В ловушке времени - Нина Петровна Ахминеева

«Серый, в пансионате готовится покушение на членов княжеского рода Бастрыкиных. Заинтересованное лицо и организатор — жених. Способ убийства — погодный артефакт. Моя смерть с этим покушением никак не связана. Решение сугубо мое: добровольное и осознанное. Все свое имущество и деньги я завещал тебе. После моей смерти нотариус с тобой свяжется. Не принуждай графа Терехова сносить отель, но и на продажу земли не соглашайся. Когда старик умрет, бизнес должен остаться его сыновьям-близнецам. Пацаны толковые, возьми над ними опеку и вырасти их настоящими мужчинами. Уверен, ты сможешь».

На несколько мгновений задумавшись, Константин размашисто дописал: «Р.S. Буду очень признателен, если похоронишь меня рядом с графиней Елизаветой Олеговной Тереховой».

Поставив дату, Краснов расписался. Положив записку в конверт, предусмотрительно его заклеил. Надписав имя, фамилию и номер телефона получателя, протянул симпатичной сотруднице:

— Если в течении получаса со мной что-нибудь случится, тотчас позвоните этому человеку, сообщите о происшествии и о письме. Также добавьте, что на дороге обвал и попасть в пансионат можно либо по морю, либо по воздуху.

Девушка побледнела. Аккуратно взяв конверт, она испуганно спросила:

— Константин Александрович, а что с вами может случиться?

«Либо выживу вместе с любимой женщиной, либо нас с ней похоронят рядом. Третьего не дано», — подумал Краснов.

Но, разумеется, ничего объяснять не стал. Незачем. Если его сумасбродная затея с перемещением в прошлое не удастся, Серый и о братьях Лизы позаботится, и об остальном побеспокоится. А если всё закончится благополучно, то «предсмертную записку» верный друг никогда не получит. Да и в целом никто не вспомнит о том, что сейчас происходит. В том числе и эта миловидная сотрудница.

Игнорируя вопрос девушки, Константин глянул на хронометр: время хоть и поджимает, но еще есть. Достав из кармана штанов мобильный, набрал по памяти номер своего свеженазначенного начальника СБ.

Через несколько секунд Гордеев бодро отрапортовал:

— Слушаю вас, Константин Александрович.

Отходя от стойки ресепшен, барон приказал:

— Прямо сейчас беги к погодному артефакту и отключай его от питания. Сделать это элементарно: переведи рубильник в нижнее положение. Проконтролируй, чтобы никто к нему не подходил до приезда спецов, — держа аппарат возле уха, Константин направился в сторону ресторана.

— Будет исполнено, — мгновенно отчеканил здоровяк.

— Не сомневаюсь, — бросил Краснов, нажимая на отбой связи.

Вернув мобильный в карман, он решительно распахнул дверь кухни. В нос ударил аромат жарящегося мяса, зелени, специй и чего-то еще. Не замечая «гостя», повара занимались каждым своим делом. Кто-то колдовал у плиты, кто-то — у разделочной доски. В общем, работа кипела.

Зайдя в помещение, Краснов с бесстрастным выражением прошел за спинами работающих мужчин и женщин. Заметив в руках худощавого юноши овощной нож, бесцеремонно его забрал. Под взглядом ошарашенного парня внимательно осмотрел лезвие.

«Острое, узкое. То, что надо», — Константин одобрительно хмыкнул.

Тихонько запиликали часы, извещая, что время неумолимо уходит.

— Где у вас подсобка? — ледяным тоном поинтересовался барон.

— Там, — ничего не понимающий юноша указал пальцем на дальнюю дверь. Озадаченно поглядывая на нож в руках Константина, спросил: — А зачем вам подсобка?

— Надо. Если через пять минут не выйду, значит, я умер. Сходишь на ресепшен и скажешь администратору. Она знает, что делать.

Повар приоткрыл рот, выпучил глаза. Строго нахмурившись и больше не обращая внимания на парня, барон быстро прошел в подсобку. Нашарив выключатель на стене, зажег свет. Прикрыв дверь, встал рядом со шкафом, забитым посудой. Рывком стянул с себя футболку и бросил ее на запасной стол для нарезки хлеба.

Глянул на часы: осталось три минуты. Шумно выдохнув, Костя приставил острие клинка к обнаженной груди, аккурат между четвертым и пятым ребрами. На коже появилась алая капля крови. Придерживая оружие левой рукой, он замахнулся правой. В последнюю секунду ладонь дрогнула, задержалась: тело инстинктивно воспротивилось.

«Она будет жить!» — стиснув зубы, Костя с силой ударил по рукояти ножа.

Лезвие полностью вошло в грудину, пронзив сердце. Рефлекторно согнувшись, барон боком упал на пол. Дернулся в последний раз и затих.

Глава 25

— Лиз, что случилось? Дай посмотреть! — словно издалека долетел голос княжны Комаровой.

Сфокусировав взгляд, я ошалело смотрела на одногруппницу. Недовольно фыркнув, та выдернула из моих ослабевших пальцев какую-то бумагу и принялась читать.

Не понимая, что происходит, я присмотрелась к документу. Опознав тот самый указ императора, пошатнулась. Кто-то подхватил меня под локоть, не позволяя упасть.

— Елизавета Олеговна, вам дурно? — встревоженно спросил управляющий.

Я что — дома? Еще и в то самое утро, когда все началось? Но как такое возможно?!

Все еще не веря в реальность происходящего, с усилием повернула голову и с изумлением уставилась на Петра Петровича. Тот неодобрительно качнул головой.

— Это же не сон, да? — спросила я у мужчины громким шепотом.

Управляющий покачал головой:

— Увы, земля действительно принадлежит барону Краснову.

Боже… Я на самом деле опять вернулась в прошлое. И даже не в тот треклятый автобус! Костя говорил, что возврат возможен максимум на шесть часов и сколько-то там минут. А меня почему-то отбросило назад во времени намного дальше. Еще и закинуло в собственный дом! В том, что я немыслимым образом и в этот раз осталась жива, однозначно заслуга Константина. Как он это сделал? C ним же все хорошо?!

От напряженного мыслительного процесса заболела голова. Я с силой потерла виски.

Мешая думать, Петр Петрович сдержанно сообщил:

— Полагаю, вы должны узнать сейчас. Указ его величества мне вручил юрист Красновых. Известил, что через семь дней в «Коммерсанте» будет опубликовано официальное объявление об изъятии у вас земель. На просьбу о встрече с бароном ответил отказом. Предельно ясно дал понять, что переговоры в принципе невозможны. А также уведомил, что Константин Александрович Краснов категорически не желает обсуждать эту тему. Ни с кем.

Машинально кивнув, я подошла к ограждению крыльца. Облокотилась на перила, те протяжно-тоскливо заскрипели.

Константин мне звонил. При переносе из будущего в прошлое все материальное «обнуляется». Его номера в мобильном, конечно же, не осталось. А я, дура, не запомнила.

Он же мне позвонит? Ведь правда же?!

— Звонить барону бесполезно, — безапелляционно заявила Комарова. — И ежу понятно, что разговаривать с тобой по телефону он не станет. Начнешь названивать — закинет в бан. Оно тебе надо, так унижаться?

Да если бы я помнила этот гадский номер, то позвонила бы не раздумывая! А так… остается лишь ждать.

Я горько усмехнулась:

— Ты права, Марина. Захочет поговорить — сам выйдет на связь.

— Ну и зачем ему это? — княжна скептически хмыкнула.

В кармане джинсов пиликнул телефон.