Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Тень вылезла ближе к свету и оказалась седоватым старичком, лет шестидесяти на вид. Этакий «безумный ученый» из старых фильмов. Волосы дыбом, глаза как у совы и постоянно хлопают, телосложение щуплое, так и хочется сказать – теловычитание, одет непонятно во что, но ощущение такое, что этой тряпкой полы в химлаборатории три года мыли.

– Любезный…?

– Ажар, ваше сиятельство, к вашим услугам. Чем могу быть полезен вашему сиятельству?

Лиля прищурилась.

– Смотря, что у вас есть. Это же алхимическая лавка?

– Да, ваше сиятельство. Но я не торгую притираниями для возвращения белизны коже. И вам они не нужны, простите за дерзость.

Лиля махнула рукой.

Видала она ту косметику. Потому что в одном из коробов, рядом с прилавком…

– Сера?

Кто видел – не забудет никогда. А Лиля видела самородную серу. Видела ее желтоватый цвет, ее структуру, знала, как кусочек серы крошится в пальцах…

Конечно, здесь этого названия не знали. Алхимик пожал плечами.

– Это пот подземного дракона, ваше сиятельство. Под землей живут чудовища, вот, когда они потеют и чешутся, их пот выступает на землю, и остается таким следом.

Лиля кивнула.

Хотя язык чесался уточнить – что там еще драконы-то делают? Учитывая, что сера шикарно образуется в кратерах уснувших вулканов при выделении сернистого газа и сероводорода. Но это не ее поверья, не ей и лезть со своей антинаучной теорией.

– Да, конечно. Хоть кого… продается?

– Д-да, ваше сиятельство.

– Беру. Все.

У алхимика глаза на лоб полезли.

Хотя что тут странного – непонятно. Вы знаете, как здорово мази с серой помогают от кожных болезней? Не от всех, но от самых распространенных в это время. Лишай, себорея, псориаз, чесотка…

В советское время эта мазь прямо на месте смешивалась, в аптеках, и помогала, и стоила копейки.

Но запах…

Сногсшибательный.

Лиля, кстати, ее сама и смешивала, давно, еще с мамой.

– Что еще такого полезного есть?

– Мам? – заглянула в лавку Миранда.

Лиля покачала головой.

– Солнышко, хочешь – подожди, а я тут обретаю счастье.

Алхимик понял, что к нему в лавку занесло опасную сумасшедшую и вознамерился позвать стражу.

Потом блеснула, легла на стойку, мягко прозвенев, золотая монета, и он решил подождать. Сумасшедшая там, здоровая… главное – золото настоящее.

Лиля стала обладательницей самородной серы.

Самородного же угля, бутылки с сырой нефтью, правда, неочищенной и вонючей, но не отказываться же, прикупила марганцевую руду, магнезит, фосфорит, киноварь и даже (неясно еще зачем, но пусть будет?) горючий сланец.

Нашлась и мышьяковистая руда, и тальк, и даже пирит.

Лиля потирала руки.

Неважно, что сейчас не нужно. Берем, берем, потом поиграемся в лаборатории. Кстати… а ведь идея!

Спиртовку надо сделать, лучше десяток сразу. Заказать, что ли, пока они в городе? Там и сделать-то ее пять минут, выдул – и готово. Ну ладно, не все так просто, но ведь можно?

Можно даже у кузнеца заказать спиртовку. А лучше – и там, и здесь…

Адреса Лиля узнала у алхимика, став к концу закупки беднее малым не на двадцать золотых. Те еще суммы, дешевле было три платья купить, но зачем те платья, когда тут – такое?

Джерисон Иртон явился к концу покупательской оргии. Видимо, графини призвали на помощь, когда поняли, что вытащить Лилю из лавки не удастся.

– Лилиан?

Ему-то доложили, что супруга покупает что-то странное, неясно кому нужное, но точно – вредное у какого-то сумасшедшего старика, мало ли чего он напродает?

М-да.

Его даже не сразу услышали.

– А я говорю – киноварь!

– Кровь звездной кобылицы, госпожа? Да, есть еще, но у меня немного, вот…

– Все равно беру! Оптом! Скидку сделаете за большую покупку?

– Лилиан? – чуть громче позвал Джерисон, видя, что его и дальше не заметят.

Жена повернулась к нему раскрасневшаяся, с горящими глазами, на таком подъеме, что весь запал у благородного графа как-то прошел.

– Джес, милый, у нас найдется, кому это унести?

– Да. А…

– Ты представляешь, я здесь нашла пот пустынного дракона… или как там его, уважаемый господин Ажар?

– Подземного дракона, ваше сиятельство.

– Не представляю, – честно сознался благородный граф. – А нам она зачем?

– Как – зачем? – искренне удивилась Лиля. – У тебя граф Ройвель от кожной болезни мучается, лечить будем.

Джес открыл рот. Закрыл. Подумал пару минут.

– Этим?

– А что? – удивилась Лиля. – Мазь приготовить – дело десяти минут, я и сама смогу. Вот к стеклодуву загляну, закажу пару посудин, а то и готовую куплю, и пусть лечится.

Джес понял, что его сметает стихией, и молча кивнул.

– Что нужно от меня? Денег хватило?

– Да, все очень дешево, – отмахнулась Лилиан, не замечая, что алхимик от такого заявления тихо сползает под стойку. – Мне даже совестно грабить этого милого человека… господин Ажар!

– Да, ваше сиятельство? – собрался и вылез алхимик.

– А у вас часто такая прелесть бывает?

Мужчина кашлянул.

Достаточно часто, что уж там! Город-то стоит на реке, чего только сюда не везут. А вот ценителей не находится, иногда едва концы с концами сводишь, опыты нынче дороги…

– Опыты? – вцепилась в это слово Лилиан.

Джерисон хмыкнул.

– Эликсир вечной молодости получаете?

Алхимик надулся.

– Ваше сиятельство, то, что его до сих пор не получили…

– Просто недоработка, – оборвала Лиля, которой вовсе не улыбалось поссориться с вероятным поставщиком реактивов. – Давайте о хорошем? Я смогу у вас все это заказывать? Большими партиями?

Алхимик закивал.

Да, госпожа! Разумеется! И побольше, пожалуйста!

Лиля умоляюще поглядела на супруга.

– Джерисон?

Граф вздохнул и покорился.

– Ладно. Итак, любезнейший Ажар, что и сколько нужно моей супруге?

Лиля потерла руки. Нужно ей было – все.

После примерно часовых разъяснений выяснились и не слишком приятные подробности. Реактивы – товар, который не сильно спросом пользуется, только у таких сумасшедших, как сам Ажар, вот и везут его очень мало. Надо разговаривать с поставщиками, тогда с объемами закупок будет ясно в течение полугода.

Лиля грустно вздохнула.

Вот так всегда, но хоть впрямую не отказали, и то хлеб? Договорились переписываться, а там уж решить по результатам, наняли носильщика, и безумно довольная Лиля отправилась к стеклодуву, в сопровождении супруга и Миранды. Дамы уже давно ушли в другие лавки.

Джес только головой качал.

Вот что с ней делать?

Только… любить и беречь? Или уходить куда подальше?

А ведь и верно, третьего выхода не будет. Не дано…

А Лиля шла и размышляла.

Сера, селитра, уголь, нефть, пусть неочищенная, но хорошая, это видно…

Господи, ты на что меня толкаешь? Я ведь не дура, я намек поняла,