Влюбить. Соседка мажора - Ника Княжина

переходит на деньги. Кто бы сомневался. «Добровольные пожертвования на развитие общины». Гуру посмотрит на меня особенно внимательно, видимо, почуяв «донорский потенциал».

Маша сидит, сжавшись в комок, её рука в моей ладони ледяная. Она смотрит на мать, которая внимает каждому слову с фанатичным блеском в глазах, и этот тихий ужас на её лице заставляет мою иронию немного сбавить обороты. Но не до конца.

— Интересная концепция, — говорю я, когда лидер этого бреда заканчивает свою пламенную речь. — А проводили ли вы исследование влияния окрашенного булыжника на скорость интернета? У меня есть знакомые в лаборатории, могли бы помочь с измерениями. Построить графики.

Воцаряется тишина. Второй мужик, который не гуру, хмурится.

— Наука не способна измерить тонкие материи, — изрекает он.

— О, тонкие материи — это моя специализация, — невозмутимо парирую я. — Особенно материя в виде денежных купюр. Кстати, о пожертвованиях — вы принимаете крипту? Или только наличные, которые, как известно, несут на себе энергетику греха и капитализма?

Людмила Петровна начинает смущённо ёрзать, будто бы возвращаясь в наш мир обетованный. Гуру трёт переносицу. Кажется, у него от моих слов начинается мигрень. Могу предположить, что моя «тёмная энергия» сильнее, чем он думал.

— Мария, — обращается он к Маше, игнорируя меня. — Твоя мать нуждается в тебе. Её аура повреждена отторжением семьи. Тебе нужно остаться, пройти обряд очищения.

В этот момент я понимаю, что шутки кончились. За такое предложение и в лоб получить уже можно.

Маша бледнеет ещё больше. Её пальцы впиваются мне в ладонь. Я медленно поднимаюсь с пола, увлекая за собой кису. Все присутствующие смотрят на нас.

У меня внутри кипит адская смесь. Безумное желание расхреначить здесь всё к чертям собачьим. Особенно этот футбольный мяч из булыжника. Но я держусь. Маша… не хочу, чтобы ей досталось, когда эти сумасшедшие начнут проявлять агрессию.

Надо насыпать им фактов, а потом уже решать, что делать дальше. Если не подействуют разговоры, конечно. Мужиков двое, я один. Легко справлюсь, если начнётся потасовка. Главное, чтобы дамы не лезли.

— Спасибо за… экскурсию, — говорю я максимально спокойно. — Очень познавательно. Особенно про камень. Но у нас, к сожалению, другие планы.

— Максим… — начинает мать Маши и бросает на меня настороженный взгляд.

Мне даже чудится, что она реально начинает заземляться. Словно появление дочери и меня хоть как-то всколыхнуло что-то в её пустоте. А может мой сарказм. Хотя это вряд ли. Я не на всю катушку разгулялся.

— Людмила Павловна. У нас есть предложение.

Я поворачиваюсь к Маше, давая ей понять, что сейчас самое время озвучить вслух наш план, который мы обсуждали по пути сюда. Киса глубоко вдыхает и выдыхает, собираясь с силами. Смотрит на мать.

— Мама, поезжай с нами. Ненадолго. Просто отдохнуть. В хорошее место. Где… помогут.

— Она нужна здесь! В энергетике Центра! — возмущается второй мужик.

— Она нуждается в психиатрической помощи, — отрезаю я, и в комнате повисает шоковая тишина. — В хорошей, частной клинике, где с ней будут работать специалисты, а не рассказывать сказки про ауры в обмен на пенсию.

Я смотрю на гуру.

— Ваш Центр Силы, я уверен, справится и без её денег. Или вселенная разбалансируется?

Тот издаёт какой-то крякающий звук. И я решаю добить его, пока он снова не открыл свой рот.

— Ну а если вы хотите пообщаться с полицией, то предлагаю нам всем дружно её подождать здесь. Хотя… есть и второй вариант. Собирайте свои манатки и валите, иначе эту ночь вы проведёте уже в обезьяннике.

Гуру переглядывается с остальными. Молча поднимается и с осуждением смотрит на меня. Кажется, насчёт агрессии я погорячился. Этот худой дрыщ может разве что силой мысли меня уничтожить, но в такую хрень я не верю.

— Максим… Твоя аура нуждается в срочном искуплении, — качает он головой с таким видом, будто мне пора уже искать себе место на кладбище.

С такой-то аурой…

— Вон, — выдаю сквозь стиснутые зубы.

Терпение на пределе. Отступаю в сторону, освобождая проход к выходу из квартиры.

Процессия медленно плетётся к двери, оставляя нас наедине с Машиной мамой, которая комкает своё платье и продолжает сидеть на полу. И только камень продолжает светиться, отбрасывая причудливые тени на стены обветшалой хаты.

Странно, что этот лидер движения не забрал с собой Центр Силы. Наверное, перемещение этого булыжника опасно для жизни.

Маша поворачивается ко мне и обнимает, пряча лицо у меня на груди.

— Спасибо, — шепчет она. — Я думала… я думала, ты сейчас просто вызовешь их на дуэль сарказмом и уйдёшь.

— Я и вызвал. И выиграл, — говорю я, гладя её по волосам. — Но шутить над идиотами с позолоченным камнем — одно, а видеть, как они готовы тебя в свои сети затянуть — другое. Похоже, что моих нервных клеток на второе уже не хватило.

Я отстраняюсь от Маши и подхожу к камню. Самое время отключить этот Центр Силы. Наверное, за электричество счета нереальные здесь. И когда нахожу розетку, когда выключаю этот свет, только в этот момент Людмила Павловна охает, выходя из своей очередной прострации.

— Мам?

— Максим. Ты… Центр Силы… — растерянно тянет она.

— Это просто камень. Ему пора на покой. А вам нужно собираться. Мы уезжаем.

Вот и всё. Проблема почти решена. Осталось доставить её в клинику. Прикидываю в уме уже в какую копеечку выльется это удовольствие, но вижу Машу, которая обнимает маму и понимаю… ради неё готов отдать последнее. Лишь бы она была счастлива.

Глава 43. Провокация

— Ну и как твои свидания, Крис?

Задаю вопрос, и понимаю, что мыслями я сейчас далеко от подруги. Я всё ещё… в некотором трансе. От нашей поездки с Максимом, от того, что он для меня сделал. Не только с мамой, а вообще…

Я уже несколько дней кручу в голове все последние события и прихожу к неутешительному выводу: Мы… неравны. Вообще. Он — мой спаситель, а я — вечная жертва и его должница. Он богатый, а я — бедная. Он шикарен во всём: умный, последовательный, спокойный, а я — хаос во плоти.

И меня это волей-неволей начинает напрягать.

Мне… неловко. Я сломала ему потопом его компьютерные блоки со всей этой дорогущей начинкой, я живу у него, он оплачивает клинику мамы. И насколько я могу догадываться, это тоже вовсе не дешёвое удовольствие.

Макс отмахивается и говорит, что «деньги не проблема». Но… Я себе уже места не нахожу из-за этих мыслей. И нашла выход. Может быть, не совсем верный, но я по-другому просто