История одной ненависти - Дара Бояринова

– Нет, – ответила я. – Никого.

– Ну, так я и думал! – сказал Ролан. – Ладно, еще по одной, спиртное со стола, и за работу, как сказала Тина.

– Стоп! – призвала я. – А как вы узнали, откуда он звонил?

– Твой телефон поставлен на прослушивание, – ответил Итан.

– Давно?

– Сегодня, часов с двенадцати.

– А почему я об этом не знаю? – возмущенно подняла бровь.

– Я не успел сказать, – спокойно ответил Итан.

– А больше мне ни о чем сказать не надо? Может, есть еще сюрпризы? – спросила я.

– Нет. Больше ничего такого! – «абсолютно честно сказал» Итан, но по тону было понятно, сюрпризы были, вернее, было, что от меня скрывать, но пока мне лучше об этом не знать.

– Тогда приступим! – прервал их Ролан

* * *

На сей раз человек осторожно повесил трубку на аппарат, не позволяя себе выплеснуть эмоции. Мозг затопил безумный, неконтролируемый гнев, желание убить, растоптать, уничтожить, но где– то на краю сознания настойчиво билась мысль: нельзя, вокруг люди, нельзя выделяться из толпы и привлекать к себе внимание.

Человек отошел от телефона, встал напротив выхода из ратуши, будто ждет кого– то, повторяя мысленно, как заклинание: «Спокойно, спокойно! Возьми себя в руки!»

Через десять минут, посмотрев на часы и сделав вид, что не дождался, человек пошел к скверу, уже успокоившись, стал обдумывать детали своих дальнейших действий. Собственно, он уже все придумал, еще до проверочного звонка этой суке, этот план действия был заготовлен у него заранее, на случай, если не сработают первые два. Человек улыбался, так даже лучше, по крайней мере, он сможет ей все высказать, унизить и своими глазами увидеть ее испуг и полную зависимость от его воли! Осталось рассчитать все по минутам.

«Главное, не ошибиться в Альберте, не пережать. Этот придурок предсказуем, как утро следующего дня, но напуган до поноса, может взбрыкнуть. Надо еще раз продумать весь разговор. Я смогу, у меня все получиться! Ты еще у меня в ногах будешь ползать, сука, туфли мои лизать, рыдать от страха! Я обещаю!»

* * *

Несколько часов подряд нас с Ларой подробно расспрашивали о друзьях, знакомых, коллегах. Спрашивали дотошно, задавая массу вопросов. Как слаженная команда, перекидывая подачу друг другу, следователи гоняли нас по всей моей жизни. В какой– то момент я просто отключилась и, уронив голову на спинку стула, заснула, не дослушав очередного вопроса.

Проснулась и, не открывая глаз, прислушалась, пытаясь понять, что за звук заставляет улыбаться, и вспомнила – рядом сопел во сне Арти. Такой родной, знакомый и любимый младенческий все еще сап. Повернулась и посмотрела на него. Он спал лежа на животе, широко, почти на всю кровать, раскинув руки и ноги. Ларки рядом не было.

– Солнышко ты наше! – прошептала и чмокнула его в щеку.

Выбралась из постели, накинула халатик и пошла в кухню.

Ларка стояла у плиты над кастрюлькой с кашей для Арти и помешивала в ней ложкой.

– Привет! – поздоровалась. – А где все?

– Умотали на работу, – ответила почему– то радостно Ларка. – Привет! Ты так крепко спала!

Она положила ложку на столешницу, подошла ко мне, и мы обнялись и расцеловались.

– Ларка, мы становимся сентиментальными старушками, все– то обнимаемся, целуемся!

– Ну и хорошо! – рассмеялась Ларка. – Так теплее и роднее! Кофе будешь?

– Буду. Я вчера не помню, как заснула.

Ларка рассмеялась.

– Уже второй раз, очень романтично!

– Это как? Рухнула на стол, что ли?

– Ну, не рухнула и не на стол, а элегантно устроила голову на спинке стула. Но главное, твой Кёрк опять отнес тебя в спальню, а ты даже не проснулась!

– По– твоему, это романтично? – спросила, забираясь с ногами на стул и натягивая полы халатика на колени.

– Еще как! Утром он первым встал и собрался, а перед тем, как уйти, зашел к нам и поцеловал тебя в щечку!

– О, Богиня! Вид у меня, наверное, был еще тот!

– Ну какой вид! – возразила Ларка. – Ты просто спала.

– Ясно, поцеловал, значит.

– Да! Ужасно романтично! – подтвердила Ларка, сложив ладошки и театрально закатывая глаза.

– Ладно, романтик, давай завтракать и двигать на работу. Народ– то хоть поел? – проявила запоздалую заботу.

– Поел, поел. Они молодцы, настоящая команда. Быстро приготовили завтрак, меня разбудили и накормили, сами посуду помыли! Класс!

– У меня сегодня трудный день, встреча с налоговиками, – вздохнула, отпивая кофе, который подала Ларка. – А у меня такой вид, – показала на забинтованные запястья и поцарапанные руки.

– Ничего, наденешь что– нибудь с длинным рукавом. Что ж поделаешь, производственная травма!

– Лар, ты о чем? Это не мое производство! – возмутилась я.

– Так твоего мужчины! – веселилась вовсю Ларка.

– Лар, что– то я с утра с юмором не в ладах, – призналась, делая ещё глоток.

– Отпускаю тебя, – смилостивилась подруга, – так уж и быть! Надеюсь, к вечеру оно у тебя проснется!

* * *

Я вбежала в свой кабинет, торопясь снять трубку настойчиво звонившего телефона.

– Да! Слушаю! – запыхавшись, ответила.

– Выспалась? – спросил Итан.

– Да, спасибо! – улыбнулась, чувствуя, как растекается в груди тепло от звука его голоса.

– Тина, с работы одна не уходи! Если тебя будет некому подвезти, дождись меня или Ролана.

– Вообще– то, я только пришла, –села в кресло, развернулась лицом к окну и, все так же улыбаясь, слушала его голос.

– А я в виде предупреждения!

– Профилактика преступления?

– Именно! Ты в течение дня куда– нибудь будешь отлучаться из офиса?

– Да, у меня встреча, но на нее мы едем с Филом, и в кафе, на обед, но это здесь, рядом.

– Одна все равно не ходи.

Перестала улыбаться, села ровно, развернувшись вместе с креслом, лицом к столу.

– Что, все так серьезно?

– Уверен, дело идет к развязке – он готовит «последний и решительный шаг», к тому же ты его вчера сильно разозлила.

Помолчала, обдумывая его слова, не заметив, что вытащила карандаш из подставки и постукиваю им по столу.

– Тина!