У тебя только девять жизней - Элизабет Прайс

Естественно, у неё не было времени осмыслить свои мысли. Потому что самый раздражающий призрак со времён «Битлджуса» решил зайти в гости. «Даже для призрака её время было отстойным».

В поле зрения появилась Клео, и Исида чуть не проткнула свой глаз кисточкой туши.

— Бля, ты меня до чёртиков напугала!

— Прости, дорогая.

— Все эти чёртовы годы, ты думала, что я к этому привыкну, — проворчала Исида себе под нос.

Раф не упомянул о каких-либо конкретных планах встретиться с ней позже, и дело приближалось к вечеру, но она хотела быть полностью подготовленной на случай, если он случайно зайдёт. Да, раньше он видел её с мокрыми волосами, без макияжа и в мешковатой мужской одежде, так что представьте выражение его лица, когда он увидел её в роли сексуального котёнка. Мяу. Она даже надела мини-юбку — вот как чертовски она была привержена тому, чтобы сделать Рафа твёрдым, как скала, просто взглянув на неё. Конечно, было бы неплохо, если бы её глаз теперь не был мутным и налитым кровью из-за того, что в него воткнули тушь, но с ней всё будет в порядке.

Клео заламывала свои призрачные руки, лениво ходя взад-вперёд прямо через середину кровати.

— Я сожалею о том, что раньше помешала, дорогая, с твоим молодым человеком.

Исида сразу почувствовала приступ раздражения при слове «молодой человек». Она никогда не представляла своей матери ни одного из мальчиков или мужчин, с которыми встречалась. Наверное, потому что «встречалась» — это сильно сказано для обозначения того, что она делала раньше. И ты действительно не мог подлететь к дому своей мамы и крикнуть: «Эй, мама, познакомься с моим приятелем, я забыла его фамилию». Так неправильно, так очень неправильно. Но, возможно, её молчание отчасти объяснялось её матерью. Она была довольно утомительной. Зная свою мать, та заставила бы её бывшего парня сесть с ней выпить чаю, пока она вязала и болтала о том, насколько ужасны реалити-шоу, демонстрируя при этом смехотворное количество знаний о том, что происходило во всех из них. Нет, её мужчины были не для этого. Они были для удовлетворения позывов, вот и всё. По крайней мере, так было с её предыдущими мужчинами. Нынешний мужчина Исиды извлекал из неё очень странные побуждения, о существовании которых она даже не подозревала. Она снова вернулась к объятиям. Как долго это нечестивое желание было похоронено в ней? «Слишком долго», — промурлыкала мисс Китти.

— Я пыталась держаться подальше, — настаивала Клео с извиняющейся гримасой.

— Неожиданное появление и прохождение через него как бы испортило это, — лаконично протянула Исида.

— Он кажется прекрасным молодым человеком, — прокомментировала Клео, сменив тему.

— Да, он такой, — коротко сказала она.

Её тигрица зарычала, и Исида образно ткнула зверя в нос. Одно дело ревновать к своим кошкам, другое — к своей мёртвой матери. Она была мертва, чёрт возьми! Ничего не смогла бы сделать, даже если бы захотела.

— Но?

Исида поджала губы, глядя на настойчивое привидение Клео.

— Но ничего. Ты права, он милый. Чего тут не любить?

«По её мнению, ни одной проклятой штуки».

— Ты беспокоишься.

— Нет, это не так.

— Да, так.

— Не говори мне, как я себя чувствую! — рявкнула Исида, пылая от ярости, когда её тигрица оскалила зубы.

— Ты волнуешься, потому что он твоя пара, и думаешь, что он тебе надоест, как и все остальные мужчины в твоей жизни.

— Я не виновата, что мне с ними было скучно — они были скучными!

Исида почувствовала, как закипает её кровь, и её животное заревело. Тот факт, что мама просто стояла или парила там, ласково улыбаясь и ведя себя разумно, только разозлил её.

— И ты боишься, что можешь бросить его, как твой отец оставил нас.

— Я не такая, как он.

«Эгоистичный ублюдок-тигр».

— Нет, ты больше похожа на меня.

— Я думала, ты пытаешься помочь мне, а не оскорбить меня, — пробормотала Исида, хотя и не с таким рвением, как одно из её обычных оскорблений.

— Знаешь, до того, как я встретила твоего отца, мне было неинтересно остепениться. Я была похожа на тебя. Я хотела веселиться и быть свободной. Я волновалась, что отношения будут означать, что мне придётся отказаться от того, чтобы быть самой собой. Но всё было не так, быть с ним было чудесно.

— Ага? Тогда почему он ушёл?

Мама пыталась поговорить с ней об этом на протяжении многих лет, но Исиде это никогда не было интересно. Её отец сбежал от них, когда ей было два года, а затем погиб в автокатастрофе. Он не любил их настолько, чтобы остаться. Что ещё можно было сказать?

— Он просто не был готов, дорогая. Мы были такими молодыми, а его тигр был таким диким. Он никогда не покидал нас полностью, не на долго. Он продолжал возвращаться, но каждый раз, когда его тигр становился слишком сильным, он заставлял себя уйти. Он не хотел нас обидеть, он всегда этого боялся. Хочешь верь, хочешь нет, ты была очень маленьким ребёнком, таким хрупким...

Исида и её тигрица посмеялись над этим. «Она? Хрупкая?»

— Пока ты не стала подростком, я была убеждена, что ты человек. Но, твой отец, он возвращался к нам, а потом, автомобильная авария…

Клео смотрела в пространство в течение нескольких секунд, на её лице было выражение такой удрученной печали, что это вызвало у Исиды какие-то странные, похожие на вину эмоции, что она никогда бы не призналась.

— Думаю, со временем он бы остался с нами. У него просто не было шанса.

— Ты скучала по нему, — категорично заявила Исида.

— Так сильно, потерять его было всё равно, что потерять часть себя. Я так рада, что у меня была ты. Ты сделала мою жизнь достойной того, чтобы жить.

— Боже, я никогда не знала, что так много значила для тебя, — пробормотала Исида, игнорируя растущее чувство вины.

Она точно не была чудесной дочерью. Больше похоже на дикую адскую кошку.

— Да, значила, и всё ещё значишь. Но ты всегда была настолько независимой, что отказывалась признать, что так много значишь для меня или что я так много значила для тебя.

— Хм.

— Я думаю, что ты и Раф будете очень счастливы вместе, и он, кажется, очень влюблён в тебя.

— Не знаю почему, если только это не моя внешность.

Её тигрица громко согласилась с мнением матери, но Исида почувствовала необходимость поспорить. Или, может быть, даже несмотря на то, что под страхом пыток она