Тайная адептка в военной академии - Татьяна Антоник

Прикинув в уме, очень разумный адепт-выпускник догадался, что я не отступлю, а он от меня зависит. Я буквально предчувствую проблемы и слова, что мне нечего делать на военном поприще, потому что я не слушаю приказы, но мне начхать, если честно.

Буду жалеть об этом завтра.

– Ладно, и как ты предлагаешь поступить? Заметил, сколько охраны? – двинул он изогнутой бровью.

– Да, и заметил сколько неприрученных монстров. Давай выпустим их всех, – развивала я свою безумную идею.

– Чтобы они прибили нас?

– Они нас не увидят. Иллюзия же.

Уэллинг меня не поддержал и скептично фыркал. Благодарю богов и его отца, наделившего парня терпением. Он хотя бы не спорил. Даже помогал вытаскивать засовы.

Отворив все клетки, кроме родительской, мы застыли посреди коридора.

– Открывай, ты воздушник или кто? – подначивала Уэллинга.

Он хмыкнул. Подтолкнул меня к родительской камере и сделал пасс руками. Все двери распахнулись. Песчаные монстры, а это были и личи, и маленькие демонята, и полуистлевшие великаны недоуменно воззрились на созданные выходы. Не поверили сразу.

Зато охрана всполошилась.

– У нас проникновение! Незаконное проникновение! Внутри невидимый маг!

– Ричард, что происходит? – закричала мама.

И на ее вопле неприрученные умертвия ринулись на волю.

– Быстрее, – пнул меня Виктор. – Открывай быстрее, пока никто не опомнился.

Я скинула иллюзию, потому что охранникам было уже не до нас, и отворила замок камеры.

– Алекс! Что ты здесь забыл? – ахнула мама, бросаясь мне на шею.

– Алекс? – изумился отец. – Вот это новость. Как вы нас нашли?

Он с силой похлопал меня по плечу.

– Это долгая история, господин Перл, – вежливо пояснил Уэллинг, – но сейчас я предлагаю не медлить, а выбираться отсюда.

– В данный момент выходить не стоит, – с сомнением в голосе произнесла мама, наблюдая за тем, как восставший из пепла лич сметает парочку некромантов. – Пусть монстры уйдут наружу, а мы за ними. Иначе погибнем в этой толпе.

Святые боги, даже не верится, что это Шила Перл. Рассуждает здраво, разумно, спокойно. Без истерик и повышенного тона.

– Алекс, вот что значит военная академия. Да тебя надо было туда с первого курса отправить.– Обрадовался папа, явно гордясь мной.

А я вот радости не разделяла. Представляю, какой удар его хватит, когда моя тайна раскроется. До бесконечности врать у нас не получится.

– А Алисию не похитили? – заволновалась родительница. – Хотели ведь идти за ней.

– Зачем за ней? – заинтересовался Виктор.

– Она симпатичнее, – прервала опасные разговорчики я и всматривалась в коридор.

Становилось свободнее, схватка уже достигла лестницы, но что-то меня смущало. Было очень смутное ощущение, будто меня кто-то зовет. В висках отстукивали мотивы очень печальной, мелодичной песни.

Я вышла из клетки и повернула голову вправо, обнаружив, что один узник все-таки остался стоять на месте.

Черная лошадь, которую не только заперли, но еще и привязали к железному крюку на стене.

Не успев обдумать дальнейше, я переступила порог и кинулась к ней.

– Алекс, нет! – завопила мама. – Это келпи.

– Да твою мать, Алекс, – бесился Виктор. – Перестань везде лезть вперед. От тебя одни проблемы.

И правда, я создаю их массу одним своим существованием.

Едва коснувшись проклятой лошади, я намертво приклеилась к ней. Как бы ни старалась, не могла отцепить ладонь.

Эти призрачные существа не давали с них спешиться, умели летать, но были жестокими и кровожадными убийцами. Уносили мужчин и детей в воду, старались утопить, а вот дев соблазняли. Превращались в очень красивых мужчин с томным голосом и очерченным торсом.

А я, кстати, дева. А келпи, кстати, мне обязан. И у них есть своеобразное понятие долга и чести.

– Эй, – шепнула на ухо волшебной кобыле, – ты, что, не чувствуешь, что я девушка?

– Девушка? – раздалось в моей голове. – Как девушка? Подожди, я мигом.

Вокруг нас все заискрилось.

– Придержи поводья, – взмолилась я. – Вообще-то, я тебя спасаю. Выживем, прилетай в академию и соблазняй меня на здоровье, но пока отпусти и помоги выбраться.

– Вроде девушка, а выправка как у мужика, – фыркнуло животное, – я не извращенец. Ладно. Могу пронести вас до пустыни, если выведешь. А дальше сами.

И призрачные путы словно ослабли. Что не могло не привлечь внимания моих сопровождавших.

– Давайте, вперед, – позвала их. – Выходим, запрыгиваем на келпи, а он донесет нас до оазиса. Я договорилась… договорился. – Буду надеяться, что оговорку никто не воспринял всерьез.

– Алекс, как? – изумилась мама.

– Это твоя музыка, – раздраженно бросил папа, – говорил, что она тебя до добра не доведет. Вот, даже келпи тебя за юношу не считает.

В толк не возьму, на что жалуется? Я же их спасаю.

А Виктор… Виктор загадочно промолчал.

Прорывались мы с боем. Я прикрывала лошадь, а родители и Уэллинг прокладывали дорожку через собравшихся охранников и стражников. Повсюду вспыхивали заклинания, кто-то визжал, вопил. Доносилось, леденящее душу, порыкивание восставшего дракона.

Но едва мы вышли на открытую площадку, как я оседлала жеребца. Позади меня устроилась мама, а папе и моему куратору хватило обычного касания до кожи монстра. Они прилипли.

Келпи разбежался, наплевав на то, что мужчины сбили колени и разодрали одежду, взмыл вверх и понесся прочь.

Я постоянно оборачивалась, проверяя, не погналось ли за нами летучее умертвие, но, кажется, все обитатели замка некромантов вышли из-под контроля. На папу и Виктора смотреть боялась. Подозреваю, этот способ передвижения не пришелся им по вкусу.

– Куда, чокнутая? – спросил меня новый знакомый.

– К оазису, но перед этим к тропинке в горах,– пролепетала. – Отнесешь?

– Сброшу… в оазисе – голова коня заходила взад-вперед, и он взбрыкнул. – Не утащу вас с собой в благодарность, но это единственный раз, запомни.

Я просто поблагодарила, удержав на языке фразу, что ни очень-то и хотелось его соблазнения. Тесса меня потом убьет. Будет локти кусать от зависти. Такой шанс, мы про келпи только в книжках читали.

Как и наказывали господин Хаммерс и господин Эвандер, вернулись мы к рассвету.

И девчонки, и Клайд, и преподаватели не спали, не могли найти себе места, переживая за нас. А когда мы оказались перед их очами, когда ректор ШМАКа обнаружил, что два его студента спасли дипломатов, он