то.

Но сжимаю зубы и отпускаю, потому что так надо.

Когда заканчивает тушить, у Воронова пол-лица в крови.

Ничего оно само не заживает.

- Иван Андреевич, - ловлю начальника, как только заканчивают тушить. - Рената откинуло взрывной волной, он упал на бетон. Удар был серьёзный.

- Я чуть приложился только, - растирает ладонью кровь. -