Давай поженимся - Юлия Резник

Смотрю, как он заходит в класс, и возвращаюсь к себе в кабинет. Челюсти стискиваю с такой силой, что за ушами простреливает. Не знаю, откуда этот мелкий засранец прознал о моих отношениях с людоедочкой, но что эту новость перетирает все училище — даже не сомневаюсь.

Веду по затылку рукой. Случившееся возвращает в те времена, когда мне мыли кости после бегства Наташки. Дерьмовые воспоминания. Мало что в этой жизни унижало меня так, как жалостливые взгляды, которыми меня награждали в то время.

Ну, и что мне с этим делать?

«Жениться!» — подсказывает внутренний голос. Тогда у злых языков отпадет желание сплетничать и строить какие-то нелепые теории.

Подловив себя на этой мысли, хмыкаю… То ли правда все этому браку способствует. То ли я ищу знаки там, где их нет. А впрочем, какая разница?

Генерал Тихонов приезжает ближе к вечеру. Если честно, я и не ждал, что он явится раньше. Высокий, немного грузноватый как для летчика-истребителя, коим он был в свое время.

— Добрый вечер, Игорь Павлович. — Я встаю, безукоризненно соблюдая этикет.

— Добрый ли? Что там у вас случилось? — как бы по-доброму журит меня генерал.

— Ничего нового, — я кладу перед ним рапорт. — Ваш внук систематически нарушает устав.

Он даже не смотрит на бумагу.

— Мальчишки.

— Курсанты.

— Полковник… — он слегка улыбается. — Вы правда решили прервать мой заслуженный отдых из-за детской драки?

Я складываю руки на столе.

— Ваш внук напал на первокурсника.

— Не драматизируйте.

— Второй раз за две недели. Предыдущий случай уже был достаточным основанием для отчисления Артема. Я сделал исключение только из уважения к вам. Но я также предупредил и его, и вас, что это в последний раз.

— Что ты хочешь сказать? — резко переходит на ты генерал. — Что отчислишь его?

— Именно. Мы уже готовим документы. У вас есть время подыскать подходящую школу…

— Интересное решение.

— Я бы сказал, обоснованное и разумное.

— Разве? Не думаю, что разумно ссориться с таким человеком, как я, из-за щенка временной бабы…

Не знаю, как я сдержался и тут же ему не втащил. Очевидно, меня отвлекла людоедочка, возникшая откуда ни возьмись на пороге моего кабинета.

— Простите… — говорит она. — Мне тоже есть что сказать! — заявляет она, торопливо приближаясь к столу.

Тихонов удивленно приподнимает брови:

— А это кто?

Я хочу дать понять, что это не его ума дело, но Элла и тут меня перебивает.

— Я мама Кирилла Яковлева. И знаете, я как раз пришла сказать, что забираю сына из училища. Так что нет никакого повода для ссоры! И отчисления…

Генерал усмехается.

— Разумная женщина.

Я медленно выхожу из-за стола.

— Элла Леонидовна, простите, вас назначили начальником училища, а я не в курсе?

Людоедочка выпучивает покрасневшие глаза. Она чего? Плакала?

— Н-нет!

— Так какого же.. кхм… вы решаете, кто будет из него отчислен? — перевожу взгляд на Тихонова. — Товарищ генерал, я все сказал. У вас есть время до конца недели, чтобы подыскать для Артема подходящее образовательное учреждение.

Старый хрен подхватывается и несется к выходу, будто за ним черти гонятся. Эллочка в тихом шоке прислоняется к стеночке.

— Это мы еще посмотрим, полковник. Хотите мою рекомендацию? Начинайте сами подыскивать работу. И желательно не в нашем крае. Потому что здесь, клянусь, вас и сторожем никуда не возьмут.

Дверь за Тихоновым закрывается с оглушительным грохотом. Элла вздрагивает, пряча лицо в ладонях.

— Что ты натворил?! — хнычет она, зарываясь руками в шикарнючие, так любимые мною волосы. — Что с тобой не так?! Я же пыталась спасти положение! Господи…

Людоедочка начинает раскачиваться из стороны в сторону, будто и впрямь произошло что-то ужасное. На что я лишь головой качаю и подхожу ближе, чтобы поскорее прекратить этот цирк.

— Я тебя просил?

— О чем?!

— Меня спасать?

Она молчит. Ну, еще бы! Сказать ей определенно нечего.

— Элла. Слушай… Ты, конечно, крутая. Я тут вообще не спорю. Но давай свои проблемы я буду как-то разруливать сам!

— Давай! Но это мои проблемы! Разве нет?! Как, ты думаешь, я теперь себя чувствую?!

— Как? — ухмыляюсь.

— Ходячей катастрофой! И чего ты скалишься? Ничего смешного. Боже, Макар! Он только что угрожал тебя уволить!

Ну, да. Было дело. Может, и попытается. Только мне почему-то плевать. Файб верно заметил, я тоже за эти годы успел обзавестись связями. Мне все нипочем. Да что там… У меня отличное настроение!

— Я не хотела, чтобы ты из-за меня…

— При чем здесь ты? — перебиваю.

— Ну, ладно. Не я! Мой ребенок. Но все же!

— По-моему, ты просто боишься, что у меня не будет денег на то, чтобы исполнять твои прихоти.

— Какие прихоти? — натурально теряется Элла. Я про себя смеюсь. Нечасто ее можно сбить с толку. Сегодня просто мой звездный час.

— Связанные преимущественно со строительством треклятого дома.

— Да плевать мне на чертов дом! Боже мой, ты не в себе, Милый? Речь о твоей карьере! О том, к чему ты стремился столько гребаных лет…

Тут ее пламенную речь прерывает звонок телефона. Гляжу на экран и выдыхаю. Ну, наконец-то! Шведов.

— Хорошие новости у меня. Взяли мы твоего поджигателя. Еще два часа как. Да только я был без связи.

— Добро, Семен Валерьич. Действительно новости что надо. Я твой должник.

— Да брось.

Отбиваю вызов и ловлю Элкин вопросительный взгляд. И столько надежды в нем, столько невысказанной надежды…

— Витьку…

— Да. Он арестован. Все. Выдыхай.

Она бросается мне на грудь. Шмыгает носом — точь в точь как Кирюха несколькими часами ранее. И я опять получаю возможность зарыться руками в ее гриву и… кайфовать. Потому что это реально непередаваемое удовольствие. Трусь носом, кусаю ее за ушко…

— Эй! Ты чего? Мы же на работе… И вообще! Не заговаривай мне зубы! Бери, звони этому, как его? Малинину?

— Ты про генерала? Нет, он Тихонов. Малинина его дочь по мужу…

— Да какая мне разница? Звони! Ну!

— Перетопчется. Нечего мне сына обижать.

Элка отшатывается.

— Макар! Не шути так…

— Да какие уж тут шутки? Ты же сама заставила меня сделать тебе предложение. И что теперь? В кусты?

— Нет! — всхлипывает эта дурочка.

— Ну, вот.