Неприятности по обмену, или Магическая интеграция - Екатерина Сергеевна Богданова

— Величественно кивнуть, максимум ненавязчиво похвалить, — подсказала кухарка.

— А ненавязчиво это как? — уточнила я.

— «Это выглядит неплохо», или «благодарю за старание», — картинно отставив руку в сторону, паясничая проговорила женщина.

Я не удержалась и засмеялась.

— Вот-вот, смешно, не правда ли? — заулыбалась кухарка. — А нам приходится держать лицо.

— Что-то не похоже, чтобы вам приходилось держать лицо, — улыбнулась я.

— Ну мне-то в этом нужды нет. Я Шшаинара с младенчества кормлю, а вообще да, нашей братии нелегко высшему свету служить, — покачала она головой.

— Вашей братии? — осторожно переспросила я.

— Да ладно, спрашивай уже о том, что действительно интересно, — засмеялась она.

— Я и спросила, — насупилась я.

— Сложно тебе будет вписаться в высшее общество Магистара, девочка, — покачала головой женщина. — Лгать совсем не умеешь.

— Да с чего вы это взяли? — возмутилась я. — Очень даже умею… просто сейчас не вижу в этом нужды.

— Ты не против простой, но вкусной еды? — резко сменив тему, поинтересовалась кухарка.

— Я только за! — ответила радостно.

Мне это сейчас и нужно было — искреннее общение и незатейливый обед.

— Ну тогда и я к тебе присоединюсь, не против? — поинтересовалась женщина.

— Конечно, присаживайтесь, — кивнула на стул напротив.

Передо мной поставили миску с наваристым «рагу из всего подряд», как любила говорить мама, когда готовила нечто непонятное, но очень вкусное из остатков после каких-нибудь праздников, подали ложку, и кухарка устроилась напротив с такой же миской.

— Что, совсем душа к Магистару не тянется? — отправив ложку рагу в рот и прожевав, спросила женщина.

— Извините, а как к вам можно обращаться? — спросила я, сглотнув так и не пережёванное толком, но вкусное рагу.

— Марса, — улыбнулась женщина. — Но при посторонних «эй ты» будет в самый раз.

— Да ни за что! — возмутилась я. — Вы старше меня… извините…

— И за что конкретно ты сейчас извинилась? — поинтересовалась она.

— Ну… я указала на ваш возраст, это неприлично, — пожала я плечами.

— А ты забавная, — засмеялась женщина. — Во-первых, указывать на возраст это норма. У нас никто не стыдится своих лет. А маги так и вовсе хвастаются тем, что выглядят моложе положенного. Тех, кто состарился раньше срока, ты не увидишь, они скрываются. Преждевременная старость это первый признак беззакония. А во-вторых, никогда не извиняйся перед прислугой. Тебя просто не поймут.

— Кто не поймёт? — взмахнула я ложкой.

— Те, кто на тебя равняться будут, девочка, — покачала она головой.

— Вы меня, конечно, извините, Марса, но я не хочу, чтобы на меня кто-то равнялся, — произнесла я напряжённо. — А если даже такое, к моему прискорбию, и случится, я не перестану уважать людей за их труд и обращаться к ним соответственно их возрасту. Старших нужно уважать…

— Да, сложно Шшаинару с тобой совладать будет, — покачала головой Марса. — Ты только не переусердствуй, девочка. Лоза, которая не гнётся, с треском ломается.

— Что-то я уже наелась, — положила я ложку.

— Ешь давай! — строго проговорила женщина. — Тебе силы понадобятся, чтобы пережить всё это.

— Что это? — не без ехидства спросила я.

— А то ты не заешь, — покачала она головой. — Я понимаю тебя, девочка. Хорошо понимаю. Думаешь, ты первая, кого жизнь так обманула? Да нас таких море! И каждой приходится как-то выживать. Каждая с чем-то смиряется, что-то перебарывает, к чему-то привыкает. Я в двенадцать лет лишилась всего: родителей, наследства, перспектив. Осталась совершенно одна против всего мира. Но у меня были зачатки кулинарной магии, крохи, которых не хватило даже на то, чтобы устроиться помощницей в какую-нибудь пекарню. И я пошла по домам. Голодная, грязная и наивно думающая, что моё происхождение мне поможет. Не помогло. Родители умерли, других родственников не осталось, а мне двенадцать лет. За плечами шесть лет обучения в гимназии для детей высшего света, а впереди пустота.

— И как же вы выжили? — прошептала я.

— А я не сдалась, ходила по домам пока меня не приняли на работу, — улыбнулась она. — Это оказалась очень добрая женщина, которая помогла мне закончить обучение и не оставляет до сих пор.

— Вам повезло, — протянула я.

— Может и так, но суть не в этом. Я не сдалась, вот что важно, — покачала головой Марса. — А ты ешь давай, остывает.

— Я ем… и тоже не сдаюсь, — ответила я, отправляя в рот очередную ложку вкусного рагу.

— Мы сильнее, чем кажется, девочка, — улыбнулась Марса. — Стойкость в нашей природе.

— Говоря мы, вы имеете в виду женщин? — с прищуром спросила я.

— И это, разумеется, тоже, — засмеялась она. — Но конкретно сейчас я имела в виду тех, кто отмечен крупицей магии. Сила, даже если и совсем небольшая, как у меня, не даётся тем, кто не способен с ней совладать. А тебя природа наградила огромной силой.

— А ума, как ей выгодно распорядиться, не дала, — пробурчала я.

— Не переживай, у Шшаинара ума на двоих хватит, — усмехнулась кухарка.

— Успокоили, нечего не скажешь, — скривилась я.

— Женщине не обязательно быть очень умной, чтобы получить всё, чего хочется. Достаточно быть хитрой, — подмигнула мне Марса.

— Ну да, «мужчина голова, а женщина шея», знаю. Но как этим на практике пользоваться почему-то в школах не преподают, — пожаловалась я.

— Хм, интересное высказывание, — протянула кухарка. — Не слышала такого. Кто автор?

— По всей видимости, очень хитрая женщина, — улыбнулась я.

— Бери с неё пример, — покивала Марса. — В твоём случае это будет проще, чем кажется.

— Это ещё почему? — поинтересовалась я.

— Шшаинар уже привязан к тебе больше, чем сам того желает. Ему сложнее противиться зову крови, чем тебе. Ты ещё не принадлежишь Магистару в полной мере, — пояснила женщина.

— Что значит «не принадлежу Магистару»? — насторожилась я. — А если стану принадлежать?

— Не если, а когда, — пожала плечами Марса. — Чем больше ты пользуешься магией, тем крепче привязываешься к миру, который тебя ею наполняет. И тем сильнее становится его влияние на тебя. Со временем взаимное притяжение сочетаемой пары крепнет, и все разногласия решаются сами собой.

— Так я магией вообще не пользуюсь, — обрадовалась я.

— Так не нравится наш дракон? — с сочувствием спросила кухарка.

— Вообще! — с жаром ответила я.

— Что-то не верится, — с улыбкой покачала она головой. — Девушки не краснеют и не смущаются от прикосновений мужчин, которые им неприятны.

— И всё-то вы видите, всё знаете, — ехидно ответила я.

— И не грубят, если их не уличают во лжи, — посмеиваясь, добавила Марса.

— Пойду я, наелась. Спасибо за ужин, — выпалила я, вскочив из-за стола.

— И даже не спросишь о том, что наверняка интересует? — с намёком спросила кухарка.